5
Несколько секунд между нами снова было тихо.
Шарль вдруг чуть наклонил голову, внимательно смотря на меня.
— Кстати...через пару недель Монако.
Я подняла взгляд.
— Гран-при?
Уголок его губ сразу дрогнул.
— Да.
И вот сейчас он выглядел совсем иначе.
В его глазах впервые за вечер появилось что-то почти...живое.
Будто тема Монако действительно была для него чем-то личным.
— Ты когда-нибудь была там во время race week? — тихо спросил Шарль.
Я медленно покачала головой.
— Нет. Обычно я приезжала позже или раньше. Бабушка ненавидит этот хаос.
Он тихо усмехнулся.
— А я обожаю.
Господи. Даже это он сказал так, будто уже представлял меня рядом с собой.
— Приезжай.
Я невольно замерла.
— Это приглашение?
— Очень прямое приглашение, cherie.
Он чуть ближе наклонился ко мне.
— Я хочу показать тебе своё Монако.
Я невольно отвела взгляд, чувствуя, как после его слов внутри снова всё стало слишком тёплым.
"Я хочу показать тебе своё Монако."
Это звучало уже слишком лично.
— Возможно... — тихо произнесла я. — Если родители захотят приехать, то я тоже могла бы.
И почти сразу поняла по его лицу: ответ ему не понравился.
Совсем.
Шарль чуть прищурился, а уголок губ медленно дрогнул в усмешке.
— Нет, cherie.
Сердце сразу дёрнулось.
— Я не это имел в виду.
Я медленно подняла на него взгляд.
А Шарль уже смотрел так спокойно и уверенно, будто заранее знал, как именно подействуют его слова.
— Если ты приедешь в Монако... — тихо произнёс он. — Я хочу, чтобы ты была там со мной.
Я почувствовала, как внутри всё снова начинает путаться.
Шарль тем временем чуть погладил мои пальцы большим пальцем и тихо добавил:
— Не с семьёй. Не с охраной. Не с кем-то ещё.
Его взгляд медленно скользнул по моему лицу.
— Со мной, Аврора.
Я сразу отвела взгляд к свечам между нами.
Потому что после его слов внутри снова всё стало слишком тяжёлым и горячим одновременно.
"Со мной."
А он тем временем спокойно наблюдал за мной. Не торопил. Но явно ждал ответа.
— Ты сейчас опять слишком много думаешь, — тихо произнёс Шарль.
Я невольно усмехнулась.
— А ты слишком опасно говоришь.
Уголок его губ медленно поднялся.
— Я просто честный с тобой.
Я подняла на него взгляд.
Свечи мягко освещали его лицо, рубашка всё ещё оставалась чуть расстёгнутой, а этот спокойный взгляд буквально не оставлял мне шанса мыслить нормально.
— И что именно ты имеешь в виду под "со мной"? — тихо спросила я.
Шарль несколько секунд молчал.
А потом очень спокойно ответил:
— То, что ты будешь рядом со мной весь уикенд.
Сердце снова дёрнулось.
Он сказал это так естественно.
Будто уже заранее представлял меня частью своего мира.
— Это слишком серьёзно для приглашения на гонку, — тихо пробормотала я.
Шарль тихо усмехнулся.
— А я не люблю делать что-то несерьёзно, cherie.
Я снова замолчала. Потому что проблема была в одном: я уже хотела сказать "да".
И это было ужасно.
Поехать с ним в Монако на целый уикенд звучало как очень плохая идея.
Слишком близко. Слишком лично.
Слишком...опасно для моего здравого смысла.
Но чем дольше я сидела рядом с ним, тем сильнее понимала: какая-то часть меня уже хочет войти в этот его мир.
Увидеть Монако его глазами. Увидеть его там. Настоящего.
— Ты сейчас мысленно уже согласилась.
Я сразу подняла на него взгляд.
— Ты слишком самоуверенный.
— Нет.
— Просто ты начинаешь смотреть на меня по-другому каждый раз, когда тебе действительно чего-то хочется.
Несколько секунд между нами снова было тихо. А потом я всё-таки подняла на него взгляд и честно произнесла:
— Я подумаю.
Шарль замер буквально на секунду.
А потом медленно улыбнулся.
Остаток вечера прошёл удивительно спокойно.
Без тяжёлых разговоров. Без новых границ.
Без попыток залезть друг другу под кожу слишком глубоко.
И, наверное, именно поэтому стало ещё опаснее.
