Свидетель этого мира

И взойдёт вновь солнце, да развеет мрак густой

Утро в городе Тир. Во всей Мисторе вы не найдете места более красивого, чем Тир в лучах утреннего солнца. На самом верху замка Уиллфордов ещё с давних времен был установлен диск созданный магией, со стеклом разной толщины, чтобы утреннее солнце усеивало весь город солнечными зайчиками, и когда они попадают на крылья радужных жуков, то улицы наполняются витающими, мигающими разными цветами огоньками. Тем временем у стойл с лошадьми и повозками собрались трое, чья воля крепка, а намерения чисты, ну, или почти…

– Где её носит?

– Видимо принцески из башен не привыкли вставать рано.

– Так, девочки, не пылите. Во-первых, прошло всего десять минут, во-вторых…

– Долго ждёте? – спросила Рейчел подошедшая из закоулка, со спины.

– Хэх, а её величество не промах, запомнила наставления – подметил с улыбкой Лак, – Пропуск у тебя?

Девушка аккуратно показала край пропуска, спрятанный под платьем в зоне декольте. Покрасневший юноша, как только оттащил слюнепускающую Иви от Рейчел, сразу же начал расспрашивать, почему девушка спрятала пропуск в таком месте, и почему бы ей тогда не спрятать его было вообще в… кхм.

– Я выходила как служанка, а их обыскивают – надув щеки сказала Рейчел.

– Хитро. А тебя не хватятся, мы не на один час уезжаем – поинтересовалась Цити закинув руки за голову.

– Не хватятся, я приказала не беспокоить меня и закрыла комнату на ключ, сейчас в замке мною мало кто интересуется.

– Заговоры, интриги, бойня за престол. – поблескивая желтыми глазами, тихо сказала Иви, – А ты не боишься, что они могут приняться за тебя? Как никак, ты прямая наследница.

– Именно поэтому и нужно спешить. Сейчас я веду себя неприметно, чтобы обо мне и не вспоминали, пока они заняты друг другом, так что, у нас есть время.

– Я бы не стал на твоём месте так обобщать. Мы помогаем друг другу, а не ведём общее дело. Прости если прозвучало грубо. – внезапный холод Лака удивил девушку, но та не подала вида, – Повозка уже готова, нам пора выдвигаться.

– Постой. Я прихватила еще кое-что из королевской оружейной – парный амулет жизни.

– Чего? И что он делает? – С любопытством спросила Цити.

– Его можно настроить на двух людей. Если один застегивает амулет на себе, то у второго артефакт начинает светиться голубым светом. Так мы сможем лучше понимать положение друг друга, и в случае чего сможем подавать сигналы. – Осведомила Рейчел героев, от чего те округлили глаза. – И самое забавное – какой бы нам не казалось это диковинкой, но раньше это было просто безделушкой для всяких парочек. Благо, что в моей семье были коллекционеры до мозга костей. – После этих слов, они настроили амулеты на Лака и Рейчел, и каждый надел свой.

Повозка медленно двинулась в сторону восточных ворот, за поводьями сидел Лак, а трое девушек забрались в закрытую повозку. Из щели в ткани, Рейчел могла видеть, как дети играют: то в четырех волшебников, то в охотника и грамла, когда один брал рогатку и стрелял сухарями по-другому, нацепившему на себя ветки в виде шипов на спине и бегал на четвереньках за охотником.

Она видела оживленную рыночную площадь, через которую ехала их повозка – видела, как спорят торгаши, кто выкупит последний кувшин вина; видела, как сплетничают женщины жестикулируя как маэстро на празднике Нот и Ключей. Жизнь, текущая на городских улицах, показалась ей безмятежной, спокойной, согревающей душу своей простотой и обыденностью. Но мысли о возможных переменах нагоняли тревогу.

Цити, сидевшая в дальнем углу повозки, понемногу засыпала, и недолго противясь этому, провалилась в мир грёз, где в свои объятия ее принял сон, что она видела не один раз.

***

– Прости Цити, прости нас. – голос женщины доносился из старого дома посреди леса, – Мы не сможем подарить тебе хорошую жизнь. – женщина и мужчина крепко обнимали маленькую девочку, – Поэтому тебе нужно идти, идти туда, где ты сможешь найти её.

Дверь раскрылась и в неё зашли двое в плащах, один из них скинул капюшон откуда показалось лицо, изуродованное шрамами от левой щеки до затылка.

Мужчина закрыл собой дочь и жену, встал и двинулся в сторону двоих незнакомцев, – Кто вы? Мы обращались в колл… – удары грома заглушали часть слов, – …не похоже, чтобы вы пришли отту… – вместе с очередным ударом грома человек со шрамом нанёс удар своим клинком. Багровые брызги окропили стенку и пол.

