2
На следующее утро ты шла на Зельеварение с тяжелым сердцем. Твоя стеснительность сейчас граничила с настоящим ужасом. Ты до последнего тянула время в коридоре и вошла в подземелья профессора Снейпа со звонком, надеясь незаметно юркнуть за самую дальнюю парту.
Но стоило тебе переступить порог, как ты замерла.
Твое привычное место в углу класса уже было занято. Там, небрежно развалившись на стуле и крутя в пальцах волшебную палочку, сидел Драко Малфой. Его школьная мантия была идеально отутюжена, а на губах играла та самая наглая, торжествующая усмешка.
Весь класс уже сидел по местам. Свободных стульев больше не осталось.
— Мисс Т/И, живее. У нас нет времени ждать, пока вы выберете себе партнера, — раздался холодный, струящийся голос Снейпа из темноты кабинета. — Садитесь к мистеру Малфою. Живо.
Под пристальными взглядами однокурсников ты, едва переставляя ватные ноги, подошла к парте. Краска уже заливала твои щеки. Ты тихонько присела на самый край стула, стараясь отодвинуться от Драко как можно дальше, и уткнулась взглядом в учебник.
— Сбегать от меня было не очень вежливо, глупышка, — тихо, но отчетливо прошептал Драко, наклонившись к твоему уху. От его теплого дыхания по твоей шее пробежали мурашки. — Из-за тебя я выглядел глупо. А Малфои не любят выглядеть глупо.
Ты промолчала, судорожно открывая сумку. Твои пальцы так дрожали, что ты никак не могла вытащить хрустальные флаконы для ингредиентов.
Вдруг Драко протянул руку и бесцеремонно пододвинул твой учебник к себе. Ты испуганно посмотрела на него и замерла. Между страниц твоего учебника, прямо на рецепте «Амортензии», лежала та самая вчерашняя белая роза. Магия сохранила её идеально свежей, а капли росы всё так же блестели на лепестках.
— Сегодня ты её заберешь, — нагло и безапелляционно заявил Драко, заглядывая прямо в твои испуганные глаза. Его романтичный, низкий голос стал мягче, чтобы слышала только ты. — И даже не думай снова убегать. Теперь мы варим зелье в паре. Весь. Месяц. Я лично об этом позаботился.
Ты прерывисто вздохнула, понимая, что спрятаться от него больше не получится. Весь оставшийся урок тебе предстояло провести в опасной близости от самого дерзкого и настойчивого парня Слизерина.
Снейп взмахнул палочкой, и на доске появились инструкции. Класс тут же зашумел: зазвенели хрустальные флаконы, застучали ножи для нарезки ингредиентов. Ты судорожно ухватилась за серебряный нож, пытаясь сосредоточиться на измельчении сушеных златоглазок. Твои пальцы всё еще заметно подрагивали.
Драко лениво подпёр подбородок рукой, с нескрываемым удовольствием наблюдая за твоими тщетными попытками успокоиться. Твой профиль, пунцовые щеки и то, как ты закусывала губу от волнения, забавляли его и восхищали одновременно.
— Ты режешь слишком крупно, — вдруг тихо пригрозил он, и в его голосе проскользнули те самые бархатные, романтичные нотки. — Зелье испортится. Давай помогу.
Ты не успела даже кивнуть, как Малфой нагло и уверенно накрыл твою ладонь своей. Его пальцы — длинные, прохладные, с фамильным перстнем-печаткой — крепко, но аккуратно обхватили твою руку, направляя движение ножа. Это прикосновение пронзило тебя словно разряд тока. От неожиданности и стыда перед всем классом твоё сердце сделало дикий кувырок.
Ты мгновенно, словно обжегшись о бродячее пламя, выдернула свою руку из-под его ладони. Нож с негромким стуком упал на деревянную доску.
— Не надо! — испуганно шёпотом вскрикнула ты, отшатнувшись и спрятав руки под стол, крепко вцепившись в край мантии. Ты едва дышала, боясь, что Снейп или сидевшие впереди Панси с Блейзом обернутся на этот звук.
Малфой остался сидеть с протянутой рукой, его пальцы всё еще хранили тепло твоей кожи. Его брови на секунду взлетели вверх от такой резкой отповеди. Наглая ухмылка на миг исчезла, уступив место искреннему удивлению — никто в Хогвартсе не отвергал его так часто и так быстро, как ты.
Но уже через мгновение на его губах снова заиграла дерзкая, азартная улыбка. Он медленно опустил руку на стол и подался к тебе так близко, что его платиновые пряди почти коснулись твоего плеча.
— Какая ты дикая, глупышка, — вкрадчиво прошептал он, и его серые глаза потемнели от подступившего интереса. — Думаешь, если будешь прятать руки, я до тебя не дотронусь? Можешь бегать от меня сколько угодно. Это делает мою победу только слаще.
Ты ещё сильнее вжала голову в плечи, понимая, что твоё мгновенное бегство только сильнее распалило этого несносного романтика.