Пиковая любовь

Утром на кухне возле плиты стоял восьмой и ждал, пока вода в кастрюле закипит, и можно будет сбросить пельмени.

Сзади его оплели чужие руки. Такие тёплые и маленькие, что восьмой повернулся.

— Вару, ты уже выспался?

На часах было семь сорок шесть.

— Нет, просто холодно без тебя. А ты выспался?

— Ну да в принципе. Пельмени будешь?

— Буду.

— Садись и жди тогда, а потом пойдём спать.

Уже через десять минут пиковые сидели за столом и ели.

— Ты кстати, почему в офис не ездишь?

— На дому как-то лучше работать. А что, хочешь без меня сидеть?

— Нет, так наоборот лучше, чем ты будешь в офисе сидеть.

— Мгм.ты реально платье купил?

Сначала пятый не понял вопроса, но потом ответил.

— Ну да.. Ты против чтоли?

— Нет, просто спросил. Наденешь?

Пятый ничего не ответил, и пошёл в спальню, чтобы переодеться.

Уже через пару минут он был на кухне в чёрно-красном платье, что облегало его талию, ведь на нём был пришит корсет, и пышная юбка, что явно была намного выше колен, но скрывала ягодицы пятого.

Сзади была открытая спина на лентах, что надо было затягивать, и чулки на бретелях в комплекте.

— Нихуя, иди в клуб на шест, и все деньги твои. Будешь нам на жизнь зарабатывать.

— Очень смешно. Так что, нравится? Я старался, выбирал.

— Конечно нравится. Выглядишь прекрасно. Особенно когда тебе руки красной лентой связать за спиной, и ремнём отшлёпать, пока ты будешь на моих коленях лежать.

— Пять минут мне дай. Иди в спальню.

— У меня тут суп как бы.

— Плитку выключи и иди. Или хочешь, чтобы я лежал на кровати а не на коленях?

— Всё-всё, иду. — Восьмой выключил плиту и пошёл в спальню.

Пятый же рылся в гардеробе, ведь отрезал немного ленты от затяжек на спине, ведь та была немного длиннее, чем предполагал пятый.

Наконец найдя ленту, и стянув ремень с брюк восьмого, пятый пошёл в спальню.

— Ну как, Нашёл? — В ожидании спросил восьмой.

— Ну конечно. Завязывай, только не слишком туго.

— Как скажешь, принцесса.

— Не называй меня так.

Восьмой промолчал и начал завязывать руки пятого за спиной так, чтобы руки не гнулись ни в какую сторону вообще.

Резко сев на кровать, восьмой потянул пятого на колени, и через пару секунд в руках у него был широкий ремень с железной бляшкой.

В следующюю секунду он приподнял юбку и ударил пятого по ягодицам, несильно, но красный след остался.

Вскрик пятого заглушил восьмой, что закрыл ему рот ладонью.

— Потише, а то соседи придут, скажут, что я тебя насилую. — Восьмой достал какую-то штуку из тумбочки, и закрыл ею рот пятого.

Пятый же немного скатившись по коленям, положил пятую точку ровно на колени восьмого, а голова была на равне с лодыжками восьмого.

Восьмой положил ремень на кровать, и начал шлёпать пятого рукой.

Через пару ударов восьмой расчитал силу, чтобы пятый получил больше удовольствия.

Уже через пять минут, пятый насчитал тридцать пять ударов, и восьмой решил закончить.

Развернув пятого, он увидел заплаканное лицо пятого, и спросил.

— Было больно? Так почему не остановил меня?

— Нормально всё, просто рефлекторно заплакал.

— Ясно. Ладно, переодевайся и жду тебя на кухне.

Восьмой доготовил обед, и ждал пятого.

Через пару минут пришёл пятый, и сел за стол.

Восьмой же налил суп в тарелку, и поставил перед пятым пиалку с хлебом и сметану.

Пятый снял очки, и ждал восьмого, который накладывал себе.

Восьмой поставил две кружки с кофе на стол, и сел сам.

— Приятного. — Сказал восьмой пятому.

— Тебе тоже. — Ответил пятый.

Весь обед они ели молча, ведь оба наслаждались тишиной.

Все пиковые сами по себе закрытые и тихие, но это её значит, что-то они не могли дать пизды за базар.

После обеда восьмой пошёл работать, а пятый пошёл спать.