Глава 7 «Трещины»
Токио.
2005 год.
До фестиваля Мусаси оставалось всё меньше времени.
И чем ближе становилось третье августа...
Тем сильнее Такемичи чувствовал страх.
Он буквально ощущал, как вокруг Тосвы сгущается тьма.
Раньше, когда он только попал в прошлое, всё казалось ему хаотичным, но простым.
Банды.
Драки.
Подростки.
Но теперь он начал понимать:
Самое страшное - не враги снаружи.
Самое страшное - когда начинают рушиться связи внутри.
---
Святилище Тосвы.
Вечер.
Воздух был тяжёлым и жарким после дневной духоты.
Большинство участников уже собрались возле лестницы храма. Кто-то сидел на байках, кто-то громко спорил, а кто-то обсуждал предстоящую драку с Мебиусом.
Но атмосфера сегодня была другой.
Слишком напряжённой.
Такемичи заметил это сразу.
И причиной были они.
Майки и Дракен.
Обычно рядом друг с другом они выглядели как единое целое.
Как два человека, идеально понимающие друг друга без слов.
Но сейчас...
Они стояли напротив.
И между ними будто натянулась невидимая струна.
Манджиро:
- Мы раздавим Мебиус сейчас.
Дракен нахмурился.
Дракен:
- Ты вообще слушаешь, что я говорю?
Майки резко посмотрел на него.
Манджиро:
- Они тронули наших!
Дракен:
- И поэтому ты хочешь устроить полномасштабную войну?!
Толпа вокруг моментально затихла.
Даже Баджи перестал улыбаться.
Мицуя тяжело выдохнул.
Такемичи почувствовал, как внутри всё сжалось.
Потому что он уже знал:
Это плохо.
Очень плохо.
Манджиро:
- Па-чин наш друг.
Дракен:
- Я знаю!
Манджиро:
- Тогда почему ты пытаешься нас остановить?!
Голос Майки прозвучал громче обычного.
Резче.
И это заставило всех напрячься.
Дракен шагнул ближе.
Дракен:
- Потому что ты сейчас думаешь эмоциями!
Манджиро:
- А ты стал слишком мягким.
Тишина.
Настолько тяжёлая, что слышно было только ветер.
Такемичи замер.
Он впервые видел, чтобы Майки говорил такое Дракену.
Дракен медленно сжал кулаки.
Дракен:
- Мягким?..
Манджиро:
- Ты постоянно меня тормозишь.
Дракен резко схватил Майки за форму.
Дракен:
- Потому что кто-то должен думать головой!
Несколько участников тут же напряглись.
Эмма испуганно ахнула.
Ирика резко поднялась со ступеней.
Такемичи почувствовал настоящий ужас.
Нет.
Нет-нет-нет.
Только не это.
Если они поссорятся...
Будущее станет реальностью.
Такемичи резко выбежал вперёд.
Такемичи:
- П-ПРЕКРАТИТЕ!!
Все удивлённо уставились на него.
Даже Майки и Дракен замерли.
Такемичи нервно сглотнул.
Он вообще не знал, что сказать.
Но молчать было нельзя.
Такемичи:
- В-вы же друзья!!
Манджиро:
- ...
Дракен:
- ...
Такемичи начал паниковать ещё сильнее.
Такемичи:
- Э-э...
- И... друзья не должны... эм... убивать друг друга?..
Несколько человек позади тихо прыснули от смеха.
Баджи вообще заржал в голос.
Баджи:
- Этот идиот реально влез между Майки и Дракеном!
Даже Мицуя прикрыл лицо рукой.
Но Такемичи было плевать.
Он смотрел только на Майки.
Потому что в его глазах впервые увидел не злость.
А боль.
Настоящую.
Манджиро резко отвёл взгляд.
Манджиро:
- Тц.
Он вырвался из хватки Дракена и пошёл прочь.
Дракен тяжело выдохнул.
А атмосфера вокруг осталась такой же тяжёлой.
---
Позже вечером.
Ирика сидела возле ступеней святилища совершенно одна.
