Я мама-мужчина в игре кошмар

В комнате, наполненной загадочными узорами, девушка со свирепым лицом махала скальпелем в руке. Это была первая сцена, которую Линь Дэань увидел после того, как пришел в сознание. Он был шокирован увиденным и хотя его разум все еще был немного затуманен, он видел нетвердые шаги девушки, которая, по-видимому, собиралась причинить себе вред. Его рефлексы сработали быстрее его разума, и он бросился удерживать ее тело, выхватив скальпель из ее руки.

«Не двигайся!» — строго воскликнул Линь Дэань, его голова была наполнена смутными воспоминаниями. Он сделал паузу, смягчил свой тон и медленно произнес: «Как тебя зовут?»

«Чжоу... кхм, Чжоу Цянь...» Она провалила проверку здравомыслия, потеряв большую часть самообладания. Чжоу Цянь плакала так сильно, что не могла даже четко произнести свое имя. Она бормотала фразы вроде «Я хочу домой» и «Спасите меня». Если бы они были в другой обстановке, Линь Дэань подумал бы, что она принимает наркотики.

Но, глядя на место в котором он находился и на системную панель, где все еще всплывали сообщения, он понял, что те люди, которые могли сохранять спокойствие в такой ситуации, действительно были редкими орешками.

«Все в порядке, все в порядке», — успокоил Чжоу Цянь Линь Дэань, нежно похлопывая ее по спине: "Давай больше не будем плакать, ладно? Ты не будешь выглядеть красиво, если будешь продолжать так плакать".

Рукавом он вытер слезы и грязь с лица Чжоу Цяня: «Не бойся, я полицейский».

Он уверенно подчеркнул слова «Я полицейский». Сам термин «полицейский» обладал определенной успокаивающей магией. Чжоу Цянь всхлипнула и посмотрела на Линь Дэаня слезящимися глазами, казалось, обретая некоторое самообладание после своего ранее ошеломленного и безумного состояния.

«Как тебя зовут?» — спросила она, отступая назад, чтобы держаться на безопасном расстоянии от Линь Дэань.

«Лин Дэань. Ты можешь звать меня Линь, Большой Линь или Брат Линь — как хочешь». Лин Дэань улыбнулся привычной и успокаивающей улыбкой: «Спасибо за твою помощь ранее, в противном случае, я бы мог уже быть мертвым».

Чжоу Цянь покачала головой. «Я прочитала прохождение игры... Меня зовут Чжоу Цянь, но ты можешь звать меня Ци Ци, так меня называют мои друзья». Она попыталась заставить себя улыбнуться после эмоционального всплеска, как будто девушка слезами смыла ненужные страхи и колебания, и теперь знала, что делать.

Чжоу Цянь достала электронные часы и проверила время. Прошло более двадцати минут с тех пор, как она вошла на третий этаж. Регулярные патрули на третьем этаже происходили каждые полчаса. Им нужно было быстро сбежать с третьего этажа.

Когда Чжоу Цянь объяснила Линь Дэану текущую ситуацию и путь, по которому нужно было пройти игру, она также попыталась ослабить напряжение перед их побегом: «Короче, нам нужно выжить. Доживем до рассвета, и мы победим».

Причина, по которой «Ночь Рождения Бога» имела только сложность Е-уровня, заключалась в том, что в этой копии не было неизбежных боевых столкновений. Даже если начиналась драка, боевые способности культистов в целом были на уровне обычных людей. Чжоу Цянь была искусна в скрытных засадах, и при правильной подготовке они вдвоем могли спасти своего третьего товарищей по команде от смертельной ситуации.

Таким образом, если игроки с ролью «Жертвоприношение» будут хорошо подготовлены (например, примут лекарства перед входом в копию) и сохранят здравомыслие и загадочность на стабильном уровне, то игрок с ролью «Культиста» (фальшивый), должен будет найти ключи от дверей "камер", и помочь своим товарищем по команде выполнить кесарево сечение на месте.

После того, как выжившие игроки перегруппируются, им пришлось бы всю ночь избегать культистов и найти способ проникнуть в зал на первом этаже, чтобы разрушить алтарь. Затем среди NPC начнется тревоги, сложность копии начнет возрастать на протяжении всего финального ритуала, все это время им придётся прятаться в особняке. Дожить до рассвета означало успешно пройти игру.

По сравнению с некоторыми безумными копиями уровня Е, когда игроков безжалостно преследовали монстры или им приходилось напрямую сталкиваться с проекциями призраков/богов, «Ночь Рождения Бога» была относительно милосердной в мире игры.

Не говоря уже обо всем остальном, даже в своей первой игре, которую прошла Чжоу Цяньцянь, ей пришлось прыгнуть на тарзанке со скалы и выживать в дикой природе, сражаясь с гигантскими змеями и питонами, она даже потеряла одну свою конечность, страдала от обезвоживания и отравления, ее руки и нога были сломаны, из-за чего ее часто преследовали иллюзии, что у нее не было ноги.

