Солнце полуночи

Как нужна для жемчужины полная тьма — 

Так страданья нужны для души и ума. 

Ты лишился всего, и душа опустела? — 

Эта чаша наполнится снова сама!

Омар Хайям

— Госпожа, съешьте что-нибудь, — протянув девушке свёрток с едой, Вера жалобно окинула Аврору взглядом.

Ведьма никак не реагировала, безотрывно наблюдая за сменяющимся за окном пейзажем. Дорога, длиною в полтора дня, пролетела для неё как мгновение. Будто вовсе не было пересадок с кареты в машину, а затем снова в привычную повозку.

Аврора не обращала внимания ни на что, упрямо теребя край плаща на ногах. Мелкие разорванные нитки торчали из места, зажатое между девичьими пальцами. Ещё немного, и в ткани образовалась бы дырка.

— Не хочу, — сухо ответила девушка, даже не взглянув на предложенный кусок хлеба.

— Его Величество будет меня ругать. Прошу вас, хотя бы малый кусочек.

Аврора ничего не ответила. Отвернула голову, сомкнув тяжёлые веки. До ушей донёсся только громкий вздох Веры, вжавшейся в обвитую коричневой тканью скамью.

Брусчатка под колёсами раскачивала карету, шатая её из стороны в сторону. Всё тело, затёкшее от долгого сидения, тут же пронзило новой волной ноющей боли. Шею тянуло, ноги онемели, плечи, всё время были напряжены.

Аврора и так не любила поездки. А уж такие и подавно. Но радовало одно — ещё пара минут, и они наконец смогут покинуть карету, оказавшись в совершенно новой, не известной им ранее обстановке. Вопросы один за другим вертелись на кончике языка, но Аврора запрещала себе произносить что-либо вслух. Замкнулась в себе с момента их отъезда, прокручивая события последних дней в голове.

— Стой! — послышалось за пределами кареты. Приоткрыв веки, Аврора рефлекторно прищурила глаза. Яркий свет, пробивающийся сквозь короткие шторы, неприятно жёг привыкшие к темноте зрачки.

Колёса со скрипом остановились, в последний раз наехав на неровные камни. Снаружи доносились голоса, сливающиеся с шумом поднявшегося ветра. Вера осторожно дотронулась до расслабленной руки Авроры, обратив внимание ведьмы на себя.

— Всё в порядке, Вера, — не дав служанке шанса что-либо сказать, Аврора заговорила первой. — Пора выходить.

Не дождавшись девушки, ведьма первая встала с места, желая как можно быстрее ступить на твёрдую поверхность. Гравий тихо захрустел под ногами. Плащ чуть соскользнул назад, задевая пуговицей оголённую поверхность шеи.

Окраина Крайова встретила их с некой печалью. Пасмурная погода никак не сглаживала и так поникшее настроение Авроры. Но всё же был в этом некий шарм: воздух пах свободой, затянутое серыми облаками небо казалось на толику светлее.

— Мисс Девью, — к девушке обратилась выделяющаяся среди толпы дама. Вычурное бордовое платье выдавало статус женщины, — Добро пожаловать!

Незнакомка уверенно шагнула вперёд, одарив ведьму приветливой улыбкой. В голосе не было притворства, лишь искреннее приветствие и радость.

— Ваша Светлость, — сделав книксен, Аврора выпрямилась в спине, игнорирую скользнувшую по мышцам волну тянущей боли.

В спешке девушка вовсе забыла спросить короля куда её ссылают. Благо, Вера поведала ей обо всём в карете, в подробностях рассказав, что ей удалось узнать. И только благодаря этому девушка знала в чьи руки попала на этот раз.

— Мы Вас очень ждали, — схватив ведьму за руки, Виктория сжала свои пальцы на её коже. Холод рук герцогини, на удивление, не вызывал неприятных ощущений. — Посыльный привёз письмо из дворца ещё позапрошлой ночью.

— Значит мы задержались, раз известие о нашем прибытие пришло так скоро до вас, — мельком оглядываясь по сторонам, Аврора запоминала внешний вид поместья. Всё казалось новым, необычным, но до жути напоминающим только-только покинутый дворец.

