Глава 17
Поток пламени был яростным и всепоглощающим. Он ревел в узком пространстве лестничной клетки, превращая гниющую плоть заражённых в пепел и обугленные кости. Крики тварей, не похожие ни на что человеческое, слились в один протяжный вой, а затем резко оборвались. Запах стоял невыносимый — смесь горелого мяса, палёных волос и тошнотворной сладости разложения.
Драго держал поток так долго, как только мог. Его кристалл на груди пульсировал в такт огню, сияя ослепительно-белым светом, который пробивался даже сквозь веки. Он чувствовал, как его собственный жар борется с ледяным холодом болезни, сжигая последние остатки сил.
А потом пламя иссякло.
В наступившей звенящей тишине было слышно лишь тяжёлое, хриплое дыхание бакугана. Он стоял в дверном проёме, пошатываясь. Чёрная сажа покрывала его алую чешую, делая её тусклой. Кристалл на груди мигнул и погас, став тёмным и безжизненным.
— Драго! — Дарья первой пришла в себя.
Она подбежала к нему в тот момент, когда его колени подкосились. Она едва успела подхватить его огромное тело, не давая ему рухнуть на пол. Он был невероятно тяжёлым, а его кожа под её руками была обжигающе горячей, но при этом его била крупная дрожь.
— Я... в порядке... — прохрипел он, пытаясь выпрямиться, но лишь сильнее наваливаясь на неё. — Тактическое... отступление... Успешно...
— Ты идиот! — закричала она, помогая ему сделать шаг назад в комнату. — Какой же ты идиот! Ты же чуть не сжёг себя заживо!
Она с трудом дотащила его до кровати и уложила. Как только его спина коснулась матраса, Драго со стоном выгнулся дугой. Дарья увидела это и похолодела: на его груди, прямо над кристаллом, кожа была обожжена. Но не огнём. На ней виднелись четыре глубоких, рваных царапины от когтей.
— Его задели... — прошептала она.
Рейнбоу Дэш приземлилась рядом и присвистнула, глядя на раны.
— Да уж, досталось тебе, ящер. Похоже, один из этих уродов успел прыгнуть.
Драго лежал неподвижно, лишь его грудь судорожно вздымалась. Он был бледен, почти сер, а из уголка рта стекала тонкая струйка тёмной крови.
— Дарья... — его голос был едва слышен. — Не кричи... так.
В этот момент к ним подбежала Сумеречная Искорка. Она мгновенно оценила ситуацию: разгромленную комнату, раненого друга и готовую сыворотку в колбе.
— О нет... — её глаза расширились от ужаса. Она быстро поставила колбу на тумбочку и склонилась над Драго. Её рог засветился диагностическим светом.
— Раны глубокие... — констатировала она. — Заражение уже пошло. Вирус... он взаимодействует с ядом или бактериями от когтей. Его иммунная система истощена боем и жаром. Он умирает.
Дарья почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она схватила Искорку за плечо.
— Нет! Ты же только что создала лекарство! Влей его ему! Скорее!
Искорка посмотрела на светящуюся колбу с эссенцией гармонии, затем на бледное лицо Драго.
— Я не знаю... Это экспериментальный состав. Я не могу гарантировать...
— У нас нет времени на гарантии! — прорычала Дарья, её глаза наполнились слезами ярости и отчаяния. — Если ты ничего не сделаешь, он точно умрёт! Дай ему этот чёртов эликсир!
Искорка колебалась лишь секунду. Затем она кивнула с решимостью.
— Ты права. Держи его голову.
Дарья бережно приподняла голову Драго. Его зелёные глаза были мутными, он был на грани потери сознания.
— Держись, стратег... — прошептала она ему на ухо. — Не смей умирать у меня на руках.
Искорка аккуратно поднесла колбу к его губам и наклонила её. Переливающаяся жидкость полилась в рот бакугану. Драго рефлекторно сделал глоток.
Несколько секунд ничего не происходило. Затем его тело выгнулось в жестоком спазме. Кристалл на груди вспыхнул ослепительно-ярким светом, настолько сильным, что всем пришлось отвернуться. Дарья крепко держала его голову, чувствуя, как под чешуёй бьётся неистовая энергия.
Свет начал угасать. Кристалл перестал пульсировать хаотично и теперь светился ровным, спокойным голубым светом. Тяжёлое дыхание Драго начало выравниваться. Глубокие царапины на его груди медленно, на глазах у всех, начали затягиваться новой, здоровой чешуёй.
Он открыл глаза. Взгляд был ясным и осмысленным.
— Что... что это было? — спросил он слабым, но уже не хриплым голосом.
Дарья выдохнула и рассмеялась сквозь слёзы облегчения.
— Это была твоя спасательная операция, ящер ты недоделанный. И она тебе дорого обошлась.
Искорка устало улыбнулась и опустилась на пол.
— Кажется... кажется, у нас получилось. Сыворотка работает. Мы можем спасти этот мир.