глава 13
Арсела Силон
Три дня были самыми ужасными после того, как Деймон бросил меня в ту яму с водой.
Я уже прощалась с жизнью. Когда перед глазами проходит вся твоя жизнь - это было ужасно и в то же время страшно. Ты пытаешься выплыть из воды, но у тебя ничего не получается, а он без эмоций наблюдает за тем, как меня поглощает вода.
После того случая прошло три дня. Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы понять, что произойдет после холодной воды, того, как я наглоталась воды, да еще и в лесу было прохладно, а здесь - тепло.
И мое тело дало сбой. До этого я жила в подвале, где был такой дубак, что можно было душу Богу отдать, но Он бы ее вернул. Даже в доме было тепло и солнечно, но, очевидно, мое тело было слишком слабым.
Хоть это и было ожидаемо, что я заболею, - так и случилось. Теперь я лежала на кровати, проклиная Деймона за то, что он бросил меня в воду, где я едва не утонула. А он даже не извинился. Хотя чего я от него жду? Он столько времени держал меня в подвале.
Я лежала на кровати, вся укутанная в одеяла и в его сорочке. Хоть она меня и не согревала, но одеяло спасало. С соплями и хриплым горлом спать было ужасно и просто невозможно. Снились кошмары про ту девушку. Моя болезнь и простуда так сильно влияли на разум, что мне начала мерещиться та девушка с ножом.
И это было страшно. Это длилось всего пару секунд, но мне уже было жутко, все тело содрогалось то ли от холода, то ли от страха.
Я явно начала сходить с ума, глядя в одну точку, где, как мне казалось, стояла девушка. Моя психика не выдержала и явно давала о себе знать тем, что мне привиделась эта девушка.
Ночью я боялась спать, а днем она постоянно являлась в моих снах. Из-за хрипа спать тоже было невозможно, постоянно хотелось кашлять.
Деймон теперь прямо-таки добрая душа: здесь даже врач был и просто дал ему таблеток, чтобы я их пила. Но от них меня просто клонило в сон, а выздороветь они мне не помогали.
К тому же принимать что-то из рук Деймона было страшно - я думала, что он может заменить таблетку и медленно меня убить.
Деймон стоял надо мной, а я лежала. Он, как и сказал врач, давал мне таблетки, но они были такими кислыми, что принимать их было ужасно. На то, что они мне не помогали, врач отмахнулся, сказав, что они подействуют, просто у меня слабое тело.
Он держал в ладони белую таблетку от лихорадки и стакан воды, а на тумбочке стояла кружка с чаем с медом, которым он поил меня против воли. Прямо-таки олицетворение доброты.
- Открывай рот, тебе нужно принять таблетку, - сказал Деймон, протягивая лекарство. Его лицо ничего не выражало - холодное, раздражающее равнодушие, словно перед ним был не человек.
Я бросила взгляд на таблетку, потом на лицо Деймона, который явно удерживал остатки терпения.
- Она кислая, - тихо сказала я, отворачивая голову и стараясь не смотреть на эту таблетку. От одного воспоминания о ней по телу пробегал холод.
- Арсела, - предупредил он меня, и его голос прозвучал как молния в тишине.
Я отрицательно покачала головой, по-прежнему не глядя на таблетку.
- Ну, как знаешь! - сказал он и поставил стакан с водой на тумбочку.
За считанные секунды он схватил меня за челюсть и сдавил так, что я вскрикнула от боли. Его пальцы впивались в плоть, и там явно останется след.
Он сжал мою челюсть, заставляя открыть рот. я начала сопротивляться, но это не помогло. Он затолкнул таблетку мне в рот и зажал его так, чтобы я не могла его открыть.
А на языке ощущалась эта ужасная и кислая таблетка, которую я хотела выплюнуть, но он крепко держал меня, не давая этого сделать.
- Глотай, - приказал он, сдавливая челюсть, и мне ничего не оставалось, кроме как проглотить эту чертову таблетку. Она была такой кислой, что от этой кислоты по телу прошла дрожь. Он убрал руки от моего лица и протянул мне стакан воды.
Я, не раздумывая, взяла его и сделала глоток, чтобы увлажнить горло. Из-за простуды оно было слишком сухим. Размочив горло и выпив весь стакан воды, я поставила его на тумбочку. Он едва заметно кивнул и пошел за свой чертов стол.
А я плотно укуталась одеялом. Хоть он и ходил в футболке и спортивных штанах, мне казалось, что здесь холоднее, чем в подвале.