— Отнюдь, — тут же возразила вампирша, по-доброму улыбнувшись. — Бенджамин позаботился о том, чтобы гонец прибыл к нам в ночь покушения.

Настроение, которого и так не было, мгновенно пропало. С лица тут же сползла улыбка, стоило Авроре услышать малейшее упоминание о той ночи.

— Мне очень жаль, — перейдя на шёпот произнесла женщина, чуть наклонившись к ведьме. — Надеюсь с герцогом Кимом всё хорошо?

— Возможно, — натянуто улыбнувшись, Аврора высвободила ладони из прохладных оков. Пальцы крепко вцепились в плащ на груди, не позволяя тому ещё больше сползти на спину. — Мне не доводилось видеть Его Светлость после нападения.

Виктория не стала продолжать натянутый диалог. Видела, как Аврора реагирует на каждое слово, затрагивающее тему не так давно случившейся трагедии.

— Давайте пройдём внутрь. Вы наверняка успели замёрзнуть в пути.

Ведьма, чуть замедлившись, последовала за герцогиней. Слуги с интересом поглядывали в сторону прибывшей гостьи. Всячески старались рассмотреть её, делая вид, будто заняты работой. Аврору это никак не смущало. Наоборот, веселило то, с какой непринуждённостью эти люди пытались узнать её. Без неприязни, оценки и мысли «На что же она способна?»

Просторные коридоры были полупустыми. Изредка встречались небольшие столики, удерживающие фарфоровые вазы с цветами. Светлая тюль прятала за собой панорамные окна, пропуская слабые лучи солнца в помещение. Здесь почти не было золота. Лишь тихий изыск, созданным пастельными цветами стен и мягким светом люстр.

Гостевое крыло вовсе не отличалось от остальных частей особняка. Открыв одну из дверей, Виктория обернулась в пол-оборота к гостье, пропуская ту в покои. Аврора переступила порог, неосознанно вспомнив, как впервые входила с свою комнату во дворце.

Здесь всё было почти так же. Но разница была в одном: не было чувства постоянной слежки. Никто не наблюдал за каждым сделанным шагом, не прятался по углам в попытках подглядеть что пьешь, что ешь, что читаешь. Никто не прожигал затылок взглядом, пытаясь обратить на себя внимание. Абсолютно все жили своей жизнью, следуя уставам своего положения.

Воздух казался свежее. Комната казалась ярче. Даже зелень, только-только распускающиеся на кронах деревьев, имела совершенно другой цвет. Но всё было чуждым Авроре. Не тем, что за короткое время успело полюбиться ей во дворце.

Отложив плащ на быльце кресла, ведьма подошла к окну. Отсюда открывался вид на небольшое озеро, тихо раскачивающиеся от порывов южного ветра. Небольшие лабиринты из кустов ограждали особняк от остальной части поместья. Здесь не было суеты и шума. Чувствовалось спокойствие, ещё не тронутое смутой, нависшей над столицей вампирского королевства.

— Надеюсь Вам понравятся эти покои. Я старалась подобрать для вас самые лучшие, — Виктория остановилась в центре комнаты, сложив руки перед собой. Голос выдавал наличие улыбки на её лице, вытесняя окружающее Аврору уныние.

— Благодарю, Ваша Светлость, — оперевшись спиной о стену, девушка выдавила из себя подобие улыбки. — Мне всё нравится. Вы очень добры ко мне.

Женщина учтиво кивнула, вновь пробежавшись по ведьме взглядом.

— Вы устали с дороги, не буду мешать вам отдыхать, — подобрав одной рукой подол платья, герцогиня развернулась к выходу, но тут же замерла, сразу добавив: — Буду ждать Вас в столовой к ужину.

Вслед за Викторией из покоев исчез едва ощутимый сладкий шлейф её парфюма. Постояв пару минут в тишине, Аврора поплелась в ванную. Молочный кафель тут же бросился в глаза, стоило ей открыть запертое от посторонних глаз помещение.

Отрегулировав температуру и напор воды, девушка сразу же сбросила с себя одежду. Свитер и брюки неровными складками рухнули на землю, впитав в себя мелкие брызги воды, покрывшие пол. Пальцы устало коснулись бретелек лифчика, стягивая их с плеч. О недавно надетом белье напоминали лишь впившиеся в кожу следы от кружева.

