Я мама-мужчина в игре кошмар

Средний коридор гробницы вел прямо в центральную зону всего местного захоронения.

Чтобы предотвратить вторжение мародёров, которые могли бы помешать его восхождения к бессмертию после смерти, Ли Цюань сделал немало изменений в ландшафте своего склепа.

Прекрасные фрески и иллюзии, созданные с помощью светлячков были всего лишь детской забавой, по сравнению с опасностями, преграждающими путь впереди для всей их команды.

Одной из таких ловушек были квадратные каменные плитки, вмонтированные в пол. Третий Вор, посветив на них фонариком, сумел распознать изображённых на них мифических существ, таких как Лазурный Дракон, Белый Тигр, Ярко-красная Птица и Черная Черепаха*, часто встречающихся на древних реликвий того времени.

(*Четыре китайских знака зодиака - Лазурный дракон Востока ( переставляет собой стихию: Дерева, а так же время года: весну), Красная птица Юга (Огонь, лето) , Белый тигр Запада( Металл, осень) , Чёрная черепаха Севера (Вода, зима). Так же существует пятый легендарный зверь Жёлтый дракон. Который является центром в кругу этих существ, и его стихия — Земля).

Эти плитки были окрашены в подходящие цвета в соответствии с направлениями востока, запада, юга и севера, расположенные в шахматном и упорядоченном порядке, создавая у людей довольно таинственное ощущение.

Такого рода ловушки-плиты были довольно распространены в гробницах. Третий Вор инстинктивно начал размышлять о значениях этих мифических существ и о том, как они соотносились с четырьмя направлениями, пытаясь найти безопасный путь.

Глубоко задумавшись, Третий Вор внезапно поднял голову и заметил, как Сюй Иньтан и Ши Юэбай начали шептаться друг с другом. Их голоса были приглушены, ведь в основном говорил один лишь Сюй Иньтан, пока Ши Юэбай молча кивал ему в такт разговора.

Третий Вор инстинктивно задался вопросом, не выяснили ли они что-то. Прежде чем он успел задать им вопрос, мужчина увидел, как они оба шагнули вперед и стали ногами прямо на каменные плитки.

«Клац-клац», — в ответ на это действие, раздалось два слабых звука спусковых механизмов. После которых из стен вырвалось яростное пламя, а некоторые из больших каменных плит перевернулись, открыв их взору глубокую яму, заполненную десятками человеческих тел, их иссохшая кожа обволакивала скелеты, как марля, оставляя лишь пустые глазницы, от взгляда на которых по спине пробегали мурашки.

Сюй Сяогуай, оставшийся позади, воспользовался своими щупальцами, чтобы обхватить талию Сюй Иньтана, и быстро оттянуть свою мать назад в тот момент, когда сработал смертоносный механизм, не позволяя распыляющемуся пламени коснуться углов одежды юноши.

С другой стороны, Ши Юэбай двинулся вперед вопреки всем обстоятельствам, как будто ступая на невидимые платформы, умело уклоняясь от атак пламени. Он быстро наступил на другую перевернутую плитку на небольшом расстоянии впереди, что заставило острые шипы выйти наружу, намереваясь пронзить его тела, как вкусный начинённый шампур.

Невозмутимый Ши Юэбай прыгнул вбок, используя шип в качестве рычага, чтобы продвинуться на несколько метров вперед. Когда он приземлился, из щелей между плитками вырвался клубящийся черный дым, быстро поглотивший его фигуру.

Третий Вор, встревожено вскрикнул, защищая Босса Чжао и непрерывно отступая назад, пока они не оказались вне досягаемости распространяющегося дыма.

Едкий пар слегка задел их лица, заставляя мужчин нахмурится и начать плакать из-за раздраженных глазных яблок.

В ярости Третий Вор вскрикнул, и начал допрашивать Сюй Иньтана: «Вы оба с ума сошли?! Никто из нас не сможет пройти путь таким образом!»

«Но вам придётся, это единственный вход», — слабо ухмыльнулся Сюй Иньтан, прищурившись на слабую фигуру в дыму: «По этому пути нам придётся пробираться силой. Безопасного маршрута не существует».

