Озвучивание не поддерживается в этом браузере
дом
Прошёл месяц.
Весна уже окончательно взяла своё — грязь во дворах подсохла, появились первые нормальные тёплые вечера, и даже воздух стал другим, легче.
Бабушка Сони вернулась домой неделю назад.
Слабая ещё, медленная, но уже сама ходила по квартире, ругалась на беспорядок и пыталась "навести порядок как раньше".
Соня делала вид, что раздражается.
Но на самом деле просто не отходила от неё далеко.
В тот день дома было необычно спокойно.
Бабушка на кухне резала что-то к чаю, тихо ворчала телевизору.
Соня сидела в комнате, на кровати, и крутила в руках телефон-радиоприёмник — старый, сломанный, просто привычка.
Мысли были странные.
Не тяжёлые уже, как раньше.
Просто... тихие.
В дверь постучали.
Соня сразу встала.
Соня: щас!
Открыла.
На пороге стояли Турбо и Зима.
Как обычно.
Соня зависла на секунду.
Соня: вы чё тут?
Зима усмехнулся.
Зима: мимо шли.
Турбо ничего не сказал, только посмотрел на неё.
Сразу заметил — дома кто-то есть.
С кухни послышалось:
Бабушка: Соня, кто там?
Соня: свои!
И чуть тише, уже им:
Соня: заходите.
Они прошли внутрь.
Зима сразу снял куртку, осмотрелся.
Зима: о, запах еды. Жизнь наладилась.
Соня: иди ты.
Турбо прошёл медленнее.
Остановился в коридоре.
Как будто не совсем уверенно.
Соня заметила это.
Соня: ты чего?
Турбо: ничего.
Но он не проходил дальше.
С кухни снова:
Бабушка: Соня, кто пришёл?
Соня: пацаны.
Бабушка: ну так зови нормально!
Соня закатила глаза.
Соня: пошли.
Зима уже уверенно зашёл на кухню первым.
Зима: здравствуйте.
Бабушка посмотрела на него внимательно.
Бабушка: Вахит!чай будешь?, да?
Зима: да баб Зин
Бабушка кивнула.
Бабушка: садись чай пить.
Зима: я не откажусь.
И всё, он уже сидел за столом.
Соня повернулась к Турбо.
Он всё ещё стоял в дверях кухни.
Соня: ты чего встал?
Турбо: да нормально.
Но всё равно не заходил.
Соня подошла ближе.
Соня: ты боишься что ли?
Он посмотрел на неё.
Коротко.
Турбо: нет.
Соня усмехнулась.
Соня: ну заходи тогда.
Он наконец вошёл.
Медленно.
Бабушка посмотрела на него.
Долго.
Соня напряглась сразу — знала этот взгляд.
Но бабушка просто кивнула.
Бабушка: Валера, да?
Турбо чуть удивился.
Турбо: да.
Бабушка: садись тоже. Чай есть.
Соня моргнула.
Она ожидала чего угодно.
Но не этого.
Турбо сел молча.
Руки на стол положил, не зная, куда их деть.
Соня села рядом.
Зима уже спокойно пил чай, как у себя дома.
Бабушка поставила чашки.
И вдруг спокойно сказала:
Бабушка: я знаю, что ты за Соней смотришь.
Соня поперхнулась.
Соня: ба!
Бабушка: молчи.
Турбо напрягся.
Сразу.
Но не перебил.
Бабушка посмотрела на него прямо.
Бабушка: спасибо тебе.
Тишина.
Даже Зима перестал жевать печенье.
Соня уставилась в стол.
Турбо молчал.
Долго.
Потом тихо:
Турбо: не за что.
Бабушка кивнула.
Бабушка: есть за что.
Соня почувствовала, как у неё внутри всё странно сжалось.
Слишком спокойно это звучало.
Слишком по-настоящему.
Зима решил разрядить:
Зима: чай вкусный, кстати.
Бабушка: ещё бы.
Соня фыркнула.
Соня: ты всегда всё портишь.
Зима: это талант.
И всё как-то... стало легче.
Как будто дом снова был домом.
Не больницей.
Не ожиданием.
Просто квартирой, где кто-то смеётся, кто-то ворчит, кто-то спорит.
Турбо сидел молча.
Но иногда смотрел на Соню.
И в этих взглядах уже не было той постоянной тревоги.
Только привычка.
И что-то ещё, что он сам, похоже, не до конца понимал.
Комментарии