Коснувшись водной глади ногой, Аврора осторожно села в ванную. Вода тут же обдала теплом тело, покрывая каждый миллиметр кожи влагой. Мыльная пена собиралась в подобие облаков у краёв ванны, пряча под собой лишь малые участки девичьей наготы.

Впервые за долгое время Аврора смогла без суеты и хаоса понежиться в ванной. Без угрызения совести, хотя бы на пару минут, смогла отпустить навалившиеся на хрупкие плечи заботы, позволив дать себе передышку.

Её веки, прикрытые в блаженстве, изредка подрагивали. Кончики волос навязчиво липли к оголённым ключицам, щекоча шею и грудь. Прозрачные нити пара струились вверх, задевая раскрасневшееся от жара лицо. Ещё немного, и Аврора с успехом бы погрузилась в чуткий сон. Но девушка тут же вздрагивала, стоило словить себя на мысли, что вот-вот погрузится в манящую дрёму.

Задержав дыхание, Аврора с головой погрузилась в воду. Жидкость моментально сомкнулась над лицом, пряча умиротворённый образ под слоем исчезающей пены. Хотелось ни о чём думать. Спрятаться от всего, заглушив все возможные звуки. Просто побыть одной, забыв о том, кто ты есть на самом деле. Отложить все дела на потом, позволив на один день стать обычным человеком.

Всё это осталось мечтой. Ведь даже тут, в полном одиночестве, её застали врасплох.

«Очнись.»

Распахнув глаза, Аврора заметила прямо над собой размытые огненные радужки. Воздух тут же вышибло из лёгких, заволакивая неистовым жжением. Раскрыв рот в немом крике, девушка вынырнула, громко закашляв. Остатки воды, захваченной ноздрями и ртом, сразу выплеснулись на пол, стоило ей ухватиться руками за борт ванной.

Прохладный воздух обдувал тело, вызвав табун мурашек. Мелкая дрожь пробирала до костей. То ли от страха, то ли от неожиданности, не понятно. Но одно стало ясно точно – даже тут ей не дадут покоя.

***

Пропитанные травами и спиртом бинты плотно прилегали к смуглой коже. Кровавые разводы полностью исчезли. Только сукровица, сочащаяся из плотно сшитой раны, иногда окрашивала ткань в светло-жёлтый цвет. Тэхён, хоть и с трудом, уверенно шёл на поправку.

Отпив из чаши красно-коричневый отвар, герцог сразу поморщился. Горький привкус обволок язык и горло, неприятно защипав. Хотелось сплюнуть вязь, появившуюся после первого глотка, но лекарь отрицательно качнул головой, без слов остановив мужчину от нежелательного действия.

— Без этого никак? — отставив чашку на тумбочку, Тэхён хрипло закашлял.

— Увы, Ваша Светлость.

Дверь в покои с тихим щелчком открылась, впустив Эбрименга внутрь. Заприметив герцога, лекарь спешно поклонился, ретировавшись в соседнюю комнату.

— Приветствую, милорд, — почтительно кивнув, Бенджамин без стеснения подошёл к постели, присев на самый край. Тэхён сразу понял – мужчина желает поведать нечто особенное. — Как Вы себя чувствуете?

—— Бывало и лучше, — приподнявшись на локтях, вампир принял полу сидячее положение. — С чем пожаловали, милорд? Уж точно не ради того, чтобы справиться о моём здоровье.

В покоях на мгновение повисло молчание. Эбрименг слабо улыбнулся, заметив на себе изучающий хищный взгляд.

— Не буду долго оттягивать, — понизив голос, вампир чуть наклонился, бросив короткий взор на закрытую комнату, за которой находились врачи. — Во дворец прибыли Антонеску. Элла который день рвётся повидаться с Вами. Его Величество никого не пускает, но боюсь, девица своего в скором времени добьётся.

На секунду показалось, что Тэхён позабыл как дышать. Он, не то удивлённо, не то в недоумении, уставился на вампира, переваривая услышанное. Быстро облизнув пересохшие губы, герцог ответил:

— Рвение мисс Антонеску можно понять. Как никак, она моя невеста.