Потому что рядом с ним вдруг стало слишком комфортно.
Мы просто разговаривали.
О музыке. О Париже ночью. О том, как я ненавидит ранние подъёмы, а Шарль не может жить без кофе.
Иногда он тихо смеялся, иногда просто смотрел на меня слишком долго, а иногда наши руки снова случайно соприкасались на столе...и никто уже не спешил отодвигаться.
Свечи почти догорели, ресторан стал ещё тише, а бутылка вина у Шарля уже была почти пустой.
Но даже сейчас он оставался собранным.
Только взгляд стал мягче. И намного опаснее.
— Ты устала? — тихо спросил он, наблюдая за тем, как я задумчиво смотрю в окно.
Я медленно покачала головой.
— Нет.
Уголок его губ чуть поднялся.
— Хорошо.
Я вопросительно посмотрела на него.
А Шарль вдруг спокойно произнёс:
— Тогда поехали смотреть на Эйфелеву башню.
Сердце сразу дёрнулось.
— Сейчас?
— Мм.
Он расслабленно откинулся на спинку кресла, продолжая смотреть на меня.
— Париж ночью слишком красивый, чтобы отпускать тебя домой так рано.
Я невольно улыбнулась.
— Ты всегда так красиво уговариваешь девушек?
Шарль тихо усмехнулся.
— Нет. Только тех, которых очень не хочу отпускать.
Я отвела взгляд к окну, пытаясь скрыть улыбку.
А он несколько секунд просто наблюдал за мной, а потом уже тише добавил:
— И не переживай. Я не собираюсь тебя похищать, cherie.
Уголок его губ медленно дрогнул.
— Хотя мысль была очень хорошая.
— Ладно, — тихо произнесла я, всё ещё пытаясь скрыть улыбку. — Но только без похищений.
Уголок губ сразу медленно поднялся.
— Какая жалость.
Он поднялся из-за стола первым, а потом протянул мне руку.
И почему-то даже этот простой жест рядом с ним выглядел слишком красиво.
Я вложила пальцы в его ладонь, позволяя помочь себе встать.
Чёрт.
Стоя рядом, Шарль снова казался невозможно высоким.
Особенно сейчас, когда между нами почти не оставалось расстояния.
Белая рубашка, тёмные волосы, расслабленный взгляд после вина и этот невозможный парфюм, от которого уже начинала кружиться голова.
Он спокойно взял пиджак со спинки кресла, а потом мягко положил руку мне на поясницу.
Господи.
Я сразу почувствовала это прикосновение.
Тёплое. Уверенное. Слишком естественное для мужчины, которого я знаю так мало.
Но Шарль будто вообще не сомневался, что я позволю ему это.
И самое ужасное — позволяла.
Мы медленно пошли через почти пустой ресторан к выходу.
Свечи, тихая музыка, дорогой мрамор под каблуками — всё вокруг ощущалось каким-то нереальным.
А рука Шарля всё так же оставалась на моей пояснице.
Иногда чуть сильнее притягивая ближе, когда мимо проходили официанты или люди у выхода.
Слишком собственнически.
У дверей ресторана он слегка наклонился ближе, почти касаясь губами моего виска.
— Сейчас быстро выйдем и сразу в машину, cherie.
Я подняла на него взгляд.
— Настолько всё серьёзно?
Шарль тихо усмехнулся.
— Ты правда думаешь, что Париж не любит сплетни?
Он чуть сильнее прижал ладонь к моей талии, пока охрана уже открывала двери.
За стеклом — ночной Париж, вспышки света от машин и несколько людей у соседнего входа ресторана.
Шарль сразу стал собраннее. Более закрытым.
Но рука с моей талии так и не исчезла.
— Готова? — тихо спросил он.
К счастью, у выхода почти никого не было.
Только тёплый ночной воздух Парижа, свет фар и чёрная машина, уже ожидающая у входа.
Дверь машины быстро открылась, и слава богу через пару секунд мы уже сидели внутри.
Без камер. Без чужих взглядов. Без людей.
Шарль сразу чуть расслабленно откинулся на сиденье и тихо назвал водителю адрес.
— Tour Eiffel.
Господи.Даже это он сказал слишком красиво.
Машина плавно тронулась с места, а внутри сразу стало тихо и тепло. За окнами Париж медленно скользил золотыми огнями, отражаясь в мокром после дождя асфальте.
И только сейчас я поняла одну проблему.
Шарль сидел слишком близко. Очень.
Настолько, что я снова чувствовала его парфюм вперемешку с лёгким запахом вина.