– Беги, – тихо прошептала женщина, закусив трясущиеся губы, но после встала и побежала в сторону незнакомцев, – Беги со всех но… – очередной удар грома и арбалетный болт пронзил грудь женщины. Человек со шрамом переступил через их тела и потянул руку к девочке…

***

– Мы подъезжаем к воротам, Рейчел передай мне пропуск. – слова Лака донеслись в повозку из окна извозчика.

– Да, сейчас. Как долго ехать до того места?

– Примерно пол дня. Только вот…

– Только вот ехать придется через 'Гнилой лес'. – вмешалась Иви, – Рассадник полудурков с оружием, пустыми глазами и сердцем.

– Да, все так. И если его объезжать, то потратим не меньше двух дней. Мы у ворот, сидите тихо.

Наши герои минули ворота без особых трудностей и направились в Гнилой лес.

Зелёные моря раскрывались по обе стороны горизонта, по которым то и дело прыгали линксы – маленькие создания с телом кролика, но передними лапками и хвостом крысы, их прыжки могут достигать до одного метра в высоту для охоты за жуками или чтобы достать низкорастущие плоды. Птицы то и дело вились рядом с деревьями, где скапливались жуки яблочники. Звуки природы заиграли в унисон и вокруг повозки образовалась умиротворяющая, тихая, спокойная музыка.

Через некоторое время музыка затихла, на смену ей пришли крики воронов и рычание волков, – Это безглазые псы, будем вести себя тихо, они нас не тронут. – прошептала Иви смотрящая через щель наружу. Цветущие поля сменились медными пустынями, а деревья уже не пылали свежим зеленым цветом, это был лишь сухостой и потрескавшаяся кора, скрипящая на ветру.

Воздух наполнился свинцом, в нос ударил странный запах, словно смешались гниль, сладость и гарь. Рейчел попыталась рассмотреть в щель окружение, но смогла увидеть лишь деревья, сменяющие друг друга и непроглядный мрак за ними.

– Как долго мы едем? – спросила Рейчел шепотом, слегка подергав Лака за мантию.

– Пару часов, не больше.

– Но почему так темно, сейчас день, а я не могу разглядеть то, что за деревьями. И что это за противный запах? – девушка была напугана и сбита с толку, и Лак это понимал, поэтому, решил, что лучше она будет знать и опасаться, чем бояться в неведенье.

– Ещё до катастрофы, Гнилой лес был обителью шэнси. Никто не ездил этой дорогой, разве что ради охоты на них. Этот лес служил словно порталом в мир тьмы, здесь можно было призвать любую нечисть, но вызвав одно, привлечешь внимание и остальных, поэтому сюда совались лишь опытные чародеи или же отчаявшиеся. Здесь было одно из средоточий тьмы. После инцидента Фьюдэд здесь ничего не изменилось, только лишь шэнси ушли вслед за своим повелителем.

– А ещё, говорят, что здесь до сих пор действует проклятие мрачного разума. – беззаботно отозвалась из повозки Иви, переводя слегка поблескивающие глаза в полумраке повозки на принцессу.

– Проклятие? – уже отвлеченная спросила Рейчел.

– Да. Люди – спасение и одновременно яд для всего к чему они прикасаются. С помощью магии мы научились облегчать свою жизнь, бороться за неё и защищать. Так же мы научились помогать окружающим – озеленять поля, лечить животных и усмирять природу, когда её буйство несёт вред. Нашлись и те, кто решил использовать магию во вред. В легендах говорится, что давным-давно жил чародей, росший в окружении гениев магии, но сам не обладал талантом. Он решил исправить это любой ценой и направился в этот лес. Когда он сюда пришёл, шэнси окружили его, но не напали. Один из них вышел и назвал ему своё имя – Хаджин. Он чувствовал, что парень слаб духом и предложил ему каплю своей силы, что в контакте с чистой энергией мага преумножило способности чародея, но навсегда изменило его нутро. Первое, что он сделал – закрыл доступ в лес, наложив проклятие мрачного разума, чтобы никто больше не смог получить такую силу. Это проклятие наделяет мрак особым влиянием на сознание человека, заглядывает в самые глубины его души и привязывает к этому месту. Вскоре человек не может физически покинуть этот лес и вечно скитается во мраке пока не умрет.

Пока Рейчел слушала Лака её взгляд невольно устремился во тьму. К девушке из мрака потянулась рука и голос очень знакомый ей, – Рейчел... – отдаленно прозвучало где-то из глубины леса. Девушка протянула руку в ответ и Лак крепко схватил её запястье, – Если ответишь тьме, уже никогда не избавишься от неё. – сказал он, глядя из-за плеча на Рейчел.

