2
Ты решила пойти. Оставить этот вызов без ответа означало признать поражение, а гриффиндорцы никогда не бегут от опасности. Дождавшись, пока Гарри, Рон и Гермиона увлекутся спором о квиддиче, ты незаметно выскользнула из Большого зала.
В Астрономической башне было темно и прохладно. Ветер с Черного озера завывал в открытых проемах, заставляя тебя сильнее кутаться в гриффиндорскую мантию. Пальцы крепко сжимали волшебную палочку в кармане.
— Всё-таки пришла, — раздался из темноты знакомый, растягивающий слова голос.
Драко вышел из тени массивной арки. В лунном свете его светлые волосы казались серебряными, а лицо — бледной мраморной маской. На нем больше не было школьной мантии, только черный джемпер и брюки, из-за чего он выглядел еще более высоким и чужим.
Ты сделала шаг вперед, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал от холода и адреналина:
— Что тебе нужно, Малфой? Зачем ты меня сюда позвал? Говори быстрее, у меня нет времени на твои дурацкие игры.
Вместо ответа Драко лишь опасно усмехнулся. В одно мгновение он преодолел разделяющее вас расстояние. Прежде чем ты успела вскинуть палочку, его сильные пальцы вновь мертвой хваткой вцепились в твои запястья.
Одним резким движением он снова прижал тебя к каменной стене башни. Позади тебя была лишь глухая кирпичная кладка, впереди — его тяжело дышащее тело, полностью блокирующее любой путь к отступлению. Холод камня прошил спину даже сквозь ткань одежды, но в следующую секунду тебя обдало жаром от его близости.
— Ты слишком много вопросов задаешь, гриффиндорка, — прошептал он прямо в твои губы, опаляя их своим дыханием. Его серые глаза в темноте казались почти черными.
— Убери свои грязные руки, Малфой! — процедила ты сквозь зубы, отчаянно пытаясь вырвать запястья из его железной хватки. Внутренний страх окончательно сменился чистой, обжигающей гриффиндорской яростью.
Драко лишь сильнее прижал твои руки к холодной каменной стене. На его губах заиграла опасная, ленивая усмешка. Он наклонился так близко, что его дыхание обожгло твою шею.
— Какая ты смелая, — прошептал он, и в его голосе послышалось искреннее, пугающее восхищение. — Осознаешь, где находишься, с кем разговариваешь, и всё равно продолжаешь шипеть.
— Я разговариваю с трусливым, озабоченным придурком! Ты просто извращенец поганый! — сорвалась ты на крик, глядя прямо в его потемневшие серые глаза. — Отпусти меня, слышишь?!
В ту же секунду его усмешка мгновенно испарилась. Лицо Малфоя превратилось в ледяную маску, а хватка на твоих руках стала почти болезненной.
— А за эти слова ты сейчас заплатишь, гриффиндорка, — глухо, сдерживая ярость, произнес он.
Ты не успела даже вдохнуть, чтобы выкрикнуть новое оскорбление. Драко резко подался вперед и грубо, собственнически впился в твои губы поцелуем.
Это не было похоже на романтическую сказку — это была настоящая битва. Поцелуй был жестким, требовательным и горячим, полным той самой ненависти и скрытого, долго подавляемого желания, которое искрило между вами все эти годы. Ты возмущенно замычала, пытаясь отвернуться, но он перехватил обе твои руки одной своей ладонью, а пальцами другой руки крепко зафиксировал твой подбородок, не позволяя отстраниться.
Постепенно его напор изменился. Злость в его движениях начала уступать место какому-то отчаянному, голодному допингу, и ты с ужасом почувствовала, как твоё собственное тело перестает подчиняться разуму. Сердце бешено колотилось в груди, а колени предательски подогнулись.
Когда Драко наконец медленно отстранился, его дыхание было рваным. Он тяжело смотрел на твои раскрасневшиеся губы, всё еще удерживая тебя у стены, но уже гораздо мягче. В его взгляде больше не было прежнего высокомерия — только растерянность и шторм эмоций.
Ты резко дернула головой, разрывая этот безумный, обжигающий поцелуй. Воспользовавшись тем, что хватка Драко на твоих запястьях ослабла, ты изо всей силы толкнула его в грудь. На этот раз он не стал тебя удерживать. Малфой отступил на шаг, тяжело дыша и глядя на тебя потемневшими, совершенно ошеломленными серыми глазами.
— Не смей... больше никогда ко мне прикасаться! — задыхаясь от бури эмоций, выкрикнула ты.
Развернувшись, ты бросилась прочь из Астрономической башни. Ты бежала по темным коридорам Хогвартса, едва разбирая дорогу, пока в ушах стучал пульс, а губы всё еще горели от его поцелуя. Тебя трясло то ли от негодования, то ли от пугающего осознания того, что тебе... не было противно.
Влетев в гостиную Гриффиндора, ты попыталась сделать глубокий вдох и нацепить маску спокойствия, но было уже поздно. Возле камина сидели Гарри, Рон и Гермиона. При твоем появлении они дружно подняли головы, и их лица мгновенно изменились.
— Т/И! Где ты была? — Гарри тут же поднялся с кресла. Его взгляд мгновенно сфокусировался на твоем лице. — На тебе лица нет. И ты вся дрожишь.
— О Мерлин, Т/И, твои губы... и запястья! — Гермиона подскочила к тебе, испуганно округлив глаза. Она сразу заметила красные следы от чужих пальцев на твоих руках. — Что случилось? На тебя кто-то напал?
Рон, который до этого жевал сахарное перо, резко вскочил, и его лицо залила краска гнева:
— Это этот слизеринский подонок, да?! Малфой? Фред и Джордж говорили, что он вчера к тебе лез! Говори как есть, Т/И, я его прямо сейчас в подземельях придушу!
Ты стояла перед лучшими друзьями, чувствуя, как к глазам подступают слезы от их искренней заботы. Сказать правду — значило признаться, что злейший враг их компании только что поцеловал тебя.