12
Вечером в гостиной Гриффиндора было шумно. Близнецы Уизли праздновали удачное испытание новых хлопушек, а Рон с Гарри увлеченно обсуждали квиддич, довольные тем, как Рон проучил Малфоя на зельеварении. Ты сидела в кресле, отрешенно глядя на огонь в камине. Внутри было пусто.
Гермиона тихо подошла к тебе, взяла за руку и увлекла в самый дальний, темный угол гостиной, за высокий книжный шкаф. Убедившись, что парни заняты спором и не смотрят на вас, она полезла в карман своей мантии.
— Т/И, послушай меня... — шепотом начала Гермиона, оглядываясь. — Когда Рон рвал ту записку, один кусочек отлетел в сторону, прямо мне на колени. Я успела спрятать его до того, как Рон сбросил остальное в котел.
Подруга протянула тебе обгоревший с одного края, измятый обрывок пергамента. Твое сердце бешено заколотилось. Дрожащими руками ты развернула его под столом. Каллиграфический почерк Драко был неровным, он явно очень спешил и волновался. На обрывке удалось разобрать лишь несколько фраз:
«...клянусь, я не хотел... Паркинсон сама подбежала, я не успел её оттолкнуть... Т/И, я стоял там, потому что ждал тебя... твои слова в коридоре... я люблю тебя, слышишь? Я никогда не хотел причинить тебе... пожалуйста, приди в Выручай-комнату сегодня в...»
Дальше текст обрывался — остальная часть письма сгорела в твоем котле.
Ты подняла на Гермиону полные слез глаза. Подруга сочувственно вздохнула и крепко сжала твои пальцы.
— Он не врал тебе, Т/И, — тихо сказала Гермиона. — Паркинсон действительно всё испортила. Он любит тебя. И он ждет тебя в Выручай-комнате. Прямо сейчас. Парни думают, что всё кончено, но решать только тебе.
Ты сорвалась с места, не в силах больше сомневаться. Каждая секунда промедления казалась преступлением против вашего хрупкого, едва зародившегося чувства. На ходу бросив Гермионе короткое «спасибо», ты выскользнула через портретный проем, пока Гарри и Рон спорили из-за тактики квиддича.
Ты бежала на восьмой этаж, задыхаясь от быстрого бега и бешеного стука сердца. Коридоры Хогвартса казались бесконечными, но мысль о том, что Драко сейчас сидит там, потеряв всякую надежду после уничтоженного письма, придавала сил.
Оказавшись перед пустой стеной напротив гобелена с Барнабасом Ненормальным, ты трижды прошла мимо, мысленно умоляя: «Мне нужно место, где я смогу найти Драко. Мне нужно место, где мы будем одни».
На гладкой каменной поверхности проступили очертания изящной двери. Ты рванула ручку на себя и шагнула внутрь, тихо прикрыв за собой дверь.
Выручай-комната превратилась в уютную, небольшую гостиную, очень похожую на гриффиндорскую, но в приглушенных, нейтральных тонах. Там не было лишних вещей — только мягкий ковер, высокие книжные стеллажи и массивный каменный камин. В нем тихо и уютно потрескивали поленья, отбрасывая длинные янтарные тени на комнату.
Там был Драко.
Он просто сидел в глубоком кожаном кресле прямо у камина. На нем не было школьной мантии, только черная рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами и закатанными рукавами. Малфой сидел, низко опустив голову и уперевшись локтями в колени, его длинные пальцы были крепко сцеплены в замке. Он неотрывно смотрел на танцующие языки пламени. В его позе, во всем его силуэте сквозило такое тотальное, сокрушительное одиночество и безнадежность, что у тебя перехватило дыхание. Он явно не ждал, что после жестокой сцены на зельеварении ты действительно придешь.
От звука твоих шагов или твоего прерывистого вздоха Драко вздрогнул. Он медленно, словно не веря собственным глазам, поднял голову и посмотрел в твою сторону.
Ты не стала тратить время на слова. Преодолев разделяющее вас расстояние в несколько шагов, ты буквально подбежала к его креслу. Драко только успел приподняться, как ты с размаху опустилась перед ним на колени и крепко, изо всех сил обвила руками его шею.