Ведь Ли Цюань не был глупцом. Ловушки, предназначенные для убийства расхитителей гробниц, были специально созданы без возможности вернуться назад.

С первого взгляда можно было показаться, что эти мифические существа являются намеком на безопасный путь впереди, но это было всего лишь обманчивый образ, созданный специально, чтобы заманить самоуверенных грабителей гробниц в тупик.

Сердце Третьего Вора пропустило удар. Он облизнул губы, проглатывая слова, которые собирался сказать, и перевел взгляд на проход.

Густой дым рассеялся примерно через десять секунд, открыв фигуру Ши Юэбая, стоящего на месте. Выражение его лица оставалось спокойным, хотя из-за неприятного запаха он наморщил лоб. Когда его взгляд переместился на Сюй Иньтана, он расслабился, вернувшись к своему обычному спокойному поведению.

Стены продолжали издавать щелкающие звуки, указывая на то, что ядовитый дым в механизме, вероятно, имел ограниченный запас и требовал времени для его пополнения.

В этот момент Ши Юэбай продвинулся на несколько шагов, приближаясь к концу плиток. Чем ближе он был к конечной точке, тем более смертоносными становились ловушки, вызывая цепную реакцию.

В течение короткого периода времени этот участок прохода был заполнен грохотом летающих дротиков, топоров, стрел и ножей и механизмов, выплёвывающих огонь.

Даже Сюй Иньтан напрягся, наблюдая за ними, кожа Сяогуая была недостаточно устойчива к огню, а бабочки Саньхуа не могли проникнуть внутрь безжизненных механизмом, чтобы разрушить ловушки.

Однако Ши Юэбай не имел таких ограничений, он маневрировал невероятно ловко под градом атак. По правде говоря, если бы он не беспокоился о том, что может повредить свою одежду перед Сюй Иньтаном, он бы не стал уклоняться и просто позволил этим снарядам или лезвиям ранить его. В конце концов, весь урон пришелся не на его кровь и плоть.

Выдержав последнюю атаку, он достиг конца каменных кирпичей. Ши Юэбай проверил пол перед собой, убедившись, что ловушек нет, а затем подал сигнал Сюй Интану жестом «ОК».

Получив сигнал, Сюй Иньтан сказал: «Следите за мной внимательно» и без колебаний вновь наступил на каменные плиты.

Вопреки возможностям быстро перепрыгнуть через несколько плит, он с точностью наступал на них, быстро двигаясь вперед.

В тот момент, когда юноша вступил на "минное поле", из глубины прохода один за другим раздались ужасающие ревы.

Как Третий Вор мог не понять, что это был безопасный путь, который дуэт мужчин создал прямо для них? Он немедленно сосредоточился и последовал за шагами Сюй Иньтана.

С другой стороны Босс Чжао, державший в руках отрезвляющий предмет, отреагировал еще быстрее. Он бросился вперед, прося А Вэя защитить его, не сводя глаз с шагов Сюй Иньтана, боясь наступить не на те плитки.

«Чивэнь, Суань-ни, Цилинь, Бифан*...»

(*鸱吻 - вид декоративных скульптур, устанавливаемых на крышах зданий в форме головы дракона и тела рыбы, сам же Чивэнь (螭吻) - девятый из девяти сыновей дракона в древнекитайской мифологии и легендах, появившийся от союза драконы и рыбы.

狻猊 / Суань-ни - пятый из девяти сыновей дракона, чаще всего изображается как существо похожее на короткошёрстного льва размером превосходящим слона, с пушистым хвостом и длинными клыками и когтями. Из-за своей любви к огню, его часто изображают на курительницах.

麒麟 / Цилинь - это мифическое животное в древнекитайской мифологии и легендах . В Древнем Китае Цилинь символизировал удачу. Цилинь — своего рода химера: как правило, у него несколько рогов, зелёно-голубая чешуйчатая кожа, тело коня, ноги оленя, голова дракона и медвежий или бычий хвост.

