Глава 14
Декабрь 2026 года
Абу-Даби
Я никогда не любила ждать.
Особенно когда от ожидания зависит слишком многое.
Именно поэтому воскресенье перед финальной гонкой оказалось одним из самых длинных дней в моей жизни.
В чемпионате всё ещё оставалась интрига.
Небольшая, но все же оставалась.
Именно поэтому весь паддок с самого утра напоминал огромный улей.
Журналисты бегали между моторхоумами.
Команды проводили последние брифинги.
Механики работали без остановки.
Инженеры следили за последними данными.
А я пыталась не сойти с ума.
Но если быть честной, больше всего меня волновала не гонка.
А разговор, который состоялся накануне вечером.
Разговор, которого мы оба избегали несколько месяцев.
После того как я узнала правду.
После скандала.
После моего отъезда.
После всех слов, которые нельзя было вернуть назад.
После моего приезда в Абу-Даби мы с Кими наконец поговорили. Без криков. Без обид. Без попыток защититься.
Просто поговорили.
Впервые за очень долгое время.
/////
Было уже далеко за полночь.
Мы сидели на террасе моего номера.
Перед нами мерцали огни города. Где-то вдали светилась трасса Яс-Марина. Внизу шумел ночной Абу-Даби.
А между нами впервые за несколько месяцев не было стены.
Только тишина.
Кими сидел напротив меня.
В руках бутылка воды.
Он крутил её между пальцами.
Снова и снова.
Снова и снова.
Я знала этот жест.
Он нервничал и это было почти удивительно.
Потому что я видела его на старте Гран-при Монако спокойнее, чем сейчас.
- С чего начать? - наконец спросил он.
Я посмотрела на него.
- С самого начала.
Он невесело усмехнулся.
- Боюсь, это худшая часть истории.
- Тогда именно с неё.
Несколько секунд он молчал.
Потом тяжело выдохнул.
И начал.
- Помнишь показ Armani в Милане в 2023?
Я нахмурилась.
- Смутно.
- Осенняя коллекция, черное платье, интервью после показа.
Я удивленно подняла брови.
- Ты серьёзно это помнишь?
- К сожалению.
На его лице появилась едва заметная улыбка.
- Один из спонсоров картинговой команды отца притащил меня туда. Я вообще не хотел идти.
- И?
Он посмотрел на меня.
- И потом увидел тебя.
Я замерла.
Сердце почему-то забилось быстрее.
Хотя это было глупо.
После всего, что произошло.
- Кими...
- Нет. Дай закончить.
Он провёл рукой по волосам.
Совсем как раньше.
До всех наших ссор.
- Тогда ты показалась мне человеком из совершенно другого мира. Я был обычным парнем из Болоньи. Постоянно ездил по трассам младших формул и мечтал попасть в Формулу-1.
А ты уже снималась для мировых брендов.Летала между Парижем, Миланом и Нью-Йорком. Давала интервью на пяти языках.
Я невольно закатила глаза.
- Ты говоришь так, будто я была какой-то принцессой.
- Для меня примерно так и было.
Я не удержалась от улыбки. А он впервые за весь вечер немного расслабился.
- Потом я начал замечать тебя везде: в интервью, в новостях, в соцсетях, на рекламных кампаниях. И каждый раз думал об одном и то же.
- О чем именно?
Он посмотрел мне прямо в глаза.
- Что у меня нет ни единого шанса.
Я рассмеялась.
Не потому что было смешно.
Потому что это звучало настолько абсурдно, что мой мозг просто отказался воспринимать информацию нормально.
- Ты сейчас серьёзно?
- Абсолютно.
- Кими, ты пилот Mercedes.
- Сейчас, да. Тогда нет.
И даже сейчас это не помогает.
- Чем не помогает?
- Не нервничать рядом с тобой.
Я почувствовала, как сердце предательски пропустило удар.
Чёрт.
Ненавижу его.
Особенно в такие моменты.
Несколько секунд мы оба молчали.
А потом выражение его лица снова изменилось.
Стало более серьёзным и тяжёлым.
Мы подошли к той части истории, которая всё разрушила.
- Потом начались переговоры между Mercedes и DL Apex.
Я сразу отвернулась.
Внутри всё болезненно сжалось.
Кими заметил это, но всё равно продолжил.
- Когда обсуждалось спонсорство, кто-то сказал, что для медиа было бы идеально связать проект с тобой.
Я молчала.
- Сначала это была шутка.
Потом идея. Потом обсуждение.
А потом всё стало слишком реальным.
Тишина была тяжёлой и болезненной.
- И ты согласился.
Он закрыл глаза.
На несколько секунд.
Будто до сих пор ненавидел себя за это решение.
- Да.
Без оправданий.
Без попыток смягчить правду.
И почему-то именно это ранило сильнее всего.
- Почему?