– Видимо проклятие ещё действует. – с ухмылкой сказала Цити, – А на счёт запаха, звери тут не водятся и тем, кто угодил в ловушку проклятия чем-то нужно питаться. – протянувшись вдоль лавки, и закинув нога на ногу, продолжила она, – Кто-то умирает сам, кому-то помогают, но итог один, они оказываются на костре.

– На костре?! Но зачем? – Рейчел повернулась к Цити, в ее голосе было изумление.

– Не сырыми же их есть. – Обыденно сказала волчица, – Те, кто попал под влияние проклятия теряют всякий здравый смысл, остаются лишь темные желания и инстинкты.

После этих слов принцесса, села на прежнее место у края повозки и попыталась переварить то, что на нее свалилось, но всё что у неё вышло – лишь нагнать на себя ещё больше страха.

Они ехали ещё около часа по Гнилому лесу, и как только выехали из него, Рейчел посмотрела в щель на отдаляющийся мрак, где посреди дороги стояла темная фигура и смотрела в след повозки. Вспомнив слова Лака, она обомлела и отвернулась. Оставшуюся часть пути, принцесса сверлила пол взглядом и старалась убедить себя в том, что ей это причудилось.

Тем временем, горизонты начали обретать прежние краски и безмятежность. Повозка ехала по дороге затем свернула за небольшой бугор и направилась в сторону большого дуба по каменистой дороге, растительность понемногу густела, следов на дороге становилось всё меньше.

По прибытию на место, все вышли из повозки и хорошенько размялись, а после направились в сторону дуба на холме. У его корней была небольшая дверь, заметная только лишь вблизи. Лак открыл её с помощью ключа и перед ними открылся проход, уходящий под дерево. Он взял пару факелов, заготовленных заранее у входа, зажёг их, и вручил один Рейчел.

– Рейчел, Иви будьте осторожны, здесь крутой спуск, Цити держи меня за руку. – девушка радостно подбежала и взяла Лака за руку, завиляла хвостом, и они направились вниз.

Иви тоже взяла Рейчел за руку и прижалась к ней с довольным лицом, Рейчел прищурившись посмотрела на нее и слегка отстранилась, но руку не отпустила, и последовала за Лаком с Цити.

Спустившись с лестницы, они попали в комнату, исписанную рунами, начертанными на камне. Местами с потолка свисал вязанный мох, колышущийся, время от времени, из-за беспорядочного потока холодного ветра, который то и дело пытался потушить их факелы.

Из дальней её части доносились шорохи и ёрзанья. Пройдя немного в глубь свет факелов пал на сидящих в углу детей, в их глазах был страх и безнадежность. Рейчел смогла их успокоить, и уговорила, чтобы они пошли с ней, – Я выведу их и усажу в повозку, как долго мы будем здесь?

– Мы не знаем точно, когда дружки Гажа придут сюда, – донеслось из другой части комнаты, где Лак рассматривал руны, – не думаю, что он оставит всё как есть. Его казнят, и он не упустит возможность насолить нам перед этим.

– Я всё хотела спросить, где вы взяли труп и кровь? – девушка насторожилась и сжала часть платья в кулак, – Вы же ведь никого не убили?

– Это был вор и убийца, – отозвалась Цити рассматривающая пьедестал, в ее словах не было ни капли попытки смягчить факты, – один из шайки Гажа, у них была перепалка на днях, лучшая мишень для нашего плана, а кровь свиная.

– За всё нужно платить, и он заплатил. – ответил Лак глядя на руны и на кусок дерева в своих руках, – Все мы однажды заплатим.

Рейчел опустила взгляд и тихо сказала, – Но кто имеет право оценивать сколько и кто должен платить? – подняв глаза, она обратила внимание на Лака, – Что это у тебя? Это же та палка, что была вчера?

– Это не совсем палка, отведи детей и возвращайся, у нас мало времени. – не отрывая глаз сказал Лак.

Рейчел прикусила губу, * – Вопросы лучше оставить на потом. – * времени у них было действительно мало. Они сейчас в заведомо проигрышной ситуации, в их руках жизни детей, да и Рейчел не сможет постоять за себя в случае опасности, поэтому она направилась в сторону выхода, где её уже ждали дети. Девушка вышла на улицу и принялась усаживать детей в повозку. Тем временем трое в тайнике волшебника продолжали изучать руны, дабы понять, как открыть его.

– Хммм, знаете, мне кажется, чего-то не хватает, – разгуливающая по комнате Иви, наматывала очередной круг. Ее взгляд безучастно плавал по стенам и потолку, а голос не покидали ехидные нотки, – Ах да, чтобы открыть тайник нужна магия. – подойдя к пьедесталу, она оглянулась на своих спутников и стала водить по нему рукой, мурлыкая что-то себе под нос.

– Ты прямо брезжишь оптимизмом. – отозвалась Цити помогающая Лаку искать нужные руны.