«Рассвет наступит в 5:00 утра, а сейчас 1:17 ночи. Нам просто нужно продержаться еще три часа», — Чжоу Цянь глубоко вздохнула и взяла инструмент, похожий на степлер: «Пока лекарство еще эффективно, я займусь твоими ранами. Позже на это не будет времени».

Линь Дэань узнал инструмент в руке Чжоу Цяня, это был одноразовый степлер для кожи*. Также она достала дезинфицирующий спирт и медицинскую марлю. Он не мог не взглянуть на ее черную мантию. Помимо всего прочего, где она взяла эту огромную коробку со спиртовыми ватными шариками??

(*Степлер кожный сшивающий в комплекте со скобами - это одноразовый инструмент используется для закрытия кожных ран и разрезов, при выполнении хирургических вмешательств).

Чжоу Цянь заметила его взгляд и быстро объяснила: «Это системный рюкзак\инвентарь, ты получишь его после прохождения первого инстанса».

Рана на животе Линь Дэана все еще кровоточила. Чжоу Цянь пробормотала про себя, нажимая на рану, возможно, разговаривая сама с собой: «Я могу это сделать, поверь мне».

Чтобы наверстать упущенное в инстансе и компенсировать свои недостатки в актерством мастерстве, убеждении и бою, она сразу после прохождения предыдущего инстанса записалась на курсы первой помощи и перевязок. Дома у нее были сотни степлеров для кожи, и всякий раз, когда у нее было свободное время, она тренировалась на свиной коже, в надежде что этот навык ей пригодится.

Так что на этот раз она определенно сможет это сделать. Она обязательно спасет своих товарищей по команде.

Чжоу Цянь взяла несколько спиртовых тампонов и протерла область вокруг раны, прежде чем использовать степлер, вспоминая рабочие моменты из руководства.

Просто думай об этом как о свиной коже, просто думай об этом как о свиной коже.

Она молча повторяла эти слова про себя. Временами, когда ее рассудок был на последней грани, самогипноз был единственной вещью приходящий ей на помощь. В глазах Чжоу Цяня живот Линь Дэаня и шкура тренировочной свиньи постепенно стали неразличимы. Она нацелила степлер на кожу, прижала ее сверху вниз за один раз, убедившись, что даже если кожа не идеально выровнена, по крайней мере, у ее товарища не было риска выпадения кишечника при прохождении игры.

После зашивания раны она продезинфицировала рану ватным шариком, пропитанным спиртом, а затем плотно обернула туловище мужчины медицинской марлей. Весь процесс был быстрым, точным и эффективным. Линь Дэань показал Чжоу Цяню большой палец вверх восхваляя девушку: "Потрясающе!"

Успешная перевязка раны помогла Чжоу Цяню улучшить немного настроение. Она наклонилась, чтобы собрать все вещи и с усилием поднялась: «Нам нужно поторопиться, следующий этап патрулирования начнется через две минуты. Ты можешь бежать?"

"Конечно смогу." Линь Дэань встал, вытянулся и помог Чжоу Цянь встать на ноги: "Я могу понести тебя, если понадобится".

Если бы это не была ситуация жизни и смерти с ограниченным временем, Линь Дэань с удовольствием рассказал Чжоу Цяня истории о его героических поступках, например, о преследовании подозреваемого по трем улицам после того, как его ударили бутылкой из под вина.

Коридор третьего этажа все еще был окутан кроваво-красным туманом. Прежде чем уйти, Чжоу Цянь и Линь Дэань подтвердили путь побега, спустившись по лестнице. На втором этаже было несколько складских помещений, которые редко патрулировались. Среди них они смогли найти [Ржавый ритуальный нож] и [Разлагающийся пигмент] — два полезных и легко применимых предмета. Были даже игроки, которые специализировались на приобретении этих реквизитов.

Пока Чжоу Цянь говорила, Линь Дэань внимательно слушал ее и кивал в знак согласия. Смотря на мужчину рядом с собой, она не могла не спросить: «Тебе не страшно?»

Когда она впервые вошла в инстанс, она так испугалась, что вела себя как дура. Если бы ей не помогли товарищи по команде, она бы даже не знала, по какой причине она умерла.

Линь Дэань подмигнул ей: «Я прошел профессиональную подготовку».

Ему нужно было защищать мирных жителей, и он не мог позволить себе бояться, несмотря ни на что.

Им очень повезло: они спустились с третьего этажа, не встретив патрулирующих культистов. Они могли слышать голоса нескольких людей, болтающих с друг другом на расстоянии, обсуждающих такие вещи, как «Джим» и «блаженная встреча». Было ясно, что они обсуждают весьма интимные темы.