Он долго молчал.
Потом тихо ответил:
- Потому что был идиотом.
Я ничего не сказала.
Он тоже.
А потом продолжил:
- Потому что мне казалось, что это единственный способ оказаться рядом с тобой.
Потому что я был уверен, что иначе ты никогда даже не посмотришь в мою сторону.
Потому что хотел получить хотя бы один шанс.
Любой... даже неправильный.
Я почувствовала, как начинают щипать глаза.
- И ты не подумал, что я имею право выбирать сама?
Он сразу кивнул.
Без споров.
Без попыток защититься.
- Нет. Вернее... подумал слишком поздно. Когда уже всё подписано и было уже поздно, что-то менять.
Я отвернулась к огням города.
Потому что смотреть на него было тяжело.
Очень.
- Почему ты не рассказал мне раньше?
На этот раз он молчал почти минуту.
Я впервые видела его настолько растерянным.
- Сначала боялся, потом откладывал, потом мы начали нормально общаться. Потом были гонки, переезд; потом мы начали становиться ближе.
Я слушала молча.
- А потом я окончательно влюбился.
У меня перехватило дыхание.
- И с каждым днём говорить становилось всё страшнее.
Потому что я понимал: чем дольше молчу, тем сильнее будет больно, когда ты узнаешь.
Я смотрела на него.
На человека, которого любила.
На человека, который разбил мне сердце.
На человека, который сейчас выглядел так, будто последние месяцы жил с точно таким же разбитым сердцем.
- Когда ты услышала разговор своего отца и Тото...
Его голос стал совсем тихим.
- Я понял, что всё кончено.
Я подняла голову. Он смотрел на меня. Не отводя взгляда.
- Не потому что ты узнала правду. А потому что ее ты услышала не от меня.
Я почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Потом ещё одна.
- И именно это я до сих пор не могу себе простить.
Тишина. Только шум города где-то далеко внизу.
- Я думал, что потерял тебя.
Навсегда.
Я вытерла слёзы.
Безуспешно.
Потому что появлялись новые.
- Я не ненавидела тебя.
Он замер.
- Нет?
Я покачала головой.
- Если бы ненавидела, мне было бы всё равно. И я бы не сидела здесь.
В его глазах появилось что-то, чего я не видела очень давно.
Надежда. Настоящая. Живая.
- И что теперь?
Я смотрела на него несколько секунд.
На человека, который вошёл в мою жизнь самым неправильным способом из всех возможных.
И каким-то невероятным образом стал самым правильным её выбором.
- Теперь ты больше никогда ничего от меня не скрываешь.
Он кивнул сразу.
Без раздумий.
- Никогда.
- И никаких безумных планов.
- Постараюсь.
- Кими.
- Ладно.
Он улыбнулся.
- Никаких планов.
Я рассмеялась.
И впервые за несколько месяцев он тоже.
А вместе с этим смехом исчезло что-то тяжёлое, что стояло между нами всё это время.
Потому что правда наконец перестала быть тайной.
/////
Теперь оставалась только гонка.
Я стояла в боксах Mercedes рядом с Мэгги.
Она нервничала даже сильнее меня.
Хотя постоянно это отрицала.
- Я вообще спокойна. Очень спокойна.
- Конечно.
- Абсолютно.
В этот момент она уже грызла ноготь.
- Мэгги.
- Ладно. Я сейчас умру от волнения.
Я невольно рассмеялась.
Первый раз за всё утро.
На стартовой решётке Кими выглядел очень сосредоточенным.
Но когда проходил мимо боксов перед стартом, всё равно нашёл меня взглядом.
И улыбнулся.
Совсем немного.
Только уголками губ.
Но этого оказалось достаточно.
Потому что я улыбнулась в ответ.
А потом погасли огни.
И началась гонка.
Следующие два часа я практически не дышала.
Каждый круг.
Каждый пит-стоп.
Каждое сообщение по радио.
Каждая борьба за позицию.
К концу гонки у меня болели ладони от того, как сильно я сжимала пальцы.
А потом произошло то, ради чего он работал всю жизнь.
- Kimi Antonelli wins the Abu Dhabi Grand Prix and becomes Formula One World Champion!
В боксах начался хаос: кто-то кричал, кто-то плакал, кто-то прыгал от счастья.
Мэгги буквально повисла у меня на шее.
- ОН СДЕЛАЛ ЭТО!
- Я ВИЖУ!
- ОН ЧЕМПИОН!
- Я ТОЖЕ ЭТО ВИЖУ!
Кажется, мы обе плакали и смеялись одновременно.
На экране показывали Кими.
Он ехал по трассе.
Кричал что-то в радио.
Смеялся.
А потом просто закрыл лицо рукой.
И в этот момент выглядел не как чемпион мира.
А как двадцатилетний парень, который только что исполнил свою главную мечту.
