макабр

— Хватит! С меня достаточно, Келий. — женщина ударила по столу и, взглянув на парня, облитого красками, сказала. — Ты всегда делаешь все идеально, как скажешь, так и сделаешь. Я за это тебе очень благодарна, но пойми, что творчество это не то, что можно просто взять и повторить. И другие в отличие от тебя это прекрасно понимают.

— Вы просто оправдываете их беспомощность, учитель. — Пошатываясь на месте, сказал Келий.

Женщина тяжело вздохнула, затем подошла ближе к парню и положила свою руку ему на плечо.

— Посмотри на себя, ты весь в краске. Ты оскорбляешь их, и им приходится отвечать тебе. — Спокойно произнесла учительница.

Келий опустил голову, признавая вину, но внутри ни на каплю не согласился со словами своей учительницы. Она, конечно, понимала, что такой разговор у них не первый и, что Келий просто забудет об этой лекции.

Обращаться к родителям учительница не хотела, кто знает, какое наказание могут ему дать. Поэтому было решено попробовать парню самому понять, чем отличается искусство от идеально повторенной работы.

— С этого дня ты ходишь на секцию по рисованию картин. Она создана школьниками из старших классов, там нет учителей, поэтому ты сможешь спокойно влиться в атмосферу. Если я хотя бы ещё раз услышу от ребят из секции об насмешках над ними, мне придётся обратиться к твоему отцу, - женщина сделала пометку на последнем предложение, чтобы парень не забывал о её словах.

Келий сквозь себя прошептал тихое согласие и уже собирался покинуть кабинет.

— Третий этаж 305 кабинет, занятия уже начались. Я слежу. — Крикнула вслед учительница.

Ничего не оставалось, как повиноваться и отправиться к 305 кабинету. Келия явно не интересовало искусство и то, что люди оправдывают свою никчемность и не умение рисовать многообразным творчеством.

Дверь класса оказалась открытой, изнутри доносились громкие разговоры и звонкий смех. Келий прошёл порог и осмотрел территорию. При виде парня все уныло притихли. Потихоньку начал проходить шёпот: "Сейчас снова начнёт чушь нести", "Разве учитель с ним не поговорила?".

— С этого дня я в вашей секции. — твёрдо заявил Келий.

— Ещё чего, проваливай! — прокричала девочка с первых рядов.

Поддерживая её, все начали кричать:

— Ты не ценишь искусство, что ты тут забыл?

— Проваливай, пока мы ещё добрые.

— Нечего портить всем настроение.

Келий прошёлся по классу и заметил, что одна единственная девочка сидела в углу кабинета и не обращала внимания на происходящее. Её тонкие пальцы держали кисть в руках уверенно и наносили такие же уверенные маски по мольберту. Келий засмотрелся на её работу, что даже перестал слышать ор вокруг.

Парень еще долго бы смотрел на её работу, если бы чьё-то прикосновение сзади не привело его в чувства.

— Ты нас слышишь?

— А. — Келий устало потёр переносицу и пояснил, — учитель сказал, что теперь я с вами. И что мне нужно понять искусство.

— Если не будешь нас оскорблять, то мы не против. — девочка с первого ряда, что ранее самая первая его выгоняла, вдруг сменила свою агрессию на милость.

— Я не буду рисовать, просто посижу. — отозвался парень.

Все тут же забыли про Келия, возвращаясь к своим делам, а сам парень решил перенести стул к мольберту девочки в углу класса.

Ему хотелось окликнуть её, спросить имя и, что она рисует, но ни на секунду та не отвлекалась, словно поглощенная своей работой.

Прошёл час, многие начали расходиться. Прощаясь, они обнимались, шутили и даже легонько били друг друга по спине.

Прошёл ещё час, Келию стало скучно сидеть на месте, но так не хотелось уходить, пока он не узнает имя.

На третий час все давно разошлись, оставив класс пустым. Тогда парень не выдержал и дотронулся до девушки.

— Эй, все уже ушли. Ты так и будешь тут сидеть?

Девочка повернулась, и на её лице было видно, в каком недоумение она сидит. Переносицы пошли вверх, глаза вылупились, а губы исказились в недовольной гримасе.

— Ты, ты кто такой? Как долго ты сидишь около меня! — Вскрикнула она.

Келий растерялся и, чтобы крик не стал громче, собрав всех вокруг, прикрыл руками рот девушке.

— Тише, тише. Я не собирался тебя пугать. И вовсе не хотел, чтобы ты так реагировала. Я...меня отправили сюда учиться понимать искусство.

— Ты что ребёнок? — озадаченно спросила девушка. — Впрочем, не мешайся, если нравится, сиди. Меня, кстати, Энни зовут, а тебя?

Девушка отложила кисти и повернулась к парню лицом.

— Келий.

Парень рассматривал девушку, как что-то новое. У него не получалось отвести взгляда или задать интересующие его вопросы. Он просто смотрел.

Энни была вся обсыпана веснушками, рыжие волосы, невинные глаза, так ещё и курносая. Эти глупые бантики в волосах. Одежда совсем старая: шортики на низкой посадке и лёгкая футболка с кружевами. Но самое важное, что парень приметил с самого начала это её серые глаза, которые на свету отливали голубым цветом.

Келий не знал, сколько смотрел на неё, но Энни явно это не понравилось.

— Хватит так пялиться, дыру проделаешь. — Её брови вновь изогнулись, а на лбу появились еле заметные морщинки.

— Прости. Что ты рисуешь?

Келий впервые за все пребывания в классе посмотрел на картину. На синем фоне красовалась птичка, ласточка. Она сидела на ветке и жадно тянулась к висящему на дереве плоду. Перья ласточки намокли из-за дождя, однако та отчаянно пыталась добыть себе пищу.

Картина так картина, ничего необычного, но что-то в нем пленило. Возможно, Келий увидел в этой птичке волю, которой у него не было. Она даже чем-то напоминала ему Энни.

Он знал её не долго, зато за это время увидел того, кто настолько был поглощен чем-то.