– Нам нужно что угодно, что содержит магию – будь то человек или же предмет. – поднимаясь с колена сказал Лак, – Можно приступать.

Держа деревянную, похожую на кинжал, палку в руках, Лак отошёл на расстояние от стены, затем выставил её перед собой, провел по ней открытой ладонью левой руки, и сделав шаг вперёд, начал касаться символов на стене деревянным артефактом в правой. В тандеме с рунами на камне, знаки на рукояти начали зажигаться синим светом, один за другим, от рукояти до края. Комнату заполнил еле слышимый шепот, исходящий от деревянного клинка, исписанного рунами. На руки Лака опустилась тяжесть, ноги стали ватными, но послушались и направились к пьедесталу, – Иви, в сторону! – выдавил через зубы юноша, девушка отпрянула и когда он положил свободную руку на каменный невысокий столб, все символы на стенах засияли и комнату заполнил сапфировый свет.

***

– Давай руку, аккуратно… – Рейчел бережно помогала садиться в повозку ослабшим детям, – Вот умница. – усадив последнего, она направилась в сторону дуба и увидела из двери яркое сияние, – Что здесь… – она направилась к спуску вниз и уже на подходе к тайнику почувствовала дуновение ветра, более сильное, чем потоки воздуха, что были раньше.

Когда Рейчел вошла в комнату, словно призраки несущие свой обет, по ней блуждали блеклыми фантомами вихри магии, стены сияли и испускали голубые блики, ветер сновавший в хаотичном направлении чуть ли не сбивал с ног, – Что здесь происходит?! – прокричала девушка, но её голос растворился среди дуновения потоков воздуха и уже перешедших на гулкое шипение голосов исходящих из стен и символов на предмете в руке Лака.

Глаза юноши вспыхнули лазурным светом и из стены за пьедесталом четкими линиями выделился проход, каменная плита начала трястись и подниматься вверх. Но когда проход открылся почти на половину, часть символов на пьедестале загорелись черным пламенем. Поток магии проходящий через Лака, из магического предмета в правой руке в пьедестал в левой, стал замедляться.

Каменный столб начал изливаться тьмой, что устремилась в Лака через руку. Затем каменная плита завибрировала, пошла трещинами, из которых сочился свет, ослепляющая белизна сосредоточился в ней, в след за чем последовала сильная ударная волна, и она разлетелась на куски, отбросив всех в сторону к выходу.

***

Двумя неделями ранее…

– Ты спрашивала, почему я не рассказываю о себе. – Лак прижал к себе Цити обнимая ее, его голос звучал удрученно. Блеклый свет чистого ночного неба из окна прогонял темноту от постели.

– Просто… ты очень скрытный, даже со мной, даже когда мы одни. – девушка повернулась лицом к Лаку и посмотрела ему в глаза, – Я хочу узнать тебя лучше, разделить то, что постоянно тебя гложет. Прошу тебя.

– Я хочу рассказать, но… – его взгляд устремился на звездную гладь в окне, – …но всё что я помню – это последний год моей жизни, то, что было до этого словно вырвали, просто пустота.

– Должны же быть люди, которые знают тебя, помнят. Наверняка есть способ вернуть твои воспоминания, мы можем отправиться на поиски, мир огромен! – слова девушки искали отклика, отчасти слишком сильно из-за ее нежелания остаться безучастной.

– Весь этот год я искал. Делал всё, что только можно было обошел все ближайшие города. Единственное, что осталось – магия. – Юноша перевел взгляд на Цити. Увидев ее глаза, он продолжил, – Однажды, во время скитаний, я был ранен, меня спас старик и помог мне прийти в себя. За всё время, он не сказал ни слова, но дал ознакомиться с его книгами и свитками.

Тогда я узнал, что мы в этом мире совсем не одни: шэнси, одержимые, вывертни и многое другое. Но самое главное – знания о магии, совсем немного, но этого было достаточно, чтобы надеяться. И я сделаю всё, чтобы вернуть себе память.

– Мы, мы сделаем.

***

После магического взрыва, Лака отбросило в центр комнаты, его одежда и руки обгорели, на груди багровела полоса поперёк клёпанного жилета, с не меньшей силой пришел удар и по его разуму.

В сознании юноши, один за другим, навязчивыми миражами стали являться расплывчатые образы.

– Мой малыш, – женщина, державшая его на руках, отодвинула ткань с лица ребенка, яркое солнце засвечивало взгляд не давая разглядеть ее, – тебе досталась отнюдь не лёгкая судьба, но, – таинственная женщина опустил дитя на землю и немного отступил назад, – но ты, и только ты способен совладать с ней. – густой тёмный смог поднялся за её плечами и начал поглощать, – Лак… Лак… Очнись, Лак! – его глаза открылись… и тьма блуждающая в них заклубилась черным дымом.

И взойдёт вновь солнце, да развеет мрак густой