Глава 1 часть 2:«Стены и тени»
Часть 2: Стены и тени
Машина агентства затормозила у высотного жилого комплекса в престижном районе Сеула, когда город уже вовсю заливало вечерним неоновым светом. Пять девушек молча вышли из минивэна. За ними глухо хлопнул багажник, из которого менеджер выгрузил несколько массивных чемоданов с наскоро собранными вещами.Новое общежитие встретило их запахом свежей краски, пустотой и идеальным глянцем ламината. Четыре комнаты, просторная гостиная с панорамным окном и общая кухня. Для обычного человека это место показалось бы роскошью, но для участниц NEXUS эти стены ощущались как новая, более дорогая клетка.— Итак, внимание всем, — Кан Сиён поставила свой чемодан у стены и развернулась к девочкам. Её голос, уставший после долгого дня, звучал неестественно жёстко и командно. Режим тотального контроля, подпитанный дневной дозой успокоительных, требовал структуры. — Мы больше не просто стажёры. Теперь мы — лицо компании. Менеджер чётко дал понять: никаких опозданий, никаких лишних контактов. Я составила предварительный график уборки и дежурств на кухне. Правило первое: отбой строго в одиннадцать, если нет ночных практик. Правило второе: телефоны сдаём мне перед сном. Нам нельзя отвлекаться на соцсети.— Чего? — Минсу резко бросила свой рюкзак прямо на пол гостиной и сделала шаг к лидеру. На её лице появилось то самое опасное, агрессивное выражение лица, из-за которого хореографы JYP обходили её стороной. — Сдавать телефоны? Сиён-онни, ты ничего не попутала? Ты мне не мамочка и не надзиратель. Хватит строить из себя генерала.— Я лидер этой группы, Минсу! — Сиён повысила голос, и на её шее проступила напряжённая жилка. — И если из-за твоих ночных переписок или импульсивных выходок в сети у группы будут проблемы, отвечать перед директором Паком буду я! Наш дебют должен быть идеальным. Никаких слабостей.Пока в центре гостиной разгорался очередной пожар, Ли Хаын медленно пятилась назад вдоль стены. Шум спора, давящие стены нового пространства и осознание того, что теперь ей придётся делить быт с этими людьми круглые сутки, запустили внутри неё лавину паники. Воздуха в лёгких стало катастрофически не хватать. Её социофобия выставила защитный барьер: Хаын резко развернулась, пробежала по коридору и скрылась за дверью общей ванной комнаты, провернув замок до упора. Опустившись на прохладный кафельный пол, она обхватила колени руками и судорожно задышала, пытаясь справиться с накрывшим её приступом удушья.Хван Джиа стояла посреди этого хаоса. Её собственная правая нога ныла так, словно в сустав насыпали битого стекла, а в голове стучала глухая боль от усталости. Но её синдром спасателя уже включился на полную мощность. Ей было не до своих вещей. Ей нужно было склеить этот разбитый, трещащий по швам коллектив.— Сиён-онни, Минсу, пожалуйста, прекратите, — Джиа мягко, но настойчиво вклинилась между лидером и рэпером, переводя весь огонь на себя. — Мы все на пределе. Давайте обсудим правила завтра, хорошо? Минсу, помоги, пожалуйста, донести Хаын её сумку, ей… ей нужно побыть одной. Я поговорю с ней позже.Минсу злобно выдохнула, пнула свой рюкзак, но спорить не стала — упрямый, пронзительный взгляд кошачьих глаз Джиа заставил её отступить. Рэперша развернулась и ушла вглубь коридора, громко хлопнув дверью своей комнаты. Сиён осталась стоять в гостиной, потирая виски. Её руки мелко дрожали от подступающего выгорания, но она лишь сильнее выпрямила спину и ушла разбирать свои вещи, снова закрывшись от мира ледяной стеной перфекционизма.Джиа тяжело вздохнула и обернулась, ища глазами Чэвон. Девятнадцатилетняя вокалистка сидела на полу в углу прихожей, бездумно глядя в одну точку. На её щеках всё ещё горели искусственные румяна, скрывающие смертельную бледность.— Чэвон-а, — тихо позвала Джиа, опускаясь рядом с ней на корточки. — Ты как? Пойдём в комнату, разложим вещи. Хочешь… я приготовила немного тёплого чая?— Я в порядке, Джиа, правда, — Чэвон на автомате натянула на лицо свою привычную, заученную «милую» улыбку, но её глаза оставались абсолютно стеклянными.Она поднялась, покачиваясь от слабости, и потащила свой маленький чемодан вглубь коридора. Джиа последовала за ней в их общую спальню. Как только за ними закрылась дверь, Чэвон судорожно бросилась к своей сумке. Её пальцы тряслись. Из самого потайного кармана под ворохом одежды она достала маленькие, ультратонкие напольные весы. Те самые, с которыми она не расставалась ни на один день.Чэвон поставила их на ламинат и уже приготовилась встать, но Джиа мгновенно перехватила её за запястье. Рука Чэвон была ледяной и пугающе худой.— Чэвон, не надо, — негромко, но твёрдо сказала Джиа, заглядывая подруге в глаза. — Ты взвешивалась в агентстве перед уездом. Зачем опять?— Мне нужно проверить! — в голосе Чэвон впервые прорвалась отчаянная, болезненная истерика. Она попыталась вырвать руку, её лицо исказилось от паники. — Я выпила целый стакан воды в машине! Вдруг там плюс? Ты видела, что написали под преддебютным тизером в комментариях?! Написали, что у меня тяжёлый взгляд и слишком круглые щёки! Нетизены ненавидят толстых айдолов, Джиа! Если я наберу хотя бы сто граммов, компания уберёт меня из центра! Пусти!— Я не пущу, — Джиа аккуратно, но крепко обняла Чэвон, прижимая её к себе и забирая весы свободной рукой. Ей было безумно больно видеть, как эта жизнерадостная на экранах девочка медленно убивает себя изнутри. — Хей, посмотри на меня. Ты идеальна. Твои щёки прекрасны, твой вокал — лучший. Забудь про комментарии. Давай я заберу их на пару дней? Пожалуйста. Ради меня. Просто отдохни.Чэвон обмякла в её руках, уткнувшись носом в плечо Джиа. Из её глаз брызнули слёзы, смывая плотный макияж. Силы окончательно покинули истощённый организм, и она лишь тихо, прерывисто всхлипывала, больше не пытаясь отобрать свой главный кошмар.Джиа гладила её по волосам, баюкая, как маленького ребёнка, а внутри неё самой разрасталась глухая, удушающая пустота. Лодыжка горела адским пламенем, моральные силы были на нуле, а впереди её ждала запертая в ванной Хаын, которой тоже нужна была помощь. Джиа раздавала себя без остатка, по кусочкам склеивая NEXUS. Она отчаянно пыталась спасти всех в этой темноте закулисья, совершенно не замечая, что её собственный внутренний фитиль уже практически догорел.