7
Ты обессиленно обмякла в его руках и перестала вырываться. Твои бинты слегка пропитались свежей кровью, а из глаз снова покатились слёзы упрямства и боли. Ты лишь отвернула голову в сторону, отказываясь смотреть на него, но больше не пыталась открыть дверь.
Драко облегчённо выдохнул, но хватку на твоих запястьях не ослабил — бережно, но надёжно зафиксировал твои руки у себя на груди.
— Спасибо, — тихо, с надрывом произнёс он. — Мой отец… Т/И, ты не понимаешь, какое давление я испытываю дома. Люциус Малфой требует от меня быть идеальным лидером Слизерина. Жестоким, чистокровным, безупречным. Когда ты появилась, ты была другой. Ты не пресмыкалась передо мной, как Пэнси, и не боялась, как остальные. Ты меня зацепила с первого взгляда.
Он сглотнул, и его голос на секунду сорвался:
— Я испугался. Испугался того, что ты мне нравишься. Пэнси и Блейз начали замечать, как я на тебя смотрю. Чтобы доказать им — а главное, отцу через их доносы, — что я верен «принципам», я возглавил эту чёртову травлю. Вчера у камина я не выдержал. А сегодня… сегодня я испугался, что если заступлюсь при всех, они напишут моему отцу, и он сделает твою жизнь в Хогвартсе невыносимой через министерство. Но когда я услышал твой крик про маму… Мне стало плевать на отца. Плевать на Слизерин. Плевать на всё.
Драко осторожно отпустил одну твою руку и нежно повернул твоё лицо за подбородок к себе, заставляя встретиться взглядами. Его серые глаза горели лихорадочным, честным блеском.
— Никакого спора нет. Если бы это была игра, стал бы я полночи сидеть над твоими руками, вытаскивая серебряные осколки пинцетом? Стал бы я отправлять фамильную сову к лучшему ювелиру за свои деньги? Т/И, я люблю тебя. Я понял это сегодня ночью, когда караулил твой сон. Позволь мне доказать это всему факультету. Сегодня же. В Большом зале.
Ты молча смотрела в его серые глаза, в которых сейчас не осталось и следа от привычного высокомерия — только отчаянное желание быть услышанным. Его слова о давлении отца и страхе признать собственные чувства звучали пугающе искренне. Ты всё ещё боялась обжечься, но ледяная стена недоверия внутри тебя окончательно рухнула.
— Я докажу тебе, Т/И, — горячо прошептал Драко, заметив, как смягчился твой взгляд. — Я всему Большому залу докажу, что люблю тебя. Больше никакого лицемерия. Мне плевать, что они скажут.
Ты тихо шмыгнула носом и еле заметно кивнула. Малфой облегчённо улыбнулся, бережно коснулся губами твоего лба и отступил, давая тебе возможность переодеться в школьную мантию.
Через полчаса вы вместе вышли из комнаты старост. Драко упрямо переплёл свои пальцы с твоими, игнорируя то, что твои ладони были забинтованы. Ты пыталась высвободить руку, боясь первых встречных, но он лишь крепче сжал твою ладонь.
Когда тяжёлые двери Большого зала распахнулись, там уже вовсю шёл завтрак. Столы ломились от еды, а под сводчатым потолком стоял гул сотен голосов. Но стоило вам переступить порог, как шум начал стремительно затихать. Студенты оборачивались один за другим.
Вы шли вдоль столов, и все видели ваши переплетённые руки. Драко шёл с гордо поднятой головой, уверенно ведя тебя за собой. За столом Слизерина воцарилась мёртвая тишина. Пэнси Паркинсон, державшая кубок с тыквенным соком, замерла, её лицо вытянулось от шока, а Блейз Забини удивлённо присвистнул. Теодор Нотт нахмурился, переводя взгляд с Малфоя на твои забинтованные кисти.
Драко не просто догнал тебя до вашего факультетского стола. Вместо того чтобы сесть на своё привычное место в окружении Крэбба и Гойла, он демонстративно прошёл в самый центр, аккуратно отодвинул скамью для тебя и сел рядом, по-прежнему не выпуская твою руку.
Пэнси не выдержала первой. Она вскочила со своего места, тяжело дыша от злости:
— Драко! Что это значит?! Почему ты за руку с этим ничтожеством?! Вчера ты сам сказал…
— Закрой рот, Паркинсон, — ледяным, опасным тоном оборвал её Драко, и его голос разнёсся по притихшему залу. Он обвёл тяжёлым взглядом всю свою бывшую компанию. — Ещё раз кто-то из вас посмеет назвать её так, косо посмотрит или тронет хотя бы её учебник — будет иметь дело лично со мной. Т/И — моя девушка. И каждый, кто пойдёт против неё, пойдёт против меня и всей семьи Малфой.
По залу пронёсся громкий шёпот, даже за столами Гриффиндора и Когтеврана студенты начали переглядываться. Драко повернулся к тебе, полностью игнорируя взбешённую Пэнси, и на глазах у всех бережно поднёс твою забинтованную ладонь к своим губам, оставляя на ней нежный поцелуй.