Эбрименг качнул головой, сбросив со лба непослушные пряди волнистых волос. Смысла завязывать окольными путями разговор попросту не было.

— Тэхён, я знаю тебя с самых малых твоих лет. Неужели ты думаешь, что я не смогу увидеть замешательство на твоём лице?

Тэхён тактично промолчал. Но в глубине души понимал: от этого вампира утаить что-либо он не сможет. Пальцы нервно зарылись в слегка слипшиеся от кожного жира волосы. Тэхён делал так каждый раз, когда разговор заходил на волнующие его темы.

— Это помолвка ни к чему не приведёт, — констатировал Бенджамин. — Твоё сердце давно занято другой.

— Я прошу тебя, не выдумывай. О подобном не может быть и речи.

Тэхён, отвернувшись от вампира, попытался встать с другого края постели. Но Эбрименг опередил его, заставив замереть на месте от произнесённых слов:

— Не пытайся сделать из меня дурака. Я вижу, как ты смотришь на мисс Девью.

Тэхён медленно обернулся, словив на себе испытывающий взгляд герцога. Бенджамин даже не пытался остановиться, намереваясь довести разговор до конца.

— Если я знаю об этом, государь и подавно.

— Чего ты от меня хочешь? — бодрость, сквозящая в голосе Тэхёна, исчезла. Он походил на запуганного зверя, не знающего как ему быть и что делать.

— Не дури голову девицам. Определись наконец, чего ты хочешь, иначе ни к чему хорошему всё это не приведёт.

Бенджамин тут же встал с постели, не дожидаясь ответа мужчины. И так было ясно. Тэхён безотрывно глядел вслед вампиру, провожая удаляющийся силуэт до двери.

— Его Величество желает встретится с тобой. Будь готов к тому, что он скоро наведается.

— Не стоит утруждать его подобными прогулками, — медленно встав с места, Тэхён ухватился за раненный бок. Зашитая рана неприятно тянула, отдавая болью в плечи при каждом резком движении. — Я сам к нему пойду.

Эбрименг не стал возражать. Да и спорить не было смысла – герцог поступил бы всё равно по-своему.

Чёрная ткань атласной рубашки быстро заскользила по коже, скрыв плотные слои бинтов на груди вампира. Вместо пуговиц два края ткани удерживал широкий пояс, небрежно завязанный на талии. Тэхён старался не морщится, но мимолётная гримаса боли всё же проскальзывала на смуглом лице.

Казалось бы, за окном давно наступил май, но в воздухе всё ещё витали отголоски мороза. Коридоры погрузились в серость, что проникала во дворец через открытые окна. Ещё немного, и на столицу обрушится проливной дождь.

Тэхён не оглядывался по сторонам, но краем глаза замечал насколько сильно изменился дворец всего за пару дней. Вокруг всё стало блеклым, потеряло свой блеск и шарм. Вот только почему, понять он всё ещё не мог.

Дверь в кабинет короля открыл Себастьян. Подручный удивлённо, всего на секунду, вскинул бровь, но ничего не сказал. Мужчина жестом пригласил герцогов пройти внутрь, отойдя на один шаг в сторону.

— ...и чтобы в этот раз всё было без происшествий, — до ушей донёсся лишь обрывок фразы короля. Аро сидел за столом, уставленным небольшими фигурками на карте. В суровом взгляде не было прежнего спокойствия.

— Как прикажете, Ваше Величество, — Намджун, быстро поклонившись королю, поспешил удалиться из кабинета. Он всего на мгновение сцепился взглядом с Тэхёном, махнув головой в знак приветствия. Большего граф позволить себе не мог.

Внутри всё сжалось от предчувствия. Казалось, словно неугомонный шторм нёсся на них, готовясь снести всё под корень. Каждый понимал – время перемен настало уже сейчас, и эти изменения затронут всех без исключения.

— Тебе не стоило вставать, — мимолётно бросил король, устало потерев переносицу. Его радужки окрасились в бордовый цвет. Несколько недель голодовки явно не шли мужчине на пользу.

— Я уже чувствую себя лучше.

