Кодекс восьми имён

Чонин прицелился к Феликсу, рассказывая что-то из своей жизни.

Х: Пусть идут, - махнул рукой Хёнджин. - Я пока с вами пива возьму. Догоним.

Чан, который стоял рядом, похлопал его по плечу.

Б: Мудрое решение. Я тоже своего отпускаю — Чонин сегодня в ударе. Смотри, как он Феликса обнимает.

Чонин тем временем уже вёл Феликса в сторону ярких огней парка, что виднелся через пару кварталов. Они шли чуть быстрее остальных, переговариваясь и смеясь. Феликс чувствовал, как отпускает напряжение рабочей недели: с Чонином всегда было легко, будто они говорили на одном языке без слов.

Нин: Любимый хён, а помнишь, как мы в прошлом году на Хэллоуин в дом ужасов пошли в Австралии, и ты так испугался клоуна, что залез на меня? - Чонин подмигнул.

Ф: Я не залезал, я просто... искал опору, - поправил Феликс, краснея.

Нин: Ага, опору в виде моего позвоночника, - засмеялся Чонин. - Но я тебя не виню. Ты тогда был такой милый, когда испуганный. Прямо как сейчас, когда я называю тебя любимым хёном.

Феликс закатил глаза, но не мог сдержать улыбку.

Ф: Ты пользуешься тем, что я к тебе слишком хорошо отношусь.

Нин: А кто в этом виноват? Ты сам меня таким воспитал, - Чонин чмокнул его в щёку на ходу. - Люблю тебя, хён.

Ф: И я тебя, мелкий, - Феликс взъерошил его волосы.

Сзади послышались шаги — их догоняли остальные. Сынмин нёс пакет с пивом, купленным по дороге, Чанбин тащил гитару — кто-то предложил потом попеть у костра, хотя костра в парке не было, но в голове у Чанбина всегда находился план.

Д: Мы с вами! - крикнул Хан. - Куда вы убежали, влюблённые голубки?

Нин: Мы не голубки, - обернулся Чонин, не отпуская руку Феликса. - Мы просто хён и его любимый донсэн. Это разные вещи!

М: Ой-ой-ой, - протянул Минхо. - «Любимый донсэн» — как трогательно. Чан, ты слышал? Твоего парня кто-то ещё называет любимым.

Чан только пожал плечами, но Чонин тут же подбежал к нему, чмокнул в губы и сказал.

Нин: Не ревнуй, хён. Феликс — мой лучший друг, а ты — моя любовь. Всё честно.

Б: Я знаю, - Чан обнял его за талию. - Иди уже, катай своего любимого хёна.

Чонин с радостью вернулся к Феликсу, и они первыми вбежали в парк. Аттракционы переливались огнями, играла весёлая музыка, пахло сахарной ватой и попкорном. Феликс купил два стаканчика с мороженым и протянул один Чонину.

Ф: Только не испачкайся, - предупредил он.

Нин: Ты как мамочка, - фыркнул Чонин, но взял мороженое и тут же слизнул каплю с уголка рта.

Они сели на скамейку возле карусели, наблюдая, как остальные решают, на что пойти первым. Хан тащил Минхо к автодрому, Хёнджин фоткал вечернее небо, Чанбин и Сынмин спорили про американские горки, а Чан стоял рядом с Чонином и Феликсом, ожидая общего решения.

Нин: Может, на колесо обозрения? - спросил Чонин, взглянув наверх. - Феликс хён хотел посмотреть на город с высоты.

Ф: Отличная идея, - поддержал Феликс. - А потом — на что хотите. Если только не сахарная вата на голодный желудок.

Нин: Ты уже съел мороженое, так что поезд ушёл, - рассмеялся Чонин и потянул его к кассам.

Когда они подошли к колесу, кабинка как раз освободилась. Чонин запрыгнул первым и протянул руку Феликсу.

Нин: Иди ко мне, хён, я тебя не уроню.

Феликс принял руку и сел рядом. Кабинка тронулась, поднимаясь всё выше. Внизу остались огни, смех друзей, шум города. Наверху было тихо и звёздно.

Ф: Красиво, - выдохнул Феликс, глядя на раскинувшийся внизу Сеул.

Нин: Ага, - Чонин положил голову ему на плечо. - Спасибо, что ты есть, хён. Ты мой самый любимый человек после Чана, конечно.

Ф: Подлизываешься? - усмехнулся Феликс.

Нин: Нет, правда. Ты меня всегда поддерживал. Даже когда я глупости творил. А я их творил часто.