- Арсела, чай, - сказал он, не поднимая на меня взгляда.
Я взяла салфетку из тех сухих салфеток, что он оставил, полностью высморкалась и выбросила ее в мусорку. Он поставил возле моей стороны кровати мусорное ведро, и я бросала салфетки туда.
И я взяла чай. Он был с медом и малиной. Я пила его, он был теплым, проникая в горло приятным теплом, так что выпить его не составило труда.
- А ведь свадьба твоей сестры уже через два дня, - сказал он равнодушно.
В этот момент я как раз ставила кружку на тумбочку - она едва не упала на пол и не разбилась, но дрожащими руками я все же ее поставила.
Мне не послышалось: моя сестра через два дня выходит замуж за того старика, а я здесь ничего не могу сделать. Слезы обжигали глаза, пока одна из них не скатилась по щеке.
Ярость и беспомощность захватили тело. Я сижу здесь и ничего не могу предпринять, а он говорит мне об этом так, словно мы обсуждаем погоду, зная, что мне и без того плохо из-за простуды и из-за того, как мне больно за сестру.
- Зачем ты мне это говоришь? - спросила я дрожащим и хриплым от слез голосом. Слезы градом покатились по щекам.
Я взяла пачку сухих салфеток и принялась вытирать слезы, которые продолжали течь по лицу, переходя в содрогающие тело всхлипы.
- Меня пригласили твои родители, у меня ведь бизнес, - сказал он, поднимая на меня взгляд. Я отвернулась.
Было и так понятно, что у него какой-то бизнес: дом был весьма неплох, ему постоянно кто-то звонил или он что-то подписывал, а теперь вот оказывается, что он бизнесмен.
И, значит, родители его знают, а он держит их дочь здесь как пленницу. Это разрывало меня на части.
- И ты пойдешь? - спросила я, глядя в его серые глаза, которые иногда казались мне не серыми, а черными и безумными.
Он пожал плечами, глядя на меня.
Я не понимала, зачем родителям приглашать его. Может быть, он и богат, но это не повод звать человека только ради влияния и денег.
- Предлагаешь мне пойти? - сделал он паузу, наблюдая за моей реакцией. Я пожала плечами, не отводя взгляда. - А если у тебя начнется лихорадка и ты сдохнешь, пока я буду на свадьбе твоей сестры? Это не вписывается в мои планы.
Ну конечно, у него ведь свой план: убить меня самому, без яда, задушить руками, расчленить и сделать из меня куклу - ему ведь это не впервой.
Но меня удивило то, что он будто бы переживает за меня. Ну разумеется, его великие планы рухнут, если я умру от простуды, а не от его рук.
- Думаю, за пару часов ничего не случится, - сказала я, отводя взгляд и беря салфетку, чтобы высморкаться.
- Может, взять тебя с собой? - его слова прозвучали как насмешка, не более того.
Меня немного уязвила его усмешка. Это, конечно, было бы чудесно, и явно помогло бы мне спасти себя или сестру, но он бы меня из рук не выпустил.
- Ты и так мертва, все так думают. Сделаем из тебя куколку, и никто в тебе тебя не узнает, хотя о тебе, очевидно, все и так уже забыли, - сказал он равнодушно.
Меня поразили его слова о смерти. Но теперь пазл складывался. Я и раньше думала, что все считают меня мертвой, а если я даже сбегу, обо мне скажут, что я сбежала из психушки.
- Как хочешь, мне все равно, - солгала я и легла в кровать, укутываясь одеялом. Здесь было холодно.
Он ничего не ответил, а я смотрела в одну точку, повернувшись к нему спиной. Слезы снова покатились из глаз.
Все думают, что я мертва. Моя сестра выходит замуж, а я ничего не могу сделать - лежу здесь с этой долбаной простудой и слабостью во всем теле.
Я закрыла глаза, тихо всхлипывая в подушку. Насморк мешал спать, но в голове тут же возник образ той девушки, которая теперь стала куклой.
Это мучило меня, и уснуть было невозможно. Я думала то о сестре, то о той девушке. Психика играла злую шутку с моими нервами, и я понимала, что просто схожу с ума.
☆☆☆
Мои хорошие, ну как вам глава, понравилась? Если да, поставьте ЗВЁЗДОЧКУ, пожалуйста. Надеюсь, у вас всё хорошо.
Мой телеграм-канал - Моргана Вельм 💋. Напишите в поисковике ТГ, и он вам найдёт.
Также жду ваши комментарии, очень-очень сильно.
Люблю вас, мои хорошие 🩷