Наверное, именно поэтому я снова влюбилась в него.
На подиуме было шумно.
Очень.
Италия сходила с ума.
Mercedes сходил с ума.
Весь паддок сходил с ума.
Когда церемония закончилась, нас пригласили на сцену рядом с командой.
Там были все: Тото, наши родители, Мэгги, команда.
И именно тогда произошло то, чего никто не ожидал.
Кими взял микрофон.
И всё изменилось.
- Сегодня мне разрешено говорить всё, что угодно.
Потому что меня уже вряд ли кто-то сможет наказать.
Толпа засмеялась.
Тото сразу насторожился. Это заметили все.
- Поэтому я хочу сделать ещё одно заявление.
Мне стало страшно.
- Наш контракт с сегодняшнего дня аннулирован.
Вокруг мгновенно стало тихо.
Очень тихо.
Даже журналисты перестали говорить.
- Все обязательства выполнены, все условия закрыты, все подписи больше ничего не значат.
Я увидела лицо отца, потом лицо Тото, потом лицо мамы.
Кажется, никто не ожидал услышать это именно сейчас.
- Потому что если мы и останемся вместе...
Он посмотрел на меня.
- То исключительно по собственному желанию.
Несколько секунд я просто смотрела на него.
А потом подошла ближе.
И взяла микрофон.
Руки очень сильно дрожали.
Но почему-то впервые за долгое время я не боялась.
- Вообще-то я тоже хотела кое-что сказать.
Теперь настала очередь Кими нервничать.
- Я согласна.
Он моргнул.
- С чем именно?
Толпа рассмеялась.
Я тоже.
- С тем, что контракт закончился. И что теперь всё будет только по нашему выбору.
Кими смотрел на меня несколько секунд.
Слишком долго.
Настолько долго, что я начала нервничать.
А потом вдруг улыбнулся.
Той самой улыбкой.
Немного хитрой.
Немного счастливой.
И очень опасной.
- Вообще-то...
Я сразу насторожилась.
- Что?
Вместо ответа он полез в карман.
- Кими...
- Подожди.
Толпа вокруг начала оживляться.
Журналисты мгновенно почувствовали сенсацию.
Даже Тото выглядел так, будто впервые за вечер не понимает, что происходит.
А потом Кими достал небольшую коробочку.
У меня перестало биться сердце.
Серьёзно.
Просто перестало.
- Нет.
Он рассмеялся.
- Да.
- Кими, нет.
- Кьяра, да.
Где-то позади нас уже кричала Мэгги.
Очень громко и самым счастливым голосом.
И, кажется, абсолютно не помогая ситуации.
Я закрыла лицо руками.
- Боже мой...
- Ты сама сказала, что теперь всё должно быть по нашему выбору.
Он сделал шаг ближе.
- И впервые за всё это время никто не заставляет нас ничего делать.
Моё сердце колотилось так сильно, что я почти не слышала ничего вокруг.
Кими открыл коробочку.
Внутри было кольцо.
Совсем не похожее на то кольцо из Мельбурна.
Кольцо было простым и очень красивым.
Но оно мне безумно понравилось, даже больше, чем прошлое
- Я всё сделал неправильно с самого начала.
Его голос вдруг стал серьёзным.
- Неправильно познакомился, не рассказал правду, не пытался тебя удержать.
Я почувствовала, как начинают щипать глаза.
- Но одну вещь я знаю точно.
Он смотрел только на меня.
- Я люблю тебя. И буду любить независимо от контрактов, титулов, денег и всего остального.
Вокруг стало удивительно тихо.
Даже несмотря на тысячи людей.
А потом Кими опустился на одно колено прямо посреди подиума.
Под вспышками камер.
Под крики болельщиков.
Под совершенно шокированный взгляд Тото.
И тихо спросил:
- Кьяра Ломбарди, ты выйдешь за меня?
Кажется, в этот момент плакала даже моя мама.
Мэгги точно плакала.
И одновременно снимала всё на телефон.
Я посмотрела на Кими.
На человека, который появился в моей жизни самым неправильным способом.
И каким-то невероятным образом стал самым правильным её выбором.
- Да.
На этот раз без сомнений и страха.
- Да, Кими! Я выйду за тебя!
В следующее мгновение трибуны взорвались аплодисментами.
Кими надел кольцо мне на палец.
Поднялся на ноги.
И крепко меня обнял.
А где-то рядом Тото покачал головой и пробормотал:
- Господи...
- Что? - засмеялся отец Кими.
Тото посмотрел на нас и всё-таки улыбнулся.
- Ничего. Просто это определённо была самая безумная стратегия в моей карьере.
И впервые за всё время никто не спорил с ним.
Потому что в этот момент всё наконец закончилось именно так, как должно было закончиться.
А именно по любви.
И по нашему собственному выбору.