25.
Европейский тур начался с Парижа, где они арендовали старинный, невероятно красивый загородный дом с высокими потолками и вековой историей. Романтика старой Европы выветрилась в одну секунду, когда посреди ночи тишину особняка прорезал такой истошный, леденящий душу крик, что Чонгук и Чимин подскочили на кроватях так, словно сработала армейская тревога.
У Лиён с раннего детства была сильнейшая, неконтролируемая фобия — она до ужаса, до панических атак боялась летучих мышей.Лиён просто пошла на кухню выпить воды. Одно из старинных окон было приоткрыто, и в темноте комнат что-то резко, бесшумно метнулось прямо над её головой. Хаотичные взмахи кожаных крыльев, противный писк — маленькая летучая мышь, залетевшая на свет, в панике начала метаться по кухне.
Лиён:Нет, нет, нет... Пожалуйста...
В панике она взмахнула руками, пытаясь защитить лицо. Животное, испугавшись резкого движения, на полной скорости врезалось в её предплечье. Раздался едва ощутимый, но отчетливый укус. Дикий, первобытный страх мгновенно парализовал горло. Лиён только и успела выкрикнуть имя мужа, как в глазах потемнело, ноги подкосились, и она **упала в обморок от страха**, растянувшись на паркете.Дверь кухни слетает с петель от сильного удара. Чонгук в одних шортах и Чимин с растрепанными длинными волосами влетают внутрь. Увидев лежащую без чувств Лиён, Чимин буквально бледнеет, его сердце падает куда-то вниз.
Чимин:Лиён-а! Лиён! Боже, чаги, открой глаза! Что случилось?! Гук, вызывай скорую!
Чонгук: (замечая мечущуюся под потолком тень, его глаза округляются) Хён, там мышь! Летучая мышь! У неё же фобия, она их до смерти боится!
Чонгук, действуя на чистых армейских рефлексах, мгновенно срывает со стула полотенце, в два точных прыжка ловит несчастное животное и выбрасывает его в окно, наглухо закрывая створку.Чимин не слышит ничего вокруг. Он аккуратно берет жену на руки, переносит её на диван в гостиной и судорожно гладит по бледным щекам, целуя в холодный лоб.
Чимин:Милая, проснись... Пожалуйста. Её тут нет, я её прогнал...
В этот момент Чонгук включает фонарик на телефоне, чтобы осмотреть сестру, и замечает на её предплечье маленькую красную точку с каплей крови.
Чонгук:Хён... Она её укусила. Смотри сюда.
От слов брата Чимина прошибает холодный пот. Обморок из-за фобии — это одно, но укус дикого животного требовал немедленных действий. Парни, не теряя ни секунды, заматывают Лиён в теплый плед. Чонгук на ходу звонит менеджеру и личным врачам группы, и через десять минут они уже мчатся в элитную клинику Парижа.Лиён медленно приходит в себя от специфического запаха антисептиков. На стене тихо тикают часы. Первое, что она видит, когда туман перед глазами рассеивается — это Чимин. Он сидит на краю её больничной койки, крепко сжимая её ладонь обеими руками. Его отросшие светлые волосы растрепаны, глаза покраснели от пережитого стресса, а на лице — смесь дикого облегчения и тревоги. Рядом у окна стоит хмурый Чонгук.
Лиён:Она... она укусила меня... Чим, она была прямо на мне...
Чимин:Тш-ш, чаги, успокойся. Всё позади. Мы в больнице. Тебе уже обработали рану и сделали все нужные уколы. Ты в полной безопасности, слышишь? Мой Рапунцель защищен.
Чонгук:Ну и напугала ты нас, заноза. Чимин чуть эту больницу по кирпичам не разобрал, пока врачи тебя осматривали. Завтра же переезжаем в современный отель, никаких больше «исторических замков».
Лиён переводит взгляд на Чимина и видит, как у него на ресницах блестят слезы. Она слабо улыбается и тянет руку к его затылку, нежно перебирая светлые пряди.
Лиён:Простите, что сорвала вам ночь перед концертом...
Чимин:Дурочка... Плевать на концерт. Главное, что ты дышишь и ты со мной. Больше я ни на секунду не оставлю тебя одну в этих темных европейских комнатах.