1
Сизый дым от кальяна и электронных сигарет плотным облаком висел под потолком VIP-комнаты студии. На огромном мониторе светилась недописанная дорожка нового трека, но звук был выключен. В помещении стояла удушливая, давящая тишина.
Гриша Ляхов раздражённо запустил пятерню в свои темные волосы, взъерошив их ещё сильнее, и с силой потёр лицо ладонями. Напротив него за столом сидел очередной «перспективный продюсер», присланный лейблом, — парень в модном оверсайз-худи, который последние полчаса уныло распинался о «новых трендах тиктока» и необходимости «сгладить углы в текстах для радио-ротаций».
— Послушай, Кирилл, или как тебя там… — Гриша перебил его на полуслове. Голос рэпера звучал глухо и опасно тихо. — Я олджи буда. Моя музыка — это грязь, это искренность, это то, за что меня слушают миллионы. Ты предлагаешь мне обрезать яйца моим трекам, чтобы понравиться цензорам?
— Гриш, ну пойми, коммерческий потенциал… — замялся продюсер.
— Свободен, — отрезал Гриша, даже не глядя на него. — Дверь там. Напиши моему менеджеру, пусть оплатит тебе такси.
Когда за парнем закрылась дверь, Гриша с силой ударил кулаком по подлокотнику кожаного кресла. Творческий кризис, наложившийся на хаос в делах после обострения панкреатита, медленно, но верно тянул его карьеру вниз. Ему нужен был человек, который соберёт его разлетающуюся на куски жизнь в кулак. Но все кандидаты были либо трусливыми подлизами, либо далёкими от музыки коммерсантами.
Рома Щуров , всё это время молча сидевший на диване в углу и наблюдавший за этой сценой, тяжело вздохнул и сделал затяжку.
— Я же говорил тебе, что эти лейбловские воротнички — полная лажа, — Рома поднялся, стряхивая невидимую пылинку с джинсов. — Они тебя боятся, Гриш. Ты для них — неуправляемый ураган. Им проще загнать тебя в рамки, чем пытаться направить твою энергию в нужное русло.
— И что мне делать, Ром? — Гриша поднял на друга усталые глаза. — Сроки горят. Альбом готов наполовину, а у меня в голове каша. Мне нужен профессионал. Сильный. Который не будет заглядывать мне в рот.
Рома замер посреди комнаты, задумчиво покусывая губу. В его голове уже пару дней крутилась одна безумная мысль, но он искренне сомневался, стоит ли выпускать этого джинна из бутылки.
— Есть один человек, — медленно произнёс Рома. — Моя давняя подруга еще по университету. Инесса Лебедева.
Гриша на секунду нахмурился, припоминая.
— Лебедева? Это не та стерва, про которую на прошлой премии Муз-ТВ шептались, что она довела какого-то поп-певца до нервного срыва, а потом сделала его альбом платиновым?
— Она самая, — усмехнулся Рома, но тут же посерьёзнел. — В индустрии у неё прозвище «Профессионал с красной помадой». Без шуток, Гриш. Я знаю её кучу лет, и я никогда, слышишь, вообще никогда не видел её без красной помады на губах. Это её бренд, её щит, если хочешь. Инесса — гений продвижения и звука, но характер у неё… врагу не пожелаешь. Чёрствое сердце, стальные нервы и абсолютное отсутствие жалости к тем, кто ленится.
Рома подошёл ближе и оперся о спинку кресла Гриши.
— Её не любят. Зовут стервой за глаза, потому что она говорит правду прямо в лицо. Но все знают: если Инесса берётся за проект, он обречён на успех. Она выжимает из артистов максимум. И она не терпит неудач. Вообще.
Гриша заинтересованно приподнял бровь. На фоне унылых и мягкотелых менеджеров эта холодная женщина с красной помадой казалась чем-то из другого мира.
— И в чём проблема? — спросил Buda. — Почему ты сомневаешься?
— В том, сойдётесь ли вы характерами, бро, — честно ответил Рома. — Ты — хаос. Ты можешь проспать студию, уйти в себя, изменить концепцию трека за пять минут до релиза. Инесса такого не прощает. Для неё время — это священный ресурс. Если ты опоздаешь на встречу хотя бы на минуту, она просто встанет, уйдёт и больше никогда не поднимет трубку. Она не будет тратить своё время впустую. Вы либо сделаете что-то великое, либо убьёте друг друга на первой же неделе.
Гриша медленно поднялся со своего места. На его лице впервые за день появилась хищная, азартная улыбка. Внутри него проснулся тот самый уличный парень из Тюмени, который обожал вызовы.
— Жёсткая дисциплина против моего хаоса? — Гриша усмехнулся. — Рома, это звучит как лучшее дерьмо, которое со мной происходило за последнее время. Набери ей. Я хочу её увидеть.
Рома покачал головой, доставая телефон.
— Ну, смотри, Ляхов. Я тебя предупредил.
*
В это же время в панорамном офисе в «Москва-Сити» Инесса Лебедева медленно пила черный кофе без сахара. Чёрный строгий костюм-тройка идеально сидел на её точеной фигуре, темные волосы были убраны в безупречно гладкий хвост, а на губах, как и всегда, горела матовая, идеально очерченная красная помада. Ни единой лишней детали. Ни единой лишней эмоции.
На её столе завибрировал телефон. Инесса скользнула взглядом по экрану. Рома Щуров.
Она изящно коснулась экрана ухоженным пальцем с аккуратным темным маникюром.
— Слушаю, Рома. Надеюсь, у тебя что-то действительно важное, — её голос, холодный и чистый, как дорогой хрусталь, раздался в тишине кабинета.
— Привет, Инесс. Я по делу, — Рома на том конце провода старался звучать уверенно. — Одному моему очень близкому другу нужен лучший продюсер. OG Buda. Гриша Ляхов. Слышала о таком?
Инесса сделала маленький глоток кофе, не меняясь в лице.
— Разумеется, я знаю, кто это, Рома. Весьма талантливый, но абсолютно недисциплинированный мальчик, который тратит свой потенциал на тусовки и сомнительный образ жизни. Почему я должна тратить на него своё время?
— Потому что он готов работать, — быстро добавил Рома. — И он хочет встретиться именно с тобой. Дай ему один шанс, Инесс. Поговори с ним.
Инесса перевела взгляд на свои дорогие швейцарские часы. Её график был расписан на недели вперёд, но вызов был интересным. Сделать из бунтующего рэпера системный, приносящий миллиарды бренд — это была задача как раз для её холодного разума.
— Хорошо, — холодно произнесла она, промокнув губы белоснежной салфеткой, на которой не осталось ни единого следа от помады. — Завтра в четырнадцать ноль-ноль в ресторане «Sartoria Lamberti». Передай своему другу: если в 14:01 его не будет за столом, я ухожу. И пусть снимет свой спортивный костюм. Я не веду дела с людьми, которые не уважают дресс-код.
— Понял, Инесс. Всё передам! — облегченно выдохнул Рома.
Инесса нажала отбой и положила телефон на стол. Её отражение в темном стекле панорамного окна выглядело безупречно и пугающе спокойно.
— Ну что, Гриша Ляхов, — тихо произнесла она, и её накрашенные красным губы изогнулись в едва заметной, ледяной усмешке. — Посмотрим, как твой уличный гонор справится с моими правилами.
Продолжение следует...