Он расслабленно сидел рядом, одна рука лежала на спинке сиденья позади меня, а взгляд лениво скользил по вечернему городу.
Но иногда — по мне.И это было намного хуже.
Я нервно поправила край платья, стараясь выглядеть максимально спокойно.
Не получается. Совсем.
Шарль заметил это почти сразу.
Уголок его губ медленно дрогнул.
— Ты опять нервничаешь рядом со мной.
Я невольно усмехнулась.
— А ты опять слишком близко.
Он чуть повернул голову ко мне.
Спокойно. Очень медленно.
— Это проблема?
Сердце сразу дёрнулось.
Я подняла на него взгляд — и тут же пожалела об этом.
Потому что в полумраке машины он выглядел ещё опаснее:
расстёгнутая рубашка, тёмные волосы, спокойный взгляд мужчины, который прекрасно понимает, как действует на девушку рядом.
Шарль несколько секунд просто смотрел на меня, а потом тихо усмехнулся.
— Mon dieu... — почти вполголоса произнёс он. — Ты сейчас снова начинаешь краснеть, cherie.
— Не смотри так, — тихо пробормотала я.
Уголок его губ чуть дрогнул.
— Как именно?
Я не успела ответить, потому что Шарль вдруг медленно наклонился ближе.
Совсем немного.
Но этого хватило, чтобы сердце снова начало биться слишком быстро.
Теперь я видела его совсем близко.
Небритость вдоль линии челюсти.
Уставшие глаза после бесконечных перелётов и гонок. Непослушные тёмные волосы, которые явно уже не раз были растрёпаны рукой. И губы...
Чёрт.
Я резко отвела взгляд, чувствуя, как внутри снова всё становится горячим.
Шарль сразу заметил мою реакцию.
Тихая усмешка появилась на его губах, а потом он очень спокойно произнёс:
— Ты сейчас опять слишком внимательно меня рассматриваешь, cherie.
Я невольно нервно усмехнулась.
— А ты слишком близко.
Он ещё пару секунд не отодвигался.
И это было катастрофой для моего спокойствия.
— Ты даже не представляешь, как тяжело мне сейчас быть хорошим человеком рядом с тобой.
Машина наконец плавно остановилась у почти пустой улицы.
И уже через окно было видно её.
Eiffel Tower. Ночная. Золотая. Огромная.
В Париже она всегда выглядела красиво, но сейчас — в почти полной тишине, без толп туристов и шума — всё ощущалось каким-то нереальным.
На часах было почти одиннадцать ночи, поэтому людей вокруг почти не осталось. Только редкие машины вдали и тихий ветер.
Шарль первым вышел из машины, а потом сразу открыл дверь с моей стороны.
И в ту же секунду прохладный ночной воздух коснулся открытых плеч.
Я едва заметно вздрогнула.
Шарль заметил это моментально.
Он даже ничего не сказал сначала. Только спокойно накинул мне на плечи пиджак.
Тёплая ткань сразу окутала меня вместе с его парфюмом.
Я подняла на него взгляд.
— А ты?
Уголок его губ чуть поднялся.
— Я переживу.
Шарль закрыл дверь машины и медленно подошёл ближе.
Слишком близко.
Его рука снова мягко легла мне на поясницу, пока они медленно шли вдоль пустой набережной.
Тишина между ними была удивительно спокойной.
Будто рядом друг с другом наконец стало слишком хорошо молчать.
А потом Шарль вдруг чуть наклонился ближе к моему уху и тихо произнёс:
— Вот теперь это уже действительно похоже на свидание.
Я невольно улыбнулась, сильнее запахивая его пиджак на плечах.
— Немного? — тихо переспросила я.
Он тихо усмехнулся рядом.
— Хорошо. Очень похоже.
Господи.
От того, насколько спокойно он это сказал, внутри снова всё стало слишком тёплым.
Мы медленно шли ближе к башне, пока ночной Париж вокруг оставался удивительно тихим. Только редкий ветер, шум далёких машин и золотой свет башни над нами.
Рука Шарля всё ещё лежала у меня на пояснице.
Будто совершенно естественно.
— Здесь красиво ночью, — тихо произнесла я, поднимая взгляд вверх.
Шарль посмотрел не на башню. На меня.
— Мм.
Я сразу отвела взгляд, чувствуя его усмешку рядом.
— Ты сейчас вообще не на Эйфелеву башню смотрел.
— Потому что рядом со мной сейчас кое-что красивее.
