18.
оздний вечер в общежитии Stray Kids. Бан Чан проводил свою традиционную уютную трансляцию для фанатов, сидя в кресле перед камерой. Меди заехала проведать брата после закрытия ресторана и теперь тихо сидела на пуфике в углу комнаты, вне зоны видимости камеры, потягивая свою матчу.Чан читал комментарии фанатов, мягко улыбаясь, но Меди заметила, как на его лице промелькнула тень усталости. Лидер Stray Kids слишком долго работал без сна над новым треком, и его перфекционизм снова дал о себе знать. Чан поправил волосы, всматриваясь в экран телефона, и негромко вздохнул.
Чан:Знаете, ребят... На последних фото с камбэка я выгляжу как-то не так. Синяки под глазами огромные, лицо осунулось... Мне кажется, я в последнее время сильно сдал и выгляжу совсем не привлекательно. Извините, если разочаровываю вас своим видом...
Меди, слушая эти глупые сомнения от человека, которого считала самым лучшим и красивым братом на свете, просто не выдерживает. Она резко встаёт, в два шага пересекает комнату, бесцеремонно влезает в кадр — прямо перед шокированными фанатами в чате — и с размаху отвешивает Чану звонкий, но любящий воспитательный подзатыльник.
Чан:Меди?! Ты чего?! У меня трансляция вообще-то!
Меди:Чани, ты в зеркало вообще не смотришься, да?!** Какое «не привлекательно»? Какие разочарования?! Ты вообще себя видел? Ты лучший лидер и невероятный красавец, а ну-ка прекрати нести эту чушь перед миллионами людей! Ребята в чате, скажите ему!
Чат буквально взрывается сообщениями: «Меди — легенда!», «Лучшая сестра года!», «Чан, послушай сестру, она права!». Чан смущённо и громко смеётся, его уши мгновенно краснеют, но в глазах загораются тёплые искорки. Против авторитета младшей сестрёнки не поспоришь.Спустя полчаса Чан тепло попрощался с фанатами и выключил трансляцию. В комнате воцарилась тишина. Вся напускная строгость Меди тут же испарилась. Видя, как сильно брат на самом деле устал от вечной ответственности, она подходит к нему и крепко обнимает со спины, утыкаясь подбородком в его плечо.
Меди: Я серьёзно, Чани. Ты отдаёшь всего себя парням и стей. Но иногда забываешь, какой ты потрясающий сам по себе. Пожалуйста, не сомневайся в себе.
Чан:Спасибо, мелкая. Мне нужно было это услышать. Твой подзатыльник отлично вправляет мозги.
Меди заходит в его спальню, где Чан уже расправил постель. Измотанная рабочим днём в ресторане и эмоциональным эфиром, она без лишних слов плашмя рушится на его огромную мягкую кровать прямо в домашней одежде. Чан заходит следом, улыбается и ложится рядом, мгновенно притягивая сестру в крепкие, защищающие объятия и укрывая их обоих тёплым одеялом.Они лежат в обнимку, чувствуя себя в полной безопасности — прямо как в детстве в Австралии, когда прятались от грозы.
Меди:Нехорошо, когда твой самый красивый брат сомневается в себе.Так что это моя обязанность — напоминать тебе об этом. И кстати... можно я у тебя на ночёвку останусь?Бинни сегодня допоздна на студии с треком застрял, а мне так хочется просто побыть с моим старшим братиком.
Чан:Конечно можно, глупая. Моя комната — всегда твоё убежище. Спи, Ромашка. Я позвоню Чанбину, чтобы он не терял свою невесту и знал, что ты под надёжной охраной.
Меди счастливо закрывает глаза, слушая мерное дыхание брата. Завтра снова будут рабочие будни, подготовка к свадьбе и звонки от Чанбина, но прямо сейчас, на этой спонтанной ночёвке, она была просто маленькой сестрёнкой под крылом своего самого лучшего, самого красивого и сильного старшего брата.
Ночь прошла в абсолютном покое. Меди спала крепко и безмятежно, укутавшись в тёплое одеяло Чана. Ближе к утру Чан аккуратно, стараясь не разбудить сестру, выпутался из объятий, укрыл её поплотнее и тихонько вышел на кухню общежития, где его уже ждал Чанбин, вернувшийся со студии на рассвете.
Чанбин: Ну как она? Спала нормально? Минсу сказал, она вчера в ресторане до упаду пахала, а тут ещё этот эфир...