Этого ответа было достаточно, чтобы Аро не продолжил противиться присутствию раненного герцога. Вампир молча указал рукой на свободные кресла перед собой, приглашаю придворных присесть. Мужчины безоговорочно заняли места. Тэхён искоса поглядывал на вампиров, ожидая услышать добытую ими информацию.

— Наши люди прочесали всю столицу вдоль и поперёк, но следов нападавшего так и не нашли, — начал Эбрименг, закинув ногу на ногу. Его спокойный внешний вид никак не соответствовал тревоге, сквозящей в каждом слове. — Вглубь леса пройти никто не решился. Возможно этот подонок скрылся там.

— Что на счёт придворных? — тут же спросил Тэхён, слабо сжав быльца кресла.

— Ничего подозрительного замечено не было.

На секунду повисло молчание. Аро, уставившись на карту королевства, не произнёс ни слова. Расставленные фигуры напоминали некие мишени, что в любой момент могли оказаться убранными прочь.

— В нескольких уездах были замечены подозрительные группы. По докладам местных префектов можно понять, что эти мелкие коалиции относятся к культу. Так же поступали письма от герцогов западных, южно-западных и северо-восточных земель. Они обеспокоены чрезмерно активными движениями среди местного населения.

— Их жалобы доходили и до меня, Ваше Величество, — словив секундную запинку в речи короля, Эбрименг обратился к нему. — Зреют бунты намного больших масштабов, чем были ранее. Им пока удаётся подавить восстания, но боюсь, надолго этого не хватит.

— Культ и так проник во дворец, — перебив герцога, Тэхён обратился к королю. — Пока мы бездействуем, они накапливают больше силы.

— Не называй бездействием то, что мы делаем ради спасения нашего мира, — переставив несколько фигур на разные места, Аро взглянул на Тэхёна исподлобья. — Пока мы скрываем большую часть ведьм, они бессильны. Чем дольше мы сможем продержаться, тем больше преимущества будет на нашей стороне.

— Они убили пятерых ведьм, — процедил сквозь зубы герцог. — Пять девушек, принадлежавших к важнейшим ветвям магических родов. И ради чего?

Аро тактично промолчал. Но в глазах разгорелся настоящий огонь. Вот только злости или раздражения, было не понятно.

— Ради поимки Вашей дочери, — закончил Тэхён, чуть наклонившись к столу.

— Ни одна битва не обходится без жертв, сынок, — сложив руки перед собой, мужчина навис над картой. — Те ведьмы, о которых ты упомянул, были переданы культу предателями короны. И каждый, сотворивший подобное, давно понёс за произошедшее наказание.

Вампир хотел ответить, но король тут же остановил его, подняв руку вверх.

— Они путаются так же, как и мы, ошибочно принимая ложные данные о девушках за правду. И в этом наша сила.

Тэхён настороженно оглядел вампира, полностью запутавшись в услышанном.

— Хотите сказать, что Аврора не единичный такой случай?

С каждым словом атмосфера в кабинете накалялась. Присутствующие оставались со своей точкой зрения, видя ситуацию под разным углом. Тэхён понимал – в его голове не хватает ключевого пазла, завершающего картину происходящих событий. Недоговорённости Аро оставляли огромную проплешину в видении разгорающегося конфликта. И как бы близки они не были, король продолжал скрывать весомую часть знаний от посторонних глаз.

— Все ведьмы, которых мы нашли и которых предстоит найти, в той или иной степени имеют ложные сведения о своих семьях и родословных, — в разговор вмешался Бенджамин. — Скрытием потомков магии занимались не мы, а миссис Аттелин. Она и создала путаницу в документах молодых ведьм, чтобы сбить культ со следа.

— Герда была причастна к скрытию Амелии и не более, — голос Тэхёна зазвучал не так уверенно, как прежде. — Разве не так, Ваше Величество?

Одного движения короля было достаточно чтобы понять – всё намного сложнее, чем кажется. Аро мотнул головой, поправив и так идеально сидящую рубашку на груди.

— Моя покойная тёща, да помилует Господь её душу, провернула целую процессию за нашими спинами.

Тэхён шумно выдохнул, прижав руку к раненному боку. Нервы после произошедшего были напряжены до предела. Горький привкус лекарства въелся в язык, от чего герцога при каждом сглатывании бросало в дрожь.