毕方/ Бифан - мифическая древнекитайская одноногая птица, похожая на журавля с сними крыльями и красными отметинами. Бифан родился из горящего бамбука и дерева, чаще всего является символом страха обычных людей перед огнем).

Оглушительные вопли разнеслись по проходу вместе с тяжелым и интенсивным топотом копыт. В мгновение ока тошнотворная вонь атаковала чувства группы людей, когда более дюжины всадников, как людей, так и лошадей, одетых в тяжелые доспехи и носящих жуткие маски, выскочила из глубин прохода.

Они размахивали своими длинными поднятыми вверх мечами, издавая устрашающий рев. Блеск клинков был подобен чистейшему снегу, что тут же ослепил глаза мужчин, сначала по ним ударил сильнейшие порывы воздуха и только потом к ним двинулось лезвие оружия.

Около дюжины этих всадников обладали величественным духом тысяч солдат.

Ши Юэбай храбро бросился вперед, встречая атаку кавалерии лоб в лоб. Тем временем в новых тенях послышалось порхание, там уже роились бабочки, они словно шторм, поглощали столь величественную и зловещую ауру, окружавшую всадников.

«Скорее!» - Сюй Иньтан быстро подхватил своего ребенка и бросился вперед, подгоняя словами Босса Чжао и остальных, которые либо замедлились от шока, либо были на грани падения из-за внезапного появления наездников.

Сяогуай тут же обхватился вокруг своей матери и вытянул свои щупальца, схватившись за талии нескольких человек, которые не могли угнаться за ними или собирались наступить не нате плитки, не давая им угодить в ловушки.

Саньхуа трепетала своими крыльями над нужными каменными плитками, подсвечивая своей пыльцой путь, сделав эти десятки метров смертоносных ловушек такими же простыми, как игру в классики.

Первоначально Саньхуа не могла проникнуть механизм этой ловушки, но в тот момент, когда Сюй Интан и Ши Юэбай активировали плиты, внутри механизма появилась щель света. Через несколько мгновений бабочки Саньхуа устремились внутрь, теперь уже четко понимая структуру ловушки.

Как уже упоминал Сюй Иньтан, в этом проходе не было безопасного пути. Независимо от того, на какую каменную плитку наступит человек, это приведет к срабатыванию смертоносного механизма.

Вот почему он разработал этот план с Ши Юэбаем.

Каждая каменная плитка, на которую наступал Сюй Иньтан, высвобождала стражей из стен прохода. Для них справиться с этими стражами, которые должны были быть самыми грозными защитниками, было гораздо проще, чем справиться с дымом, снарядами и огнем.

С одним лишь Ши Юэбаем они могли сдержать всех своих противников, не говоря уже о Саньхуа, что оказывала поддержку со стороны.

Сюй Иньтан был ответственным за то, чтобы провести Босса Чжао и остальных в безопасное место в этом проеме. Помимо борьбы с психологическим давлением от конницы, сложность этого пути сводилась лишь к слабым ногам.

Но даже без ног, когда Босс Чжао чуть не споткнулся, пропустив одну плитку, Сяогуай быстро поднял его и протащил оставшиеся десять метров. С весом тела Босса Чжао ему потребовалось всего три щупальца, чтобы быстро преодолеть оставшееся пространство.

Как только они достигли каменной кладки без плит, Сяогуай немедленно отпустил назойливых NPC, размахивая своими щупальцами таким образом, чтобы размять уставшие придатки.

Как только последний Третий Вор также пересек финишную черту, ранее угрожающие охранники превратились в кучу сломанных костей. Ши Юэбай присел на корточки среди останков, тщательно роясь в черепах воинов, в поисках люминесцентных синих трупных сфер.

Он тщательно протер круглые бусины от кровь и грязь об одежду охранников, прежде чем небрежно передать те Сюй Интану: «Это для малышей».

«Полезно для их здоровья».

Да, Ши Юэбай без усилий перешел на то, чтобы называть их «малышами». Его тон изменился, как будто он превратился из любовницы-мужчины в законную жену семьи Сюй.

Это настолько сильно разозлило Эрбао, что тот начал воспроизводить свою серию яростных, но тщетных атак. Этот маленький младенец даже не знал, как использовать грязные слова, из-за чего его нападение не могло прорвать даже набольшую бареж в внешней защите Ши Юэбая.

