ВАРУ, ЗАЕБАЛ!!! [ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕНО!]

Пик нёсся по ночным лужам со скоростью триста километров в час, зажимая под мышками три килограмма сырого фарша и пакет пельменей. Вару мёртвой хваткой вцепился ему в фиолетовые волосы, балансируя на спине вожака, как на диком мустанге. Сзади выли полицейские сирены, но Вару было абсолютно плевать на закон — его душа требовала эстетики.

— ЭЙ, РОГАТЫЙ! ДЛЯ ТАКОГО ЭПИЧНОГО ПОБЕГА НУЖЕН ПРАВИЛЬНЫЙ САУНДТРЕК! — Заорал Вару и на всю громкость врубил на телефоне «Владимирский централ».

Из хрипящего динамика на весь район раздалось душевное: «Владимирский централ, ветер северный-и-и-и...»

— ВЫКЛЮЧИ ЭТО ДЕРЬМО-О-О! МЕНЯ СЕЙЧАС СТОШНИТ ТВОИМИ ЧИПСАМИ! — Взревел Пик, чуть не врезавшись в столб от неожиданности. — У МЕНЯ УШИ КРОВОТОЧАТ! ВКЛЮЧИ ХОТЯ БЫ МЕТАЛЛ!

— НЕТ, ПИКУША, ЭТО КЛАССИКА! ЭТО ПРО НАШУ ЖИЗНЬ! МЫ ЖЕ СЕЙЧАС БЕГЛЫЕ ПРЕСТУПНИКИ, ОГРАБИВШИЕ ПЯТЁРОЧКУ! — Вару начал дико хохотать, размахивая пачкой чипсов как флагом и подпевая в такт. — ЛЕЖАТЬ, ПОЛИЦИЯ, ПИК КУШАТЬ ХОЧЕТ!»

— Я ТЕБЯ СЕЙЧАС САМ СБРОШУ ПОД ПОЕЗД! — Рычал Пик, перепрыгивая через двухметровый забор детского сада.

От этого прыжка замороженные котлеты в его карманах глухо застучали по рёбрам, создавая идеальный ритм для шансона. Жители окрестных домов просыпались в холодном поту, наблюдая из окон, как в четыре утра по дворам бежит рогатый парень в фиолетовом плаще, на котором сидит зелёный тролль в очках и орёт.

Наконец, они долетели до своего дома. Замка на входной двери не было (Пик вышиб его ещё в первой главе), поэтому они ворвались в квартиру с ноги. Вару кубарем скатился со спины Пика прямо на ковёр, продолжая ржать как сумасшедший.

— Хух... Долетели... Шансон рулит, Пик, признай это! — задыхаясь от смеха, выдавил Вару.

Но радоваться было рано. Посреди тёмной кухни их ждал сюрприз. Советский летающий холодильник «Минск», который сбежал через окно в первой главе, вернулся. Он завис под потолком, зловеще гудя компрессором, а его дверца ритмично хлопала, словно пасть голодного крокодила. Почуяв три килограмма сырого мяса в руках Пика, холодильник издал победный победоносный свист и пошёл на таран, собираясь забрать добычу себе.

Холодильник «Минск» завис под потолком, как советский бомбардировщик, зловеще мигая лампочкой внутри. Но Пик даже не посмотрел на него. Его взгляд упал на пакет, который Вару победоносно швырнул на стол. Внутри шуршали пачки «Принглс» и жестяные банки.

Пик медленно, дрожащими руками достал банку энергетика. На ней красовался огромный, вызывающий... ярко-красный логотип со вкусом арбуза. А чипсы... чипсы были синие, со вкусом краба.

В комнате внезапно погас свет. Откуда-то из углов квартиры повалил густой кинематографичный туман. И прямо из воздуха, ломая законы физики, раздались первые, разрывающие душу аккорды грустной одинокой скрипки. Трагичная, заунывная мелодия заполнила кухню.

Пик замер. Его зрачки сузились. На его суровое лицо набежала тень вековой скорби. Шампур из магазинной тележки выпал из его ослабевших пальцев и с глухим звоном покатился по линолеуму.

— В смысле... — мертвым, сорвавшимся шепотом произнес Пик, глядя на банку. — В смысле, ты взял чипсы и энергетик... НЕ ЗЕЛЁНОГО ЦВЕТА?!

У Пика началась мгновенная, беспросветная клиническая депрессия. Он медленно опустился на колени прямо перед столом, обхватил голову руками и уставился в стену взглядом человека, который потерял всё. Скрипка пилила всё громче, выводя самые депрессивные ноты в истории человечества.

— Ну всё, покатился пацан по наклонной... — Вару заржал в голос, катаясь по полу и держась за живот. — АХАХАХАХАХА! Рогатый, ты чего, из-за цвета банки в эмо-боя превратился?! Тебе черный вкладыш в жвачке подарить для симметрии?! АХАХАХАХА!

— Ты не понимаешь... — тихо, с надрывом прошептал Пик, а из его глаза скатилась одна скупáя мужская слеза, растворившаяся в сыром фарше. — Мы пиковая масть... Наш цвет — зеленый и фиолетовый... Красный — это цвет Червей! Ты притащил в наш дом... контрабанду Ромео! Моя эстетика разрушена. Моя жизнь окончена. Зачем жить, если в моей руке... арбузный энергетик?!

— ДА ОН ЖЕ ВКУСНЕЕ, ЧЕМ ТВОЙ СЫРОЙ ФАРШ, ЧУЧЕЛО! — сквозь слезы от смеха орал Вару, колотя ладонью по полу. — Нашел из-за чего драму устраивать! Ща я тебе маркером её в зеленый покрашу, не ной!

Пока Пик страдал на полу под аккомпанемент невидимой скрипки, а Вару задыхался от безумного хохота, летающий холодильник «Минск» понял: это его звёздный час. Воспользовавшись тем, что защита отключена, советский монстр с победным утробным урчанием спикировал прямо на стол, распахнул дверцу на все 180 градусов и начал засасывать в себя всё подряд: и крабовые чипсы, и красный энергетик, и пиковский фарш по акции!