Скоро рассвет||турбо

22 ноября
1989г

Утро, которое не задалось

Проснулась я достаточно странным способом.

У меня зазвонил телефон.

Я лежала, укутанная в одеяло, и не сразу поняла, что этот резкий, требовательный звук - не часть сна. Телефон в съёмной квартире, где никто никогда не звонил, потому что звонить было некому.

Я встала, на ощупь добралась до аппарата и подняла трубку.

- Алло? - сказала я сонным, осипшим голосом.

В ответ - молчание.

- Алло? - повторила я громче.

Тишина. Только лёгкие помехи на линии.

Я положила трубку. Посмотрела на часы на руке - они показывали семь утра.

«Странно. Кто бы это мог быть? Ошиблись номером? Или...»

Додумать я не успела, потому что в голову ударила другая мысль, от которой я подскочила как ошпаренная.

«Универ! Через час! А то отчислят к чертям собачьим!»

Я пулей полетела в душ. Зашла в холодную душевую - кафель обжигал ступни, воздух пах сыростью и старой сантехникой. Включила горячую воду. Пар поднялся к потолку, и тепло начало понемногу возвращать меня к жизни.

В детстве мама всегда смеялась: «Саша, ты же сваришься в такой горячей воде». А я просто не могла терпеть холодную. Как будто холод забирал что-то важное, что и так уже почти забрали.

Вода побежала по обнажённому телу ручьями. По спине, по плечам, по лицу. Я стояла, закрыв глаза, и чувствовала, как мурашки разбегаются по коже - не от холода, от странного предчувствия.

«Сегодня что-то случится. Хорошее или плохое - не пойму. Но что-то точно случится.»

Я вышла из душа, обмоталась полотенцем и пошла краситься и одеваться.

«Вспомнила, что я девочка», - усмехнулась я своему отражению.

Опять один и тот же костюм - вишнёвый «Адидас». Только теперь я добавила небольшие стрелки на глазах и чуть подкрасила ресницы. Волосы собрала в неопрятный пучок - времени на причёски не было, да и не умела я с ними возиться.

Остановившись в коридоре, я заглянула в зеркало.

На меня смотрели уставшие глаза. Хоть и красиво накрашенные - но уставшие. Глубоко, до дна. Такие глаза бывают у людей, которые слишком много видели в свои восемнадцать.

«Сразу после универа я должна идти на базу Ореховских. Что там будет - не знаю. Но я перебрала все варианты. Ну и, по классике, надеюсь на лучшее.»

Кастет, который за эти годы стал почти родным, привычно лёг в карман. Тяжёлый, холодный, надёжный.

Я вышла из дома.

До универа я дошла быстро - город ещё не проснулся до конца, машин было мало, воздух пах бензином и осенью. Отсидела все пары ,голова была занята совсем другим. Преподаватель что-то говорил про процессуальное право, а я думала о Волкове, о папке с делом № 49, о том, кто звонил в семь утра и молчал в трубку.

Как только последняя пара закончилась, я вылетела из аудитории быстрее всех.

Надо было ехать.

Я оказалась возле какого-то трёхэтажного коттеджа.

Он стоял в глубине тихого переулка, отгороженный от мира высоким забором с колючей проволокой. Никакой вывески, никаких опознавательных знаков. Только камеры по периметру - маленькие, чёрные, направленные точно на ворота.

Я сглотнула.

«Ну, Саша, ты сама выбрала. Обратно не побежишь.»

Позвонила в звонок, висевший на массивной железной двери. Где-то внутри глухо прозвенело - басовито, по-хозяйски.

Дверь открылась.

Изнутри вышли двое. Накачанные, с калашами наперевес. Стволы смотрели в пол, но пальцы - на спусковых крючках. Я в такие моменты понимала: это не для красоты.

Я стояла как вкопанная. Даже забыла, как моргать.

«Вот это ты вписалась, Зималетдинова. Вот это ты вписалась...» - причитала я

- Ты к кому? - грубым голосом спросил один из них. Лицо - кирпичом, глаза - внимательные.

- К Сильвестру, - ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Внутри всё колотилось. Сердце стучало где-то в горле, но я сжала зубы и не отвела взгляд. В детдоме научили: если покажешь страх - сожрут.

- Ну проходи, - кивнул он.

Я прошла мимо охраны. Внутри была прихожая - огромная, с мраморным полом и люстрой, которая стоила больше, чем моя квартира за год. В углу - икона. В другом - чучело кабана.

