глава 17. Перед паданием
После того разговора они не разошлись. Не хлопнули дверями, не ушли в игнор. Всё осталось — стримы, встречи, привычки. Но внутри что-то сместилось. Теперь каждый из них знал: есть граница, за которую заходить опасно. И самое неприятное — оба периодически к ней подходили.
Ростислав стал ещё собраннее. Он не устраивал сцен, не задавал лишних вопросов, но начал действовать иначе. Он чаще сам планировал их время, забирал её после съёмок, предлагал конкретные вещи, а не «как получится». Это выглядело как забота. И это действительно было заботой. Но в этой заботе уже читался контроль — аккуратный, почти незаметный, но присутствующий.
София это чувствовала.
Не сразу отталкивала. Иногда даже принимала — ей нравилось, когда он берёт на себя решения, когда не нужно думать, куда идти, что делать. С ним было проще. Но иногда это начинало давить.
— Ты опять всё решил за меня, — сказала она однажды, когда он без обсуждения заказал им поездку на выходные.
— Я предложил, — спокойно ответил он.
— Ты уже оплатил.
— Чтобы ты не отказалась.
Она посмотрела на него внимательно.
— А если бы я хотела отказаться?
Пауза. Он выдержал её взгляд.
— Тогда мы бы не поехали.
— Но ты уже сделал так, чтобы было сложнее отказаться.
Он не стал отрицать.
— Да.
Она выдохнула. Не раздражённо. Скорее устало.
— Ты всё ещё боишься.
Он чуть прищурился.
— Чего?
— Что я уйду.
Пауза. Он не ответил. И этого было достаточно. Несмотря на это, между ними всё ещё было много настоящего. Они могли провести вечер, смеясь над какой-то ерундой, споря о фильмах, дурачась на стриме так, что чат буквально взрывался. В такие моменты казалось, что всё наладилось. Что они справились. Но это было не совсем так.
Это было скорее... затишье.
———
Однажды вечером София пришла позже обычного. Не на час. Почти на три. Ростислав не писал, не звонил.
Он ждал. Когда она вошла, он сидел на кухне.
Спокойный. Даже слишком.
— Привет, — сказала она, снимая обувь.
— Поздно.
— Съёмки затянулись.
Он кивнул.
— Я понял.
Пауза. Она посмотрела на него.
— И всё?
— А что ещё?
— Обычно ты спрашиваешь больше.
Он усмехнулся.
— Ты же не любишь, когда я спрашиваю.
Она подошла ближе.
— Ты сейчас специально?
— Нет.
— Врёшь.
Он посмотрел на неё прямо.
— Я учусь.
— Чему?
— Не давить.
Она чуть кивнула.
— Это хорошо.
Но в её голосе не было уверенности.
В ту ночь он снова долго не спал. Потому что понял одну вещь: либо он контролирует себя, либо всё развалится. Но чем больше он сдерживался, тем сильнее это накапливалось внутри.
И рано или поздно это должно было выйти.