Глава 3. Точки на карте
После той встречи в кофейне они начали переписываться чаще. Почти каждый день. Мирослав по-прежнему писал коротко, без смайликов и восклицательных знаков. Но теперь в его сообщениях появилось то, чего не было раньше: иногда он спрашивал о её дипломе, иногда скидывал ссылку на статью по психологии с пометкой «посмотри, интересно», а пару раз прислал скриншоты своей статистики с вопросом: «Что скажешь?».
Майя отвечала. Старалась не слишком быстро, но получалось плохо. Ей было интересно с ним — не в романтическом смысле, а как с человеком, который мыслит нестандартно и не боится задавать неудобные вопросы.
Однажды вечером, когда она монтировала новое видео, пришло сообщение:
zont1x: Ты смотрела вчерашний матч?
Майя замерла. Она действительно смотрела — впервые в жизни включила трансляцию не для анализа, а просто так. Ей хотелось посмотреть, как он играет в сложной ситуации. Но признаваться в этом было неловко.
Майя: Да. Хорошо сыграл на третьей карте.
zont1x: А на второй был провал.
Майя: Был. Но ты быстро перестроился. После восьмого раунда ты сменил позицию и начал играть агрессивнее. Это сработало.
zont1x: Заметно?
Майя: Заметно. Я специально пересмотрела фрагмент. До восьмого раунда ты держался в тылу, ждал поддержки. Потом понял, что поддержки не будет, и пошёл вперёд сам.
Он не ответил сразу. Через десять минут:
zont1x: Ты права. Я иногда застреваю в одном стиле. Надо менять.
Она улыбнулась. Ей нравилось, что он умеет признавать ошибки. Редкое качество в мире, где большинство игроков винит сервер, пинг или тиммейтов.
---
Следующая встреча произошла через три недели. Мирослав прилетел в Москву на два дня между турнирами. Написал: «Буду в том же месте. Приходи, если хочешь».
«Если хочешь». Он никогда не давил, не требовал, не ждал. Просто оставлял дверь открытой — войти или нет, решать ей.
Майя пришла.
Он сидел за дальним столиком, лицом к стене — так, чтобы видеть вход. Капюшон был опущен — в кофейне было тепло. Волосы просто причёсаны, убраны со лба. Под глазами привычные тени — перелёт и тренировки давали о себе знать. Когда она вошла, он поднял голову и коротко кивнул.
— Привет.
— Привет.
Она села напротив. На столе уже стояли две чашки: зелёный чай для него, двойной эспрессо для неё.
— Ты заказал заранее? — спросила она, хотя уже знала ответ.
— Да.
— А если бы я не пришла?
— Ты пришла, — сказал он, глядя на неё с лёгким любопытством. — Зачем гадать на пустом месте?
Она не стала спорить. Эспрессо был горячим, в самый раз.
Они говорили о её дипломе. Мирослав задавал уточняющие вопросы — не из вежливости, а потому что ему правда было интересно. Оказалось, он читал несколько работ по когнитивной психологии, которые рекомендовали преподаватели Майи.
— Ты и это читал? — удивилась она.
— Частично. Некоторые статьи слишком общие. Авторы пишут пятьдесят страниц, чтобы сказать одну мысль.
— А какие не слишком?
Он назвал несколько фамилий. Она удивилась ещё больше — это были узкопрофильные авторы, которых даже её однокурсники не всегда знали.
— Откуда ты их нашёл?
— Искал. Мне нужно понимать, как работает память и принятие решений в условиях таймера. Это помогает в игре.
Она кивнула. Это было логично. Она сама говорила на лекциях, что спортсмены высокого уровня часто разбираются в механизмах стресса лучше иных психологов.
— Ты ведёшь конспекты? — спросила Майя.
— Да. В блокноте. Несколько лет уже.
— Покажешь когда-нибудь?
Он подумал несколько секунд. Потом сказал:
— Может быть. Не сейчас.
Она не настаивала. В их общении вообще не было давления — ни с одной стороны.
Потом он спросил про её канал. Не про личное, не про «почему ты это делаешь» — про контент.
— Твоё видео про донат-культуру набрало много просмотров. Ты специально выбираешь острые темы?
— Нет. Я выбираю темы, которые мне самой интересны. Просто эта оказалась острой.
— Людям нравится, когда говорят правду, даже если она неприятная, — заметил он.
— Скажешь тоже. Ты сам не любишь, когда правду говорят про тебя.
— Я не люблю, когда лезут в личное. А про игру — пожалуйста. Если конструктивно.
Она взяла это на заметку. Значит, в видео можно разбирать его игровые решения, но не его характер.
— Тогда, — сказала она, — могу я задать тебе несколько вопросов для следующего видео? Анонимно. Без имён.
— Что за вопросы?
— Про принятие решений под давлением. Без личного.
Он кивнул.
— Задавай. В переписке.
— Договорились.
Они ещё поговорили о недавнем матче Spirit — том самом, который она разбирала. Мирослав объяснял свои действия спокойно, без эмоций. Майя слушала и понимала: он мыслит на несколько шагов вперёд. Не просто «вижу врага — стреляю», а «сейчас он будет здесь, значит, мне нужно сместиться туда-то».
— Ты просчитываешь траектории? — спросила она.
— Не траектории. Привычки. У каждого игрока есть любимые позиции, любимые углы. Если знаешь, куда он пойдёт — можно встретить заранее.
— Это звучит как психология.
— Это опыт. И немного психологии, — признал он.
Она улыбнулась.
---
Вечером они вышли из кофейни. На улице было темно, снег перестал. Мирослав натянул капюшон.
— Когда следующий турнир? — спросила Майя.
— Через десять дней. Сначала квалификация.
— Будешь смотреть мои разборы? — спросила она наполовину в шутку.
Он чуть приподнял уголки губ — не улыбка, но близко.
— Если успею.
Она не стала спрашивать, «успею» значит «захочу» или действительно «найду время».
— Напиши, как долетишь, — сказала она.
— Хорошо.
Они постояли ещё полминуты. Мирослав смотрел куда-то в сторону, Майя — на него. Неловкости не было. Было спокойно.
— До встречи, — сказал он.
— До встречи.
Он ушёл первым — быстрым шагом, бесшумно. Она пошла к метро.
Через два часа пришло сообщение:
zont1x: Долетел. До связи.
Она ответила:
Майя: Хорошо. Удачной подготовки.
Вот и всё. Никаких намёков, никаких «скучаю», никаких сердечек. Просто два человека, которым интересно общаться — о книгах, о CS, о психологии. Пока только так.
Майя села за ноутбук, открыла блокнот и написала для себя: «Он очень закрытый, но не агрессивный. Просто осторожный. Не давит, не требует. Мне комфортно».
Потом стёрла последнюю фразу. «Не рефлексировать лишнего», — подумала она. И начала монтировать новое видео.