«Интересные у людей представления о красоте», - подумала я.

На входе в следующую комнату стояли ещё двое охранников. Телохранители помоложе, но такие же здоровенные. Они молча кивнули, и один из них шагнул ко мне.

Обыск.

Он похлопывал карманы, бока, руки.Нащупал кастет.

- Доставай, - сказал он ровно.

Я вытащила. Он хотел забрать - его рука уже протянулась, пальцы сжались на металле.

- Ну что вы к девчонке докопались?

Голос знакомый. Спокойный, чуть насмешливый.

Я обернулась. В дверях стоял Сильвестр. В чёрном спортивном костюме, такой же, как вчера на скамейке. Только сейчас, при дневном свете, он выглядел крупнее, основательнее. И глаза - те же самые. Внимательные.

- Она адвокат наш новый, - сказал он, глядя на охранника в упор. - Поуважительнее относитесь.

Охранник на секунду замер, потом молча протянул мне кастет обратно.

Я быстро убрала его в карман.

- Ну здравствуй, Сильвестр, - сказала я. Голос прозвучал твёрже, чем я сама ожидала.

- Здравствуйте, здравствуйте, Александра, - он чуть усмехнулся уголком рта. - Пошли. Дам дело, ознакомишься.

Внутри всё было выдержано в одном стиле: дорого, мрачно, без лишнего пафоса. Стены - тёмное дерево, полы - паркет, под ногами не скрипят. На стенах - несколько картин, скорее всего, дорогих, но таких, что я в них ничего не понимала.

Меня повели на второй этаж. Лестница широкая, перила дубовые. Сильвестр шёл впереди - спокойно, не оглядываясь. Я за ним, стараясь не смотреть по сторонам, но краем глаза всё равно выхватывала детали: кабинеты с полуоткрытыми дверями, комнаты отдыха, стойку с охраной на втором этаже.

В конце коридора - дверь. Сильвестр открыл её и жестом пригласил войти.

- Это твой кабинет.

Я вопросительно посмотрела на него.

- Не смотри на меня так, - он усмехнулся. - Тебе же надо пространство, чтобы думать. Дела адвокатские - дело тонкое.

Я лишь махнула головой в знак согласия. Спорить не имело смысла, да и не хотелось.

Кабинет оказался небольшим, но уютным. Два шкафа - один с книгами, другой пустой, видимо, под мои папки. Большой стол из тёмного дерева, удобный кожаный стул. За спиной - окно на двор. Вид не ахти: забор, гаражи, пара тонированных машин. Но хоть не стена.

Я прошла и села на один из свободных стульев у стола. Сильвестр опустился напротив, положил перед собой папку - тонкую, но потрёпанную, с жирными пятнами на обложке.

- Свежее дело, - сказал он. - № 38.

Я взяла папку, открыла. На первой же странице - фотография. Мужчина. Лет двадцать пять, на вид - обычный парень, даже симпатичный. Русые волосы, чуть прищуренный взгляд. Но под фото - список обвинений на полстраницы мелким шрифтом.

- Мой человек проебался, - сказал Сильвестр без лишних эмоций. - Выбросил ствол с очень криминальным прошлым. Хуже, чем у меня. Этот пистолет каким-то образом оказался у ментов, и появились свидетели. Нужно его оправдать. Могу устроить встречу, чтобы ты с ним поговорила.

Я листала дело, вчитываясь в формулировки. «Незаконное хранение оружия», «покушение», «связь с организованной преступной группой»... Стандартный набор для этого времени. Но была одна странная деталь: показания свидетеля, который якобы видел этого парня с пистолетом. Слишком чёткие. Слишком подробные. Будто заученные.

- Устрой нам встречу, - сказала я, не поднимая глаз от бумаг. Голос прозвучал утвердительно, хотя внутри всё ещё тряслось. - Я пока ознакомлюсь до конца.

- Хорошо, - кивнул Сильвестр. - Если что - я в кабинете напротив. Заходи в любое время.

Он протянул мне пластиковую карту на брелке - магнит, как в ментовке.

- Это пропуск. Можешь заходить сюда в любое время. Сама, без сопровождения.

Я взяла. Провела пальцем по гладкой поверхности.

- Спасибо, - сказала я коротко.

Он вышел. Дверь закрылась мягко, почти бесшумно.

Я осталась одна.

Кидайте звёздочки и пишите комментарии, давайте актива )