S. S. S.

Коридор. Академия «Хаос». Шедоу шёл впереди команды «Вольтрон» — чеканил шаг, как на параде. Руж — справа от него, Тейлз — слева. Сильвера не было — Блейз снова утащила его на первую парту, и он делал вид, что не хочет сбежать.

— А где... Соник? — спросил Шедоу, даже не пытаясь скрыть беспокойства.

Голос дрогнул. Чуть-чуть. Но Руж услышала. Улыбнулась. Ничего не сказала.

— Понятия не имею, — ответила она, пожимая плечами. — Он сказал, что «нужно кое-что проверить».

— Что проверить?

— Не сказал.

— Ты не спросила?

— Он исчез раньше, чем я открыла рот.

Шедоу нахмурился. Повернулся к Тейлзу. Тейлз почесал затылок и неопределённо показал куда-то назад — туда, откуда они пришли.

— Он там? — спросил Шедоу.

— Был, — ответил Тейлз. — Я видел синюю вспышку минуту назад.

— А сейчас?

— Сейчас — не знаю.

Шедоу вздохнул. Открыл рот, чтобы сказать что-то умное, но не успел.

Из-за угла выскочил Соник.

Синяя вспышка. Ветер. Запах яблок — и дыма.

В пальцах у него была сигарета. Зажжённая, дымящаяся, с длинным пеплом на конце. А в глазах — намерение. Явное. Опасное. «Кого-нибудь переехать».

Этим кем-то оказался Шедоу.

Соник подлетел к нему — сверхзвуковая скорость, сапоги (белые, со звёздами) скрипнули по полу — и сунул сигарету ему в рот. Не спросясь. Не извиняясь. Просто — взял и засунул.

— М-м-м? — промычал Шедоу, принимая сигарету. Он не закашлялся. Не выплюнул. Привык. Соник иногда приносил ему всякую хрень: то яблоко, то мармеладку, то сигарету.

— Кури, — сказал Соник, закидывая руку ему на плечо. — Тебе нужно расслабиться.

— Я расслаблен, — ответил Шедоу, выпуская дым носом.

— Ты похож на сжатую пружину.

— Это моя естественная форма.

— Твоя естественная форма — красный ёжик с проблемами.

— Заткнись.

— Не заставлю.

Руж и Тейлз переглянулись. Руж сделала селфи. Тейлз вздохнул.

---

Срочное собрание.

Соник собрал команду у окна. Сигарета Шедоу догорала. Соник жестикулировал, тыча пальцем в сторону столовой, где сидели команды «Сияние» и «Хаотикс».

— Они подружились, — сказал Соник. Голос — тихий, опасный.

— Кто? — спросил Тейлз.

— Сияние и Хаотикс. Блейз, Эми, Крим, Биг, Стикс — и эти новенькие. Крокодил, хамелеон и пчела.

— И что в этом плохого? — спросила Руж.

— Всё. Это — мерзость.

— Почему?

— Потому что они — не мы. А мы — Вольтрон. А Вольтрон должен быть лучшим.

— Мы и так лучшие, — заметил Шедоу, затягиваясь.

— Знаю. Но они не должны об этом знать.

— Параноик.

— Реалист.

Руж, как самый информированный член команды, встала справа от Соника (да, она постоянно крутилась возле него — привычка, традиция, удобство) и начала вставлять свои комментарии.

— Они встречались вчера в кафе, — сказала она, листая телефон. — Эми ела пирожное, Блейз пила чай, а Чарми...

— Что Чарми? — спросил Соник.

— Чарми рассказывала про тебя. Всю ночь. Вектор и Эспио слушали и кивали.

— Мерзость, — повторил Соник.

— А ещё она знает твой размер обуви.

— Откуда?!

— Спросила у Тейлза.

Тейлз покраснел. Спрятался за Шедоу.

— Я... я не хотел, — сказал он. — Она такая настойчивая...

— Ты предатель, — сказал Соник.

— Я брат!

— Брат-предатель.

— Это нечестно.

— Это жизнь.

Шедоу докурил. Затушил бычок о подошву ботинка (аккуратно, он же совершенная форма жизни) и посмотрел на Соника.