Я тихо выдохнула, качнув головой.
— Ты невозможен.
— А ты слишком легко смущаешься рядом со мной.
Мы остановились чуть ближе к башне, где почти никого уже не было. Париж вокруг казался каким-то нереальным — слишком тихим, слишком красивым для обычной ночи.
Шарль медленно убрал руки в карманы брюк и несколько секунд просто стоял рядом.
Я всё-таки достала телефон из маленькой сумки, поднимая его чуть выше.
— Не двигайся, — тихо произнесла я.
Он сразу усмехнулся.
— Ты сейчас фотографируешь Эйфелеву башню или меня?
Я сделала вид, будто задумалась.
— Пока не решила.
Уголок его губ сразу поднялся.
Даже в полумраке он выглядел слишком красиво.
Золотой свет падал на его лицо, волосы слегка растрепал ветер, белая рубашка без пиджака выглядела слишком хорошо, а этот спокойный взгляд...
Я быстро отвела телефон чуть выше, делая фото башни, пока Шарль тихо смеялся рядом.
— Ты сейчас специально прячешь камеру.
— Возможно.
Я всё-таки сделала ещё одно фото.
На этот раз случайно захватив и его.
И, кажется, он это заметил.
Шарль медленно подошёл чуть ближе и тоже достал телефон из кармана.
— Теперь моя очередь.
Сердце сразу дёрнулось.
— Нет.
Он тихо усмехнулся.
— Слишком поздно.
Я сразу отвернулась, но Шарль всё равно успел сделать фото.
— Шарль!
Он посмотрел на экран телефона и очень довольно улыбнулся.
Шарль поднял взгляд на меня. Очень спокойно.
— Ты даже не представляешь, насколько красивая сейчас.
Я быстро отвела взгляд к башне, чувствуя, как снова начинаю краснеть.
Потому что рядом с этой чёртовой башней и ночным Парижем он выглядел просто невозможно красиво.
Шарль тем временем всё ещё смотрел на фотографию в телефоне с этой тихой довольной улыбкой.
— Покажи, — осторожно произнесла я.
Он сразу поднял взгляд.
— Мм...нет.
— Шарль.
— Cherie, я должен оставить хоть что-то только для себя.
Я закатила глаза, а он тихо рассмеялся и всё-таки подошёл ближе, показывая экран.
И сердце сразу дёрнулось.
Потому что фото получилось слишком красивым.
Золотой свет, его пиджак на моих плечах, растрёпанные волосы от ветра и я, смотрящая куда-то в сторону с улыбкой, которую даже не заметила сама.
Это выглядело...
Слишком похоже на что-то, что должно остаться в памяти надолго.
— Это нечестно, — тихо пробормотала я.
Шарль чуть наклонил голову.
— Почему?
Я подняла на него взгляд.
— Потому что рядом с тобой всё начинает выглядеть слишком красиво.
На секунду между нами стало очень тихо.
Шарль смотрел прямо мне в глаза.
Очень внимательно.
А потом уголок его губ медленно дрогнул.
И он тихо произнёс:
— Может, дело не во мне.
Он сделал ещё один шаг ближе.
Теперь между нами почти не осталось расстояния.
Он несколько секунд просто смотрел на меня в тишине ночного Парижа, а потом неожиданно мягко взял за руку и развернул к себе спиной.
Господи. Сердце сразу дёрнулось.
Он осторожно притянул меня ближе, обнимая сзади, и на секунду всё вокруг будто стало слишком тихим.
Только золотой свет башни перед нами.
Тёплый ветер. И его руки на моей талии.
Я чувствовала его грудь у своей спины и то, как спокойно он держит меня возле себя.
Будто это уже стало естественным.
Шарль медленно убрал мои волосы с плеча, проводя пальцами вдоль шеи, и я невольно замерла от этого лёгкого прикосновения.
Господи.
А потом я почувствовала его губы.
Лёгкий медленный поцелуй за ухом.
Настолько осторожный, что от него по коже сразу побежали мурашки.
Я резко выдохнула и сама не заметила, как сильнее прижалась к нему спиной.
И, кажется, Шарль это почувствовал сразу.
Потому что его руки на талии чуть крепче сжались, а возле моего уха раздался тихий довольный смешок.
— Mon dieu... — почти вполголоса произнёс он. — Ты сейчас делаешь мне только хуже, cherie.
Я резко выдохнула и осторожно повернулась к Шарлю лицом.
