Безупречность
Каждый день девушка собирала себя по кусочкам. Расставляла свои мысли по полочкам, искала в себе очередные изъяны, в надежде, что таким образом ей удастся жить свободно, не глядя на докучные проблемы.
В такие дни ей приходилось молчать. Долго и уныло она сидела напротив открытого окна, за котором беспощадно мыл и сметал дорожную грязь томный проливной дождь.
Иногда она решалась открыть книгу, поглядеть на сложные слова, которые в свою очередь, вдохновляли невинной юношеской любовью и наивностью её усталое обнадеженное сердце.
Такой усталости не было предела. Не находилось новости, которая неся за собой положительные черты, могла бы обрадовать девушку на малейшую минуту непрерывного, скоротечного времени.
Но все же она умела наслаждаться. Находить момент когда мир становится абсолютно безупречным сложно. Именно Чон А могла среди своей тоски и потерянности найти миг, который непременно зажигал в ней небольшую искру уверенности.
Смотреть на вечернее небо было её любимым занятием. Тогда все мысли рассеивались, убегали, и видимо, разум ненадолго остывал. Сердце начинало стучать спокойнее, медленнее, словно большие облака, залитые сладким малиновым светом вечернего солнца.
Город постепенно расслабился после долгой перманентной суматохи. Улицы начинали пустеть, тихо выдыхая легкой усталостью. Дома просыпались, суетливо переглядываясь между собой, улыбались и беспрестанно подмигивали.
Чон А сидела на скамье, спрятанной в кустах ароматной сирени. Еще недавно её руки напечатали сообщение, и самоуправно отправили его, не спросив ни разу.
Конхо приходит быстро, молниеносно прилетает, сам не замечая. Какое-то время он стоял на расстоянии, направляя свой взгляд в сторону девушки.
Она выглядела легкой. Такой безупречной, будто весь мир склонен к её скромным желаниям. Чон А была живой: лицо приобрело легкий румянец, локоны темных волос о чем-то шептались, глаза, наполненные блеском вечернего солнца, аккуратно искали неуязвимость прозрачного неба.
-Ты так спокойна, будто ничего не случилось, -он присел рядом, немного ближе чем положено.
-Это правда, -осторожно начала она. -Ничего не случилось.
-Тогда, зачем решила позвать меня? -Конхо нерешительно посмотрел на её личико, наполненное тревожностью, глупой влюбленностью к миру и неуверенностью.
-Мне некого звать, -выдохнула девушка, выпрямляя худые колени.
Парень немного завяз в её словах.
-И все же, что случилось? -Ему было легче задать вопрос, нежели быть загнанным в угол своими стеснениями.
-Я не могу собрать себя. Ничего не сходится. Я будто сломанный пазл, который невозможно соединить.
-Чтобы собрать пазл, его нужно заново разбить. Так же как и хрустальную вазу. -Конхо взглянул на свои неуверенные руки. -Ты ваза, каждый осколок острый, тебя сложно собрать.
-Тогда почему продолжаешь делать это?
-Иногда поранившись тысячу раз, можно собрать вазу в миллион раз лучше. -Он ухмыльнулся сам себе.
-Хорошо, тогда ты художник, -неловко ответила девушка, спустя несколько минут молчания.
Она улыбнулась, сама того не замечая. Ей чувствовалось тепло - тепло вечернего солнца, тепло слов, которые он произносит намного увереннее чем герои из книг, тепло его крепкого плеча, к которому она неосознанно подвинулась ближе, в ожидании опереться на него в самые трудные моменты её восстановления.