Чан:Спит как сурок. Защищала меня вчера от моих собственных мыслей, а потом просто отключилась. Бинни, береги её. Она у нас золото.
Чанбин:Я ради неё весь мир переверну, Хён. Ты же знаешь.
Прошло несколько недель. Бизнес Меди развивался с сумасшедшей скоростью. Бренд «Madi's Place» стал настолько культовым, что Меди решилась на грандиозный шаг — открытие двух новых филиалов: одного на райском острове Чеджу, а второго — на их с Чаном исторической родине, в Австралии.Это требовало её личного присутствия на площадках. Чан и Чанбин, наотрез отказавшись отпускать Меди в такую долгую и изнурительную поездку одну, совершили невозможное: они согласовали с агентством двухнедельный перерыв и перенесли всю свою продюсерскую работу в онлайн-формат. Ноутбуки, портативные микрофоны и наушники теперь путешествовали вместе с ними.На Чеджу парни работали прямо на веранде отеля: Чанбин отслушивал биты, Чан сводил треки, а Меди в это время на кухне нового ресторана контролировала поставки свежих морепродуктов. Это были сумасшедшие, но невероятно сплочённые будни.И вот — Сидней. День официального открытия «Madi's Place Australia». Зал заведения, расположенного неподалёку от набережной, был забит до отказа. Среди гостей были как старые друзья семьи Бан, так и новые ценители кулинарного искусства.Чан и Чанбин стояли у вип-стойки, одетые в стильные кэжуал-костюмы. Они с гордостью наблюдали, как Меди уверенно общается с гостями на безупречном английском, как шеф-повара за стойкой беспрекословно выполняют её команды. От той запуганной школьницы, над которой когда-то издевались одноклассники, не осталось и следа — перед ними стояла роскошная, успешная и сильная женщина
Чан:Бинни, посмотри на неё... Наша маленькая девочка открыла ресторан в Сиднее. На глазах у всего города.
Чанбин : Она невероятная, Хён. Я просто поверить не могу, что эта королева — моя.
Поздний вечер после закрытия. Гости разошлись, персонал убирал зал. Меди, Чан и Чанбин вышли на задний дворик ресторана, выходящий прямо к океанскому побережью. Ветер приятно холодил кожу, а волны с шумом разбивались о берег. Меди устало оперлась на перила, вдыхая родной австралийский воздух.
Чанбин:Ромашка... Помнишь, на свадьбе в Сеуле я сказал, что от судьбы не уйдёшь? Я не хочу больше ждать. Никаких туров, никаких графиков — ничто не имеет значения, кроме нас.
Он медленно опускает руку в карман пиджака и достаёт оттуда бархатную коробочку. Открывает её — внутри в свете луны лаконично и дорого блестит кольцо с чистейшим бриллиантом. Чан на заднем плане замирает, скрестив руки на груди и ослепительно улыбаясь.
Чанбин:Меделин Бан, ты станешь моей женой? Официально и навсегда.
Меди:Боже... Бинни! Да! Конечно да!
Она буквально бросается на него, не давая ему договорить, и страшно, крепко целует парня в губы, обвивая руками его шею. Чанбин подхватывает её, кружа на месте под радостный победный крик Чана и шум океана. Кольцо мгновенно оказывается на её пальчике, идеально завершая этот безумный вечер.Два перелёта, два грандиозных открытия и тонна эмоций дали о себе знать. Когда они наконец прилетели обратно в Сеул и доехали до своего любимого дома, Меди едва переставляла ноги от дикой усталости. Сидя в машине на пассажирском сиденье, она жалобно заворчала, не в силах даже открыть дверь.
Меди:Бинни... Мои ноги стёрлись по колено. Пожалуйста, скажи, что у нас есть телепортация...
Чанбин:Телепортация Со Чанбина к вашим услугам, миссис Со.
Он открывает дверцу, наклоняется и одним мощным, привычным движением подхватывает её на руки. Меди сонно и счастливо вздыхает, утыкаясь носом в его тёплую шею и намертво обнимая за плечи. Чанбин уверенно несёт её по дорожке сада, мимо ваз с цветами, прямиком в их дом.Чан, который приехал следом, чтобы завезти их чемоданы, с улыбкой качает головой , глядя на эту картину. Они прошли огромный путь, покорили Чеджу, Париж и Сидней, но их самое главное достижение теперь спало на руках у Чанбина, тихо посапывая и доверяя ему свою жизнь на все сто процентов. Глава сомнений была закрыта — впереди была их собственная, самая громкая свадьба.