Ночной ветер тихо колыхал её длинные белые волосы.
Она смотрела куда-то вдаль, крепко обнимая колени руками.
Такемичи осторожно подошёл ближе.
Такемичи:
- Ирика...
Она вздрогнула и подняла голову.
Но почти сразу слабо улыбнулась.
Ирика:
- Ты опять вмешался.
Такемичи неловко сел рядом.
Такемичи:
- Ну...
- Я пытался помочь...
Ирика тихо рассмеялась.
Очень устало.
Ирика:
- Это было видно.
Несколько секунд они молчали.
А затем Ирика опустила взгляд.
Ирика:
- Они никогда раньше так сильно не ссорились.
Такемичи почувствовал, как сердце неприятно кольнуло.
Ирика:
- После смерти Шиничиро Майки стал другим.
- Но рядом с Дракеном он всегда возвращался в норму.
Она крепче сжала пальцы.
Ирика:
- А сейчас...
- Мне страшно.
Такемичи внимательно посмотрел на неё.
И впервые понял:
Ирика тоже держит Майки.
Не только Дракен.
Она - ещё один человек, который не даёт ему окончательно утонуть во тьме.
---
На следующий день.
Такемичи снова оказался в будущем.
Наото ждал его возле машины.
Ночной город отражался в мокром асфальте.
Наото выглядел серьёзнее обычного.
Наото:
- Мы подтвердили дату.
Такемичи замер.
Наото:
- Третье августа.
- Фестиваль Мусаси.
Внутри всё похолодело.
Наото открыл папку с материалами.
Фотографии.
Полицейские отчёты.
И одна строка, от которой становилось страшно.
«Кен Рюгуджи - погиб от ножевого ранения.»
Такемичи резко сжал бумаги.
Такемичи:
- Нет...
Наото:
- Если Дракен умрёт, будущее окончательно изменится.
Такемичи тяжело дышал.
Он уже видел, насколько важен Дракен для Майки.
Для Тосвы.
Для всех.
Без него...
Всё развалится.
Такемичи медленно поднял взгляд.
Такемичи:
- Я спасу его.
Наото:
- Даже если придётся рискнуть жизнью?
Такемичи без колебаний кивнул.
Такемичи:
- Да.
---
После возвращения в прошлое Такемичи начал замечать ещё больше странностей внутри Тосвы.
Особенно одного человека.
Пэ-яна.
Заместителя Па-чина.
Во время собрания он всё время смотрел на Дракена с плохо скрываемой злостью.
А позже Такемичи случайно услышал разговор.
Пэ-ян:
- Пока Дракен тормозит Майки, мы ничего не сделаем.
Другой парень нахмурился.
- Ты хочешь пойти против Дракена?
Пэ-ян отвернулся.
Пэ-ян:
- Если понадобится.
Такемичи почувствовал холод по спине.
Вот оно.
Предательство.
Трещины внутри Тосвы становились всё больше.
---
Поздней ночью.
Майки сидел на крыше старого здания.
Один.
Редкость.
Обычно рядом всегда были Дракен или Ирика.
Но сейчас он молча смотрел на ночной город.
Ирика осторожно подошла ближе.
Села рядом.
Несколько минут они просто молчали.
А потом Майки тихо заговорил.
Манджиро:
- Думаешь, я ошибаюсь?
Ирика медленно посмотрела на него.
Ветер слегка растрепал светлые волосы Майки.
И впервые за долгое время он выглядел не как лидер Тосвы.
А как обычный пятнадцатилетний парень.
Уставший.
Потерянный.
Ирика осторожно взяла его за руку.
Ирика:
- Я думаю...
- Ты слишком сильно любишь своих людей.
Майки закрыл глаза.
Ирика тихо придвинулась ближе.
Ирика:
- Но Дракен тоже пытается их защитить.
Тишина.
Город шумел где-то далеко внизу.
А над ними медленно собирались тёмные облака.
Словно сама судьба готовилась к чему-то страшному.
И третье августа приближалось всё быстрее.