Проект

Машина мягко разрезала ночной воздух Бангкока.

В салоне повисла тишина, плотная, осязаемая. Зейн безвольно растеклась по кожаному сиденью, прерывисто дыша. Она напоминала сломанную куклу, которую случайно забыли в салоне элитного авто.

Охранник бросил взгляд в зеркало:

— Кхун, куда?

Мика смотрела в окно. Неон расплывался на стекле, как акварель под дождём. Внешне, ледяная невозмутимость. Внутри, зудел тот самый сигнал, который невозможно игнорировать. Это не было сочувствием. Это был инстинкт игрока, чувствующего приближение цугцванга.

— В клинику, — произнесла она, не оборачиваясь. — Я хочу знать, что именно в её крови.

Джаспер, молчавший с самого клуба, лишь приподнял бровь. Он знал этот голос: ровный, лишенный полутонов, «режущий» воздух. Мика не просто помогала, она проводила аудит.

Приёмный покой частной клиники встретил их стерильным холодом и запахом антисептика. Медсёстры забрали Зейн быстро, деловито, здесь привыкли к гостям, за которых платят «без вопросов». Мика осталась стоять у окна, скрестив руки на груди.

Когда врач вернулся, его лицо было серьезным.

— Результаты подтвердились. Экстази. Доза не критическая, жить будет. Но падение было неудачным: сильное растяжение лодыжки. Минимум пара дней постельного режима — ходить она не сможет.

Мика прищурилась, изучая врача, будто пыталась найти в его словах скрытую ложь.

— Она наркоманка?

Вопрос прозвучал сухо, как щелчок предохранителя.

— Нет. Организм чист. Думаю случайная жертва — оказалась не в том месте, не с теми людьми.

Мика перевела взгляд на дверь палаты. Там, под капельницей, Зейн медленно всплывала из небытия.

— Делайте всё необходимое, — бросила Мика. — И завтра — никуда её не отпускать. Я заберу её сама.

Джаспер, проснувшийся от этого тона, поспешил следом:

— Мика, ты точно в порядке? Ты же знаешь, чем это пахнет.

Она не ответила. Но в машине, глядя на лежащую у неё на коленях сумку Зейн, она сжала её ремешок так, что костяшки побелели.

В кабинете особняка было тихо. Мика бросила сумку на стол, как улику, и замерла.

Внутри, ничего подозрительного: телефон, немного наличности, помада, паспорт. Она раскрыла его и на секунду замерла.

Иностранка.

Это меняло всё. Случайный прохожий, это расходный материал. Иностранка без связей в чужой стране, это ответственность, которая может стать рычагом или петлей. Мика достала телефон и набрала номер, которого не было в списке контактов.

— Мне нужно досье. К утру.

Она диктовала данные из паспорта механически, без тени эмоций.

— Кто она, что делает здесь, есть ли семья, которая поднимет вой в посольстве. Только частные каналы. Никаких официальных баз.

Положив трубку, она подошла к окну. В тёмном стекле отразилась женщина, для которой мир был просто набором рисков. Мика смотрела на свое отражение и думала о том, что девушка с паспортом в чужой стране, это не человек. Это переменная, которую нужно просчитать, прежде чем она начнет ломать уравнение.

Она заперла сумку в ящик стола.

Утром она получит ответы. А пока, пусть спит.

Мика не знала, о ком подумала это «пусть спит» — о нежданной гостье или о той части себя, которая всё ещё пыталась чувствовать.