— Соник, — сказал он. — Они нас не убьют. Ты параноик.

— Я не параноик, — ответил Соник, скрещивая руки на груди. — Я забочусь о безопасности нашей команды, как ответственный капитан. Меня не устроит расклад обстоятельств, в котором мои друзья пострадают.

Шедоу посмотрел на него. Долго. Внимательно. В его глазах — красных, серьёзных, уставших — мелькнуло что-то тёплое. Он резко отвернулся куда-то в сторону. К стене. К окну. К чему угодно, лишь бы не смотреть на это лицо с острыми зубами и лиловым зрачком.

— Ты... слишком умный для своего облика, — сказал он. — Это... бесит.

— А ты слишком много говоришь обо мне, — ответил Соник, улыбаясь. — Это тоже бесит.

— Это потому что ты — сущий кошмар с автоматом.

Тишина. Гробовая.

Соник побледнел. Его глаз — левый, обычный — дёрнулся.

— НИКАКОГО АВТОМАТА У МЕНЯ НЕТ! — заорал он на весь коридор.

— Есть, — спокойно ответил Шедоу. — Я видел.

— ЭТО... ЭТО МАГИЧЕСКИЙ!

— Но автомат же.

— НЕТ!

— Звезда на поясе — это не автомат, — сказал Шедоу, кивая на артефакт. — Но тот, который ты спрятал в тени...

— Это не автомат! Это... это... магический артефакт для самообороны!

— Который стреляет.

— Который... светится!

— И стреляет.

— Заткнись.

— Не заставлю.

Руж перестала фотографировать. Тейлз перестал прятаться. Они оба смотрели на своего капитана — красного, злого, с дёргающимся глазом — и чувствовали, что сейчас будет что-то важное.

— Соник, — сказал Шедоу, делая шаг вперёд. — У тебя есть автомат. Это факт. Но это не делает тебя плохим капитаном.

— Правда? — спросил Соник, не веря.

— Правда. Это делает тебя... подготовленным.

— И параноиком, — добавил Тейлз.

— И параноиком, — согласился Шедоу. — Но это тоже часть тебя. А мы — твоя команда. Мы принимаем тебя любым.

— Даже с автоматом?

— Даже с автоматом.

Соник посмотрел на него. Потом на Руж. Потом на Тейлза. Потом на свои сапоги (белые, со звёздами, немного грязные).

— У меня нет автомата, — сказал он тихо.

— Конечно, нет, — ответил Шедоу.

— Я не параноик.

— Конечно, нет.

— А вы — моя семья.

— Знаем.

— И я вас всех люблю.

— Тоже знаем.

Соник улыбнулся. Острые зубы. Лиловый зрачок. И в этом не было ничего страшного. Только тепло.

— Ладно, — сказал он. — Пошли на урок. Но если эти...

— Вольтрон, — перебила Руж. — Мы успеем. Они ещё пьют чай.

— Тогда... — Соник щёлкнул пальцами. Из тени вылезла копия. С автоматом? Нет, с яблоком. — Чарми не подходить. Это приказ.

— Принято, — ответили все.

Они пошли. Все вместе. Как семья.

---

Бонус-сцена. Столовая.

Чарми сидела за столом с командой «Сияние». Ела пирожное. Смотрела в окно. Ждала.

— Он придёт? — спросила она.

— Нет, — ответила Блейз.

— Почему?

— Он параноик.

— И у него есть автомат, — добавил Вектор.

— Правда? — Чарми засияла. — Это так круто!

— Это страшно, — сказала Эми, поежившись.

— Это Соник, — сказала Блейз. — Он всегда страшный. И всегда крутой.

— Ты его ненавидишь? — спросила Чарми.

— Нет. Я просто... ревную.

— К кому?

— Ко всем.

Чарми не поняла. Но улыбнулась.

— Он придёт, — сказала она. — Я чувствую.

— Не придёт, — ответила Блейз.

— А я подожду.

Она ждала. И не дождалась. Но не расстроилась. Потому что знала: Соник — это катастрофа. А катастрофы не приходят, когда их ждут. Они врываются.

Как синяя вспышка.

Как смех.

Как любовь, которую нельзя назвать, но можно почувствовать.