Ты уткнулась носом в изгиб его шеи, судорожно вдыхая такой знакомый запах мяты и дорогого парфюма. Твои пальцы намертво вцепились в ткань его черной рубашки на спине.
Малфой на секунду полностью оцепенел. Его тело превратилось в каменное изваяние от дикого шока. Он не шевелился, словно боялся, что ты — лишь прекрасное видение, созданное магией Выручай-комнаты, которое растает от любого прикосновения. Но тепло твоего тела и то, как сильно ты прижималась к нему, быстро вернули его к реальности.
С его губ сорвался тихий, рваный выдох, похожий на стон облегчения. В следующую секунду Драко судорожно, почти до боли обнял тебя в ответ. Его сильные руки обхватили твою талию, буквально вжимая тебя в себя, а пальцы другой руки зарылись в твои волосы, притискивая твою голову к своему плечу. Он прятал лицо в твоих волосах, и ты чувствовала, как сильно и часто бьется его сердце прямо в твою грудную клетку.
— Т/И... — хрипло, едва слышно прошептал он твое имя куда-то тебе в шею. — Ты пришла. Мерлин, ты всё-таки пришла... После того, что этот нищеброд Уизли сделал с моим письмом, я думал, что потерял тебя навсегда.
Он чуть ослабил хватку, но лишь для того, чтобы взять твое лицо в свои ладони. Его пальцы слегка дрожали, а серые глаза, в которых больше не было ни капли льда — только безумная любовь и облегчение — преданно всматривались в твои заплаканные глаза.
— Гермиона спасла кусочек записки, — прошептала ты, накрывая своими ладонями его руки на своих щеках. — Я всё знаю, Драко. Прости меня.
Малфой ничего не ответил. Он просто смотрел на тебя секунду, а затем медленно, с невероятной нежностью и трепетом прижался своими губами к твоим, скрепляя ваше долгожданное перемирие.
Ты чуть отстранилась от его губ, но Драко не выпустил тебя из своих объятий. Он пересадил тебя к себе на колени, укутывая в теплый плед, который услужливо сотворила Выручай-комната. Вы сидели вдвоем в огромном кресле прямо у потрескивающего камина. Янтарные блики пламени плясали на его светлых волосах, делая их золотистыми, а в серых глазах больше не было ни капли той боли, что терзала его последние дни.
— Знаешь... — тихо прошептала ты, перебирая пальцами пуговицы на его черной рубашке. — Гарри вчера поймал меня с твоей запиской. Я расплакалась и во всем ему призналась. И он... он сказал, что мое счастье для него важнее факультетской вражды. Он разрешил мне быть с тобой.
Драко удивленно приподнял брови, и на его губах впервые за долгое время появилась мягкая, искренняя и чертовски красивая улыбка.
— Поттер совершил первый умный поступок в своей жизни, — тихо усмехнулся он. Малфой прижал тебя к себе еще крепче, утыкаясь носом в твою макушку. — Значит, мне больше не придется отбивать тебя у твоих преданных гриффиндорцев. Хотя, ради тебя я бы пошел войной на всю их башню.
Ты тихо засмеялась, чувствуя, как внутри разливается невероятное, абсолютное тепло. Всё, что пугало тебя раньше — косые взгляды, Пэнси Паркинсон, Слизерин, Гриффиндор — всё это вдруг стало таким мелким и неважным. Здесь, в Выручай-комнате, защищенные магией замка, вы были просто парнем и девушкой, которые нашли друг друга вопреки всему миру.
— Больше никаких недомолвок, Т/И, — серьезно сказал Драко, заставляя тебя посмотреть на него. Он взял твою ладонь и нежно поцеловал тыльную сторону, коснувшись губами кожи. — Клянусь, я никогда больше не заставлю тебя плакать. Я люблю тебя.
— И я тебя люблю, Драко, — выдохнула ты.
Он улыбнулся и снова увлек тебя в поцелуй — медленный, сладкий, наполненный бесконечной нежностью и обещанием, что теперь всё обязательно будет хорошо. За стенами комнаты Хогвартс жил своей обычной жизнью, но для вас двоих началась совершенно новая, счастливая история, где от ненависти до любви был сделан тот самый главный, финальный шаг.