— Герда, догадываясь о надвигающихся переменах, создала секретную организацию ведьм. Кто был в составе нам по сей день не известно. Но плоды их работ остаются неизменными: группировка намеренно подделала документы большинству рождённым ведьмам. Оставшимся частично изменили историю, намеренно внушая с детства ложные сведения об их семьях.

Аро говорил чётко, без запинки. Жилки на шее, то и дело, натягивались раз за разом, выдавая накопившееся напряжение в теле вампира. Он раскрывал тайны, едва ли уложившиеся в его голове. Обнажал правду, ставя под удар важнейшую часть мифического мира. И всё ради спасения тех крох, что королевства сумели сохранить за столетия борьбы против тьмы.

Напряжение оставалось висеть в воздухе, лишившись последних оттенков возникшей усталости. Каждый из присутствующих думал об одном: одна ведьма сумела ввести в паутину заблуждений несколько королевств. И всё ради спасения единственной наследницы дома Морриконе. Ради спасения родной крови.

— Как же мы найдём Амелию? — прошептал Тэхён, обращаясь не то к королю, не то к самому себе.

— Мы не будем её искать, — сразу ответил Аро, встав с места. — Придёт время, и она сама нас найдёт.

— Мы не имеем гарантии, что культ не выйдет на её след раньше нас, — Бенджамин обеспокоенно оглядел правителя, едва ли веря в то, что услышал.

Король больше не проронил ни слова, повернувшись к герцогам спиной. Его внушительных размеров фигура загородила вид из окна, огородив гостей от дневного света своей тенью.

Череда событий привела королевство к точке невозврата. Клубок нитей, завязанный на сотни узлов, стал развязываться с неимоверной скоростью. Давно забытое прошлое всплывало на поверхность, подкидывая в огонь новые зацепки. И им оставалось только гадать, к какому открытия приведёт их новый день.

***

Аромат травяного чая заполонил собой всю гостиную. Виктория настояла именно на таком завершении ужина, не оставляя Аврору ни на минуту самой. Девушке не составляло труда распознать неутолимый интерес к её личности. Как никак, не всякий имеет честь приютить в своём доме скрываемую самим королём ведьму.

— До меня доходило столько разговоров про вас, — сделав глоток чая, герцогиня отставила чашку с блюдцем на стол, освободив руки. — Вы сумели овладеть внимаем многих во дворце.

— Признаться, мне показалось совершенно другое, — Аврора раз за разом поправляла края кофты, мельком рассматривая интерьер. Дрожь в пальцах всё не унималась, хоть и стала не такой явной. — На приёме гости не особо обращали на меня внимание. Разве что моментами обсуждали между собой мою причастность к королевской постели.

Виктория тихо закашляла, пару раз постучав по груди. Ведьма, схватив со столика салфетку, протянула герцогине, но та сразу отмахнулась.

— Что за ересь? — женщина старалась подавить рвущийся наружу смешок. Губы расплылись в улыбке, едва ли скрывавшей кончики заострённых клыков. — Вас посчитали фавориткой короля?!

Аврора смущённо улыбнулась, кивнув в ответ.

— Решили, что так оно и есть, из-за украшений покойной королевы на мне.

— Их счастье, что подобные разговоры не дошли до Его Величества.

Виктория всё же тихо засмеялась, мотнув головой. Непринуждённость в их общении позволила девушкам полностью расслабиться, находя о чём поговорить без лишних трудностей.

— Столько живут, столько знают, но всё равно продолжают нести чепуху, — не унималась герцогиня, попивая слегка остывший напиток.

— Думаете король разгневается, узнав о случившемся?

— Злости, как таковой, он не покажет, но вот недовольства будет хоть отбавляй. Морриконе не терпят, когда задевают честь их семьи.

В воздухе повисло короткое молчание. Аврора впитывала в себя каждое услышанное слово, собирая по крупицам и так не известную ей историю. Аро притягивал к себе, вызывал всеобщий интерес, и девушка не стала исключением.

— Многие аристократки пытаются обратить на себя его внимание. Не факт, что другую не стали бы обсуждать в том же русле, что и меня,

— Дорогая, другим бы и дышать возле украшений покойной Мари не позволили, не то что носить, — Виктория чуть наклонилась к девушке, коснувшись пальцами её ладони. — Вам доверяют, и придворные это видят. Распускать лживые слухи и домыслы – их попытка очернить вас в глазах общества и не более.