Он всё ещё стоял слишком близко.
Тёплый свет падал на его лицо, ветер чуть растрепал волосы, а взгляд после вина оставался таким же тяжёлым и внимательным.
Я нервно поправила его пиджак на плечах.
— Шарль... — тихо произнесла я. — Это всё как-то слишком быстро.
Несколько секунд он просто смотрел на меня.
А потом неожиданно очень спокойно улыбнулся.
Без раздражения. Без давления. Будто заранее понимал, что я это скажу.
— Я знаю, cherie.
Господи.
И именно от того, насколько спокойно он отреагировал, внутри снова всё сжалось.
Шарль осторожно взял мою руку в свою.
Тот самый старый красивый жест.
Медленный поцелуй в руку.
И почему-то сейчас он ощущался намного интимнее всего остального.
Он поднял взгляд на меня и тихо усмехнулся уголком губ.
— Видишь? Я всё-таки умею себя контролировать.
Я невольно улыбнулась, всё ещё чувствуя бабочек внутри.
Шарль несколько секунд не отпускал мою руку, а потом чуть кивнул в сторону машины.
— Идём.
Он посмотрел на часы.
— Уже поздно. Тебе пора домой.
Я тихо выдохнула и всё-таки кивнула.
— Да...наверное, уже правда пора домой.
Шарль внимательно посмотрел на меня, будто проверяя, не жалею ли я сейчас о чём-то.
Но сожаления не было. Наоборот. Это был один из самых странных и опасных вечеров в моей жизни.
И, кажется, именно поэтому мне совсем не хотелось, чтобы он заканчивался.
Шарль медленно переплёл наши пальцы и спокойно повёл меня обратно к машине.
Ночной Париж вокруг оставался тихим, а золотой свет Эйфелевой башни постепенно оставался позади.
Я чувствовала тепло его ладони и то, как рядом с ним всё почему-то становилось слишком естественным.
Будто мы уже давно знакомы.
Это пугало сильнее всего.
У машины Шарль открыл мне дверь, как всегда спокойно и красиво, а потом чуть наклонился ближе.
— Ты всё ещё слишком много думаешь, cherie.
Я невольно усмехнулась.
— А ты слишком хорошо меня читаешь.
Уголок его губ медленно поднялся.
— Это потому что ты очень честная глазами.
Я снова почувствовала, как внутри всё становится тёплым.
Шарль помог мне сесть в машину, а потом на секунду задержался рядом, опираясь рукой о дверь.
Слишком близко. Слишком красиво.
— Я напишу тебе, когда доедешь, — тихо произнёс он.
Я чуть приподняла бровь.
— Это звучит как приказ.
Он тихо усмехнулся.
— Нет. Просто я уже начинаю привыкать переживать за тебя.
Машина плавно тронулась с места, оставляя ночную башню позади.
Внутри снова стало тихо и тепло.
Шарль сидел рядом слишком близко, расслабленно откинувшись на сиденье. Но теперь в нём снова появилось что-то более собранное.
Будто ночь постепенно заканчивалась, а вместе с ней он снова становился пилотом Ferrari, а не мужчиной, который весь вечер сводил меня с ума под Эйфелевой башней.
Шарль медленно провёл рукой по волосам и тихо выдохнул.
— Завтра утром я уезжаю в Монако.
Сердце почему-то сразу неприятно дёрнулось.
Я повернула голову к нему.
— Так рано?
Он чуть кивнул.
— Очень.
Несколько секунд между нами было тихо.
Париж медленно скользил за окнами машины, а я вдруг поймала себя на мысли, что мне уже не нравится идея, что этот вечер заканчивается.
Господи. Это плохо. Очень.
Шарль тем временем внимательно посмотрел на меня и уголок его губ чуть дрогнул.
— Только не делай сейчас это лицо.
— Какое?
— Будто я исчезаю на полгода.
Я невольно тихо усмехнулась.
— Возможно, я просто начинаю привыкать к твоему присутствию.
Я сказала это слишком честно. Но Шарль, кажется, только сильнее расслабился после этих слов.
Он медленно взял мою руку в свою и переплёл пальцы.
Очень спокойно. Будто уже не хотел отпускать.
— Я не собираюсь прикрывать наше общение, cherie. Даже не надейся избавиться от меня так легко.
Я невольно улыбнулась, опуская взгляд на наши руки.
А Шарль чуть ближе наклонился ко мне и тихо добавил:
— Особенно теперь, когда ты наконец начинаешь ко мне привыкать.