Часть 4. Третий день
Она нашла всё, что смогла, про врача.
Джозеф Ковальски, шестьдесят два года, патологоанатом. Пять лет назад подписал заключение о смерти Дамиана Восса: «Самоубийство. Падение с высоты. Смерть мгновенная».
Эви пробила его старые дела. Нашла три странных случая за два года до смерти Дамиана — три внезапные смерти на стройках Карверов. Во всех трёх заключения подписывал Ковальски. Во всех трёх — «несчастный случай».
Она собрала распечатки. Положила в конверт. К утру третьего дня у неё были доказательства — Ковальски был подкуплен. Давно. Системно.
В 7:00 она постучала в дверь его дома.
Открыла жена. Заплаканная.
— Он умер сегодня ночью, — сказала она. — Сердечный приступ.
Эви замерла.
— Когда?
— В три сорок семь.
Эви посмотрела на часы. 7:00.
Три часа назад. В то же время, когда она разговаривала с Илаем на парковке.
— Можно посмотреть на него? — спросила она.
Жена провела её в спальню.
Джозеф Ковальски лежал на кровати. Руки сложены на груди. Глаза закрыты. На лице — странное выражение. Не боль. Не страх.
Спокойствие.
На тумбочке — стакан воды и сложенный лист бумаги.
Эви развернула его, пока жена плакала в коридоре.
Один абзац. Печатный. Без подписи.
«Я, Джозеф Ковальски, подтверждаю, что пять лет назад подписал фальшивое свидетельство о смерти Дамиана Восса за вознаграждение в размере пятидесяти тысяч долларов, полученное от Лины Карвер. Моя смерть — не убийство. Я сам принял решение. Потому что больше не могу жить с этой ложью. Простите меня.»
Эви перечитала три раза.
Потом убрала лист в карман.
— Я соболезную, — сказала она жене. И вышла.
На улице её вырвало за кустами сирени.
Он не убил врача. Он довёл его до того, чтобы тот убил себя сам.
Это было хуже. Гораздо хуже.