Девушка не переставала улыбаться, ощутив поддержку в словах вампирши. Пальцы сами вцепились в её руку, скрепив ладони в крепкий замок. На душе, к большому удивлению, стало чуточку спокойнее.

— Вы упомянули, что Его Величество был бы недоволен...

Виктории не требовалось дважды повторять. Женщина сразу уловила к чему клонит девушка, заметив на лице мелькающую тень любопытства.

— Аро по своей натуре однолюб, — начала вампирша, откинувшись на спинку диванчика. — Мари была и остаётся единственной женщиной в его жизни. Для него даже мысль о другой будет подобно измене. Поэтому любые домыслы от аристократов по поводу фавориток он сразу же пресекает.

— Неужели он остаётся верен жене даже после её смерти? — Аврора удивлённо округлила глаза.

— Безусловно, — Виктория поправила складки на юбке, смахнув рукой упавшие на ткань крошки. — У них была такая история любви. Жаль, что так печально всё закончилось.

Женщина перевела взгляд на картину, висевшую напротив. На потемневшем от времени холста можно было разглядеть лесную чащу, усеянную проблесками белого снега. И в самом центре, на ветке осыпавшейся ели, сидели два ворона, глядя в глаз друг друга.

— Многие завидовали их счастью. Аристократки, узнав, что Аро женится на простолюдинке, чуть не поубивали себя от горя, — Виктория хмыкнула, безотрывно глядя на стену. — Мари столько пришлось перетерпеть во дворце. Столько подлости, обмана, предательства. Не знаю даже, как она всё это выдержала.

— Разве Аро не видел, как к ней относятся во дворце?

— Конечно видел, — женщина перевела взгляд на Аврору, одарив её самой доброй улыбкой. — И он постоянно вставал на её защиту. Дам это так бесило, особенно Антуану Финеману.

Аврора едва заметно скривила лицо, услышав знакомое имя. Из головы ещё не пропали воспоминания с их последней встречи.

— Но против воли короля не пойдёшь. Жили себе, ворковали, своё гнёздышко строили, — с каждым словом голос Виктории становился тише. — Конец истории ты и сама знаешь.

Недолго думая, герцогиня допила остатки чая, отодвинув опустевшую посуду в центр стола.

— Уморила я вас своими разговорами. Не буду перед сном забивать голову всякими историями.

— Вы вовсе не утомляете меня, Ваша Светлость, — Аврора попыталась возразить, махнув рукою в знак протеста. — Наоборот, мне очень интересно слушать всё, о чём вы говорите.

— Не пытайтесь меня обмануть, Аврора. Я вижу по вашему лицу, что вы не выспались, — Виктория оставалась непреклонной. — Ложитесь спать, завтра предстоит насыщенный день.

Быстро распрощавшись, девушки разошлись по своим комнатам. Аврора с облегчением сбросила с себя одежду, накинув на тело тонкую атласную ночнушку. Ткань постельного белья приятно обволокла кожу, стоило девушке лечь под одеяло. Распущенные волосы скрыли под собой всю подушку, согревая прохладную ткань остатками тепла.

Аврора прикрыла глаза, чувствуя, как стремительно проваливается в сон. Однако ощущения лёгкости всё никак не наступало. Внутри засело навязчивое чувство, не позволяющее провалиться в долгожданный сон. Девушка пыталась не обращать внимания на это, упрямо лежа на боку. Но оно не проходило.

Помучив себя пару секунд, Аврора всё же перевернулась на спину. Одеяло приятно прижимало тело девушки к постели, ограждая от леденящего воздуха покоев.

«Странно. На улице не такая погода, чтобы в покоях было так холодно.»

Промелькнувшая мысль прошибла всё тело. Аврору бросило одновременно и в жар, и в холод от осознания – что-то не так.

Открыв глаза, девушка замерла в оцепенении. Не могла пошевелиться. Не могла издать ни звука. Застыла, безотрывно глядя на стоявший у изножья кровати мужской силуэт.

— Ты заставляешь меня ждать, mia cara.