17
Вечер того же дня застал Богдану в её собственной студии. Онлайн-созвон затянулся, запись уроков для курса забрала последние силы, а спина ныла от долгого сидения перед камерой. Время близилось к девяти вечера.
Она выключила кольцевой свет, погружая комнату в мягкие сумерки, и устало потерла виски. В голове до сих пор крутилась дневная встреча на студии. То, как Гриша обнял её — крепко, до хруста в рёбрах, словно боялся отпустить. И то, как они оба притворялись перед Тёмой и Ирой, что между ними ничего не изменилось.
«И долго мы будем играть в этот шпионский роман?» — подумала Богдана, складывая кисти.
Экран телефона на столе загорелся.
«Выходи на парковку. Только тепло оденься, на улице похолодало» — от Гриши.
Богдана улыбнулась. Накинув любимое кошемировое пальто и замотав шею объёмным шарфом, она спустилась на лифте и вышла на прохладный вечерний воздух. Возле входа в бизнес-центр, тихо урча мотором, стоял матовый чёрный Porsche Гриши. Фары мягко разрезали темноту двора.
Она подошла и села на пассажирское сиденье. В салоне было тепло, приятно пахло кожей и его парфюмом, а на панели тихо играл какой-то неопубликованный, очень мягкий инструментал.
Гриша сидел, положив одну руку на руль. На нём была простая чёрная толстовка, капюшон накинут на голову. Он повернулся к ней, и его глаза тепло блеснули в полумраке салона.
— Привет, — тихо сказал он.
— Привет, — Богдана устроилась поудобнее. — И куда мы едем?
— Сначала назад, — Гриша загадочно улыбнулся и кивнул подбородком на заднее сиденье. — Обернись.
Богдана повернула голову и охнула. На заднем сиденье Porsche лежал просто невероятный, гигантский букет пионовидных белых роз. Он занимал почти всё пространство. Нежные бутоны источали тонкий, безумно дорогой аромат.
— Гриша... — Богдана растерянно посмотрела на него. — Это... то, о чём ты пел?
— «За сто пятьдесят к букет», — процитировал он с лёгкой ухмылкой, но в его голосе не было пафоса — только волнение. — Специально искал те, которые тебе понравятся. Белые, эстетичные, как ты любишь. И да... боюсь, четыре вазы — это был оптимистичный прогноз. Тебе понадобится как минимум ванна.
Богдана почувствовала, как к горлу подкатил ком нежности. Она протянула руку назад, осторожно коснувшись прохладного лепестка одной из роз.
— Спасибо. Они потрясающие.
Гриша не трогался с места. Он заглушил мотор, и в машине воцарилась уютная, плотная тишина. Он повернулся к ней всем корпусом и заглянул в глаза.
— Богдан. Мы сегодня на студии весь день строили из себя хрен пойми кого. И на следующее утро после... того, что было, мы тоже промолчали. Тёма сегодня весь день читал мне нотации. Назвал меня «социальным инвалидом» и лохом.
Богдана тихо прыснула со смеху, представив эту сцену.
— Ну, Тёма в чём-то прав.
— Да я и сам знаю, что прав, — Гриша вздохнул, и его лицо стало очень серьёзным. Он протянул руку и аккуратно взял её ладонь в свою. Его пальцы были тёплыми и слегка шершавыми от мозолей. — Я просто... я никогда раньше этого не делал, понимаешь? Обычно всё как-то проще. Секс, тусовки, разъехались. А с тобой я боюсь сделать лишний шаг. Боюсь, что если начну давить, ты снова включишь свою ледяную королеву и уйдёшь. Но играть в молчанку я больше не могу.
Богдана слушала его, не перебивая. Сердце стучало в ушах.
— Я не хочу быть просто твоим клиентом, — продолжал Гриша, глядя на их соединенные руки. — И не хочу быть «непонятным статусом». Я хочу, чтобы ты была моей девушкой. Официально. Чтобы я мог обнимать тебя на съёмках не потому, что ты мне разрешила, а потому что ты — моя. Что скажешь, принцесса?
Богдана смотрела на него. В тусклом свете приборной панели его лицо казалось таким родным. Вся её былая гордость, все страхи показаться слабой просто растаяли.
Она высвободила руку из его ладони, но лишь для того, чтобы мягко обхватить его лицо за скулы. Её пальцы коснулись его кожи.
— Скажу, что Тёма действительно прав, — прошептала она, тепло улыбаясь. — Ты ужасно глупый, Ляхов. Но... ты мой глупый. Да. Я согласна.
Гриша облегчённо выдохнул, словно с его плеч свалился огромный груз. Он потянулся к ней и поцеловал — нежно, медленно, без лишней спешки, закрепляя это решение. Богдана ответила на поцелуй, чувствуя, как внутри разливается долгожданное спокойствие. Больше не нужно было защищаться. Сигнал был пойман окончательно.
Когда они отстранились друг от друга, Гриша довольно улыбнулся:
— Ну всё. Теперь я официально могу хвастаться Тёме, что я больше не лох.
— Сначала помоги мне дотащить вот это до квартиры, — засмеялась Богдана, кивая на букет. — И приготовься: тебе придётся помогать мне искать под него посуду по всему дому.
— Без проблем, принцесса, — Гриша завёл мотор. — Всё, что угодно,для тебя.
Машина плавно тронулась, унося их в тёплую московскую ночь. И на этот раз они ехали туда вместе.
Продолжение следует...