2.
городская тюрьма Алма-Ата. от лица Бабочки.
я очнулась от громкого гула. раскрыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь. потребовалось время, что бы понять что со мной и где я. дошло, обезьянник. нас поймали. я сразу же начала искать глазами Принца, и с облегчением выдохнула, заметив его рядом с собой. он молча смотрел в никуда, было видно, что он не в себе. я понимала, что в этом нет моей вины, но что-то все равно давило на меня изнутри. я винила себя за то, что мне стало плохо. да, глупо, но я не могу иначе.
наконец Принц заметил меня и мой обеспокоенный вид. он молча смотрел на меня, и наши взгляды встретились.
—скажи, это же моя вина?—тихо спросила я. Лёша аж растерялся от такой прямоты, и не сразу нашел ответ. по его виду стало понятно, что он думает, но мне было всё равно. выяснять отношения кто виноват, а кто нет бессмысленно, ибо мы уже здесь. Лёша не нашелся с ответом, поэтому не стал отвечать. ладно. я блуждала глазами по помещению. парень, парень, так, здесь одни парни?! полный обезьянник парней. кучка пацанов у входа сидела и играла на папиросы, другие просто вели беседы. такой расклад меня совсем не устраивал, я не знала, что на уме у одичавших детей с поломанным детством. кто-кто, а даже Принц меня защитить не сможет. от осознания происходящего я съёжилась, нагнетало чувство страха.
—успокойся, нормально всё будет.—тихо сказал мне Лёша, не оборачиваясь. ну, помог чем смог как говорится.
от его слов мне легче не стало, и я была вся на стороже, кто знает, что от них можно ожидать? но на мое удивление никто из них не обращал на меня никакого внимания, а если и обращали, то не придавали значения, будто девочонок в тюрячке каждый день видят. игнорирование моего существования было самым приятным мне вариантом. быть как тень, которая просто сидит не шевелясь, не издавая ни звука было вполне просто.
внезапно дверь распахнулась, и на пороге показался милиционер.
—Чернов, на выход!—парень с повязкой на голове спрыгнул с верхней нары, и спокойно походкой пошел к двери. перед этим он копался в матрасе, но это были уже не мои дела, в чужие я всегда старалась не лезть, хоть и было до жути интересно.
—руки за спину!—строго прикрикнул на него мужчина, и его вывели. дверь закрылась. ровно через несколько секунд поднялся все тот же галдеж, и голова раскалывалась пополам.
не знаю, сколько прошло времени, но дверь снова открылась, и внутри у меня все похолодело. завели двух гастролеров лет 25-ти. выглядели они помято, все в тюремных наколках. паренек у выхода, писавший что-то на стене, подал голос.
—здороваться надо!—сказал он и отхватил звонкий щелбан, обратив все внимание на себя. гул моментально утих, и весь взор был направлен на них. гастролеры вальяжно прошли в камеру, и расстолкав пацанов, уселись на нижние нары. я напряглась, и почувствовала то же напряжение у Принца. он привстал, как бы заслоняя меня, пытаясь сделать это максимально незаметно, я сгруппировалась, и уменьшилась как минимум в один раз. конечно, полностью закрыть меня не удастся, но прикрыть вполне. мне было страшно даже дышать, моргать, делать что-либо выдавая свое присутствие.
*****
время тянулось мучительно долго, я отсчитывала минуты до их ухода. их присутствие заметно напрягало и меня, как и Лёшу, поэтому спокойно сидеть мы не могли. но на удивление, пока все шло гладко, они вообще не замечали меня. "продолжайте в том же духе..." подумала я и задумалась. как я вообще скатилась до такого, что теперь сижу в обезьяннике с пацанами-ворами? отец мой ментом был, с детства прививал понятия зла и добра, клятву с меня брал, что никогда зла творить не буду, и что в итоге? попалась по уголовке со своим другом детства, мечта! больше всего сейчас хотелось снести кабину тем тварям, которые кинули нас на произвол судьбы на том складе. мне-то ладно, все равно, но Принца это знатно задело. он доверял им, несмотря на мои слова и мысли по их поводу. такое показательное предательство сильно на него повлияло, и явно не оставит его на долгое время.
из мыслей меня вырвал шлепок карты об стол. гастролеры играли с парнями на папиросы, и зрелище было уморительным, два взрослых мужика разводят малолеток на сигареты.
—держи дядя, еще торчишь.—сказал один из них, забирая папиросы у пацана. ясен пень, что нечестно они играют, но кто осмелится им предъявить? я что-ли?
—таакс..— гастролер оставил это дело и начал гулять взглядом по камере. сердце начало бешенно стучать, дыхание сбивалось от одной мысли, что будет если меня заметят. я молилась богу, что бы я осталась незамеченной, и по возможности, целой. Лёша напрягся еще больше, изо всех сил закрывая меня.
—а ну ка, тебя как зовут?—обратился он к одному из мальчишек, сидящих на верхней наре. я тихо, но с облегчением выдохнула. удача все же на моей стороне. Принц тоже успокоился.
—Тяпа.—спокойно ответил он. честно сказать, я даже завидую его спокойствию в этой ситуации.
—а по протоколу?—тут уже влез дружок гастролера.
—Тяпкин Валентин Петрович.—невозмутимо ответил Тяпа. ну, теперь хоть одного знаю, пусть даже не лично. он услышанного гастролеры противно захихикали.
—Валенти-и-ин...
—Валюша, сестричка наша, ненаглядная...—они хихикали и хихикали, да так, что становилось противно.
—ну давай давай, сюда иди. слезь-ка.—подозвал его гастролер, но он не спешил вставать.
—зачем?—ничего не подозревая, спросил Тяпа. мне б столько смелости как у него..
—ну ты че не понял те че старший сказал?!—вспылил второй и заорал, от чего я вздрогнула. Тяпа начал слезать, и спрыгнув с нары, облокотился на нее.
—чего?
—не придуривайся...—сказал гастролер, но не успел договорить. в камеру вернули того самого Чернова. он прошел, окидывая взглядом камеру, и запрыгнул на верхнюю нару. теперь все внимание гастролеров было обращено на него.
—ты че, волк, не здороваешься, а?—вслед крикнул гастролер, сидящий на кортанах.
—да ладно, потом разберемся, у нас вон, Валюшка есть. иди-ка Валюшечка сюда..—не успел он договрить, как Чернов дернулся, и схватив его приставил заточку к горлу.
—сидеть, сучара паршивая!—крикнул он на другого, кинувшегося на помощь к своему. Чернов посмотрел на всех парней, сидящих в помещении.
—бей!—крикнул он и перерезал ему горло. малолетки как по команде бросились на другого гастролера. сам Чернов и Тяпа остались на месте. Лёшка тоже сидел смирно, хотя насколько я помню он всегда был за любой кипиш. я аккуратно выглянула из под его спины, и убедившись в том, что опасность миновала, вылезла. видимо, Чернов только сейчас узнал о моем присутствии, ведь я поймала на себе его удивленный взгляд.
неожиданно дверь распахнулась, и поочередно влетели четыре милиционера с криками.
—по шконкам сволочи, по шконкам бля!—истошно завопил он, пугая всех присутствующих, направляя дуло винтовки. посреди камеры лежало два изуродованных трупа. он присел на одно колено, и посмотрев на трупы, осмотрел всех ребят в камере. это же просто дети, а может, и нет?...