«Он уже голоден?» — спросил Ши Юэбай у Сюй Иньтана, положив в рот Эрбао совсем крошечный синий шарик.

По сравнению с размером красной сферы, которую Эрбао долго поглощал совсем недавно, синее ядро было намного меньше, размером с желатиновую капсулу для таблеток, идеально подходящую для рта Эрбао.

Поначалу Эрбао пыталось высказать матери свои претензии по поводу проступков этой любовницы-мужчины, держа во рту синюю сферу, но после нескольких мычаний он постепенно увлекся вкусом синей бусины.

Конечности малыша стали мягкими и обвисли, вниз потеряв всю силу, его глаза остекленели, а изо рта начала вытекать слюна, теперь он действительно напоминал маленького котенка, загипнотизированного кошачьей мятой.

Какая хитрая эта мамина любовница...

Но еще более умный Эрбао не поддастся столь приторным соблазнам...

«Хочешь еще? Тогда скушай еще». - Ши Юэбай протянул еще одну сферу, ели уловимый слегка ментолово-сладкий аромат, исходивший от этого маленького молочного шарика, еще больше соблазнил ребенка.

Черт возьми...

Эрбао нужно было упорствовать...

Сопротивляться...

Чмок... Чмок, чмок, чмок...

К тому времени, как Эрбао оторвался от наслаждения, он забрызгал слюной весь воротник одежды своей мамы, пока молодая любовница-мужчина делала вид, что предлагает помощь, говоря: «Давай я вытру его для тебя», она на самом деле воспользовалась ситуацией, чтобы неподобающим образом прикоснуться к его матери.

Эрбао мог поклясться своими пятью большими глазами, что он увидел изгиб удовлетворенной улыбки в уголках рта этого противного мужчины.

Поняв, что он снова попался на уловку злого волка, Эрбао почувствовал себя так, словно его ударила молния, и тут же заплакал из-за хитрости молодого человека.

Ши Юэбай радостно усмехнулся: «Этот малыш действительно милый. Если бы только Кейси Кэт мог быть таким воспитанным».

Он искренне похвалил Эрбао и тонко раскритиковал Кейси, при этом небрежно вытирая слезы с пяти глаз ребенка.

Сюй Иньтан, державший Эрбао в липких руках, пристально посмотрел на Ши Юэбая, который, казалось, искренне считал Эрбао воспитанным и милым существом.

Он чувствовал, что Ши Юэбай был тем, кто переоценил покладистый характер Эрбао.

Видите ли, в сознании Сюй Иньтана, Эрбао все еще закатывал истерику, плакал и суетился туда-сюда, крича, чтобы он прогонял молодого человека, который был, по его мнению, лисой.

От этого у него болела и пульсировала голова, и он не мог понять, где ошибся.

Они знали друг друга менее 24 часов — не считая тех моментов из детства, поскольку Сюй Иньтан еще не помнил, кем из 1800 детей был Ши Юэбай.

Только потому, что Ши Юэбай не мог слышать то, что слышал он, его обманула, казалось бы, мягкая и нежная внешность его ребенка.

Ши [который на самом деле все мог слышать] Юэбай улыбнулся и стер последние следы слюны Эрбао с груди Сюй Иньтана платком, а затем сунул ткань в системный рюкзак, как будто ничего и не произошло.

Полностью игнорируя яростный взгляд Эрбао и опасный холод, исходящий от теней, он спокойно и достойно начал говорить о делах с Сюй Иньтаном: «Если мы достаточно отдохнули, давай продолжим двигаться вперед, как мы и планировали».

Примечание автора:

Ши Юэбай сказал, что Эрбао действительно внимательный и хороший ребенок.

Сложность этой ловушки на самом деле была очень высока. Если бы Ши Юэбай не сражался с монстрами впереди, Сяогуай было бы очень трудно нести трех соленых рыб.

Главная проблема по-прежнему в том, что ребенок еще слишком мал и не обладает достаточной физической силой для таких маневров [кивает головой].