Линь Дэань защищал Чжоу Цяня, прячась в узкой тени лестницы. Они максимально использовали черную мантию Чжоу Цяня в качестве прикрытия. В глазах культистов коридоры, которые они патрулировали бесчисленное количество раз, казались гораздо менее привлекательными, чем пикантные сплетни, происходящие прямо перед ними. Они лишь бросили случайный взгляд на коридор и решили, что завершили свой патруль, оживленно болтая о развитии отношений Джима. Они удивлялись тому, как застенчивому маленькому Джиму наконец-то начала сопутствовать удача.

**************************

В какой-то степени, если бы Джим знал, о чем они думают, он, вероятно, согласился бы с этим утверждением.

Несмотря на то, что его судьба была предрешена, как у паука-самца, который после короткого момента экстаза будет съеден заживо, чудесное прикосновение этих рук к его телу вызывало почти эйфорию в его сознании.

Его душа, отделенная от тела, наблюдала, как огромная, ужасающая тень поглотила его. Страх и экстаз попеременно захватили его сознание, заставив его почувствовать себя так, словно он какое-то время находился в облаках приятных ощущений, а в другой момент летел прямо в адскую пропасть.

Но даже в самых глубоких ямах ада находились демоны, обманом забирающие души. Джим так и застыл в тот момент, когда эти руки подняли его на самую высокую точку блаженства. Его широко открытые глаза приобрели мутный, желтоватый, грязный оттенок. Восковой, бледный блеск проникал из глубины его тела до внешнего слоя кожи. В тени красного полумесяца он превратился в размытую восковую фигуру.

Внезапный удар заставил Эрбао недоверчиво закричать. Уже второй раз за сегодняшний день у него изо рта вынимают еду, для ребенка не было ничего более жестокого и страшного, чем этот момент.

Чувствуя себя обиженным, злым и голодным, ряд негативных эмоций подавили его инстинктивный страх перед огромной тенью. Резкие крики ребенка не были слышны человеческими ушами, но казалось, что весь мир разорвался на части его криками, оставив все в хаосе для Сюй Иньтана.

Сюй Иньтан нахмурился и дважды кашлянул, сплевывая кровь, застрявшую у него в горле. Он закрыл глаза, отказываясь их открывать, и попытался удержать в руках Сяогуая, который был на грани того, чтобы заплакать и поднять шум от увиденного. Он выдавил несколько неловкую улыбку и сказал: «Извини, этот ребенок просто немного голоден. Обычно он очень хорошо себя ведет...»

Он ничего не видел, но тень, окутывающая его, казалось, ощущалась реальной. Бесчисленные маленькие усики щупалец двигались и лизали поверхность его бледной красивой кожи.

Ощущение было таким ярким и отчётливым, что его невозможно было игнорировать, оно просачивалось в его мозг сквозь трещины сознания, вызывая ощущение мокрости, скользкости и жуткости.

Сюй Иньтан с абсолютной ясностью знал, что все удовольствие и радость, которые собирались разрушить его мозг в этот момент, были порождены невыносимым страхом перед этим существом, что казалось ему эквивалентным любви с первого взгляда.

Ему так хотелось открыть глаза, увидеть и стать свидетелем появления этого ужасающего существа...

Но он не мог смотреть... Абсолютно не мог открыть глаза...

[Вы страдаете от психического шока, идет проверка статистики...]

[Разум игрока -3, Загадочность +5]

[Разум: 39 / Загадочность: 62]

«Ты...» Сюй Иньтан постепенно обнаружил, что ему становится трудно издавать звуки. Его слова застряли у него в горле, заглушаемые множеством признаний в любви.

Уголки его рта неосознанно поднялись вверх. Вытянутая дуга его губ уже перестала походить на красивую улыбку, это больше походило на искаженную гримасу сумасшедшего. Сюй Иньтан приготовился немедленно выколоть себе глаза, если он не сможет контролировать порыв желания открыть их.

Он заставил себя сосредоточиться на Сяогуае, который дрожал от страха, и на Эрбао, которое все еще плакал от горя, и перенес чувство «любови», которое сводило его с ума, с этого существа на «детей».

Он не мог открыть глаза. Если бы он это сделал, он бы не смог уже отличить, была ли эта привязанность вызвана его страхом и отвращением или этим ужасным божеством перед ним. Он сошел бы с ума без возможности вернуть свое здравомыслие.

[Распознавание изменения личности игрока, идет проверка статистики...]

[Разум игрока -2, Загадочность +3]

[Разум: 37 / Загадочность: 65]

«Обними его». Сюй Иньтан пробормотал: «Обними его, и он больше не будет плакать...»

Примечание от автора:

Чжоу Цяньцянь смотрит на своего спокойного товарища по команде, который является новичком, затем на себя и ей становится так грустно от осознавания своей беспомощности, что она плачет.

"Мать" Сюй Иньтан говорит, что он отвергает такого "отца", и предпочитает что-то мягкое и пушистое, чем непонятное тело с щупальцами.

Некий г-н Ши, ожидавший этого момента на заднем плане, сказал, что он будет готов стать отцом маленьких детей, и что он был не только пушистым, но и имел большой хвост [выпячивает грудь].