Ф: Ты и сейчас их творишь, - Феликс погладил его по голове. - Но я всё равно тебя люблю.

Они помолчали, наслаждаясь моментом. Внизу уже собирались остальные: Хан махал руками, пытаясь сфоткать их снизу, Минхо держал его за пояс, чтобы тот не упал, Сынмин и Чанбин обнимались на скамейке, Хёнджин наблюдал за этим цирком, как и Чан.

Когда кабинка опустилась, Чонин выпрыгнул и помог Феликсу. Тут же к ним подбежал Хан.

Д: Вы такие милые там сидели! Я снял видео. Хёнджин, смотри!

Хёнджин подошёл, взглянул на экран телефона, где Чонин и Феликс обнимались на фоне закатных огней, и усмехнулся.

Х: Знаешь, я даже не ревную. Вы оба слишком красивые, чтобы ссориться из-за такой красоты.

Нин: Вот это правильный настрой, - одобрил Чонин и подмигнул ему. - Мы ведь с Феликсом теперь будем часто вот так сидеть. Ты не против?

Х: Если будешь возвращать его мне целым и невредимым — нет, - ответил Хёнджин.

Нин: Обещаю, - Чонин торжественно приложил руку к сердцу.

Дальше они отправились на карусель, потом на автодром, где устроили гонку. Чонин и Феликс были в одной машине — Чонин рулил, а Феликс смеялся и кричал, что они врежутся. Они врезались — в машину Чана с Минхо, но все только рассмеялись.

После парка, когда уже стало поздно, Чанбин позвал всех к себе — у него дома была терраса с видом на реку, и можно было посидеть с гитарой. Никто не отказался.

По дороге Феликс и Чонин шли впереди всех, держась за руки. Чонин рассказывал какую-то забавную историю из патруля, а Феликс слушал, иногда вставляя шутки. Сзади шли Хан с Минхо — Хан обнимал Минхо за пояс и тихо мурлыкал песню. Чан, Хёнджин и Сынмин обсуждали работу, а Чанбин шёл чуть в стороне, с гитарой за спиной.

В какой-то момент Чонин остановился, повернулся к Феликсу и серьёзно сказал:

Нин: Хён, спасибо, что ты не забываешь обо мне, даже когда у тебя есть Хёнджин. Я знаю, что теперь мы все реже видимся, но ты для меня всё тот же старший брат, которого я обожаю.

Ф: Ты точно не пил, Йена? - удивился он.

Нин: Точно, просто....вдруг у меня больше не будет времени это сказать. Не хочу потом жалеть.

Феликс почувствовал, как к горлу подступил ком. Он притянул Чонина к себе, крепко обнял.

Ф: Ты мой самый любимый макнэ. И это никогда не изменится. Даже когда мы будем старыми и седыми.

Нин: Тогда я буду называть тебя любимым дедушкой-хёном, - засмеялся Чонин, но в голосе слышалась влажность.

Остальные подошли ближе. Хан, видя это, обнял их обоих.

Д: Ой, ну вы и сентиментальные. Давайте уже к Чанбину, там у него, говорят, чай с бергамотом и печенье, а то я сейчас тоже расплачусь.

М: Ты и так постоянно плачешь, - заметил Минхо, но обнял Хана за плечи.

Они пошли дальше, уже ближе друг к другу. Восемь человек, чьи сердца бились в унисон. Феликс переглянулся с Чонином и улыбнулся — тот ответил своей фирменной лисьей улыбкой.

Вечер обещал быть долгим. С гитарой, смехом, тёплыми объятиями и чувством, что этот момент останется с ними навсегда. А Феликс знал: завтра он снова увидит Чонина — и улыбнётся ему, как самому родному человеку. Потому что такие друзья не становятся бывшими.

Нин: Любимый хён, - позвал Чонин, когда они уже подходили к дому Чанбина, - ты сегодня спишь у нас с Чаном? Хёнджин не будет против, если я тебя украду на одну ночь?

Ф: Посмотрим, - Феликс взглянул на Хёнджина.

Тот вздохнул с притворной обречённостью.

Х: Ладно, одна ночь. Но с условием: завтра ты мой целиком и полностью.

Ф: Договорились, - улыбнулся Феликс.

Чонин радостно вскрикнул и потащил Феликса вперёд, к свету, который лился из окна квартиры Чанбина. А за ними шли остальные — их семья, их убежище, их дом.

Продолжение следует...

              1190 слов