Следуй за Золотой рыбкой

Больше Каю уже не дали заснуть, да и Легион в ту ночь не спал. Труп, впрочем, убрали без них. Остальных двоих искать было сложно: с Каем они ничего не сделали, значит и запаха на омеге не осталось, вычислить их было сложно, раз омега говорил, что не запомнил лиц.

В логове ночью было тихо. Легион прошёлся по комнатам и проверил, все ли на месте. Кай снова должен был находиться рядом с ним, потому что каморка теперь сломана, а оставить его одного спать, пока главарь работает, было как-то слишком по-доброму. Но Кай и не заснул бы. Он думал о том, что все эти дни слиплись в один сплошной кошмар, который шёл по нарастающей, все хуже и хуже. И от этого никак нельзя было ни проснуться, ни отвлечься.

После того, как его вырвало, футболку он застирывал в туалете, куда его Легион проводил умыться. Пока главарь смотрел, как по пояс раздетый Кай смывал пятна рвоты со своей одежды, альфа как бы невзначай бросил:

— Какой смысл хорошо тебя кормить, если ты это выблёвываешь? Давай, я многого не прошу, постарайся не блевать. Для большинства людей это норма.

К утру Кай ощущал себя опустошённым, застрявшим в сне при температуре. Он надеялся, что после обхода логова его оставят где-нибудь одного. Спать он уже не смог бы, а вот побыть наедине с собой очень хотелось. Раздражали запахи, звуки, свет. Но Легион повёл его за собой и в спортивный зал, где ранним утром собралась банда. Из-за того, что туда набились все, было довольно тесно. Кай остался стоять у двери, прислонился к ней спиной. Он так устал, что ему было даже не интересно, что происходит, хотя это напрямую касалось его.

— Это, — Легион указал на Кая, — Моё. Мне казалось, мы договорились. Но этой ночью трое из моей же банды приходили за Золотой рыбкой. Поэтому я объясню вам снова...

— А мы, вроде, не об этом договаривались, — перебили его. Легион стиснул зубы и повернулся к тому, кто говорил. Тоже крупный альфа, ранг примерно шестой-седьмой. Но сложно сказать, они же тут ещё и качались, было просто перепутать. — Ты сказал, что заберёшь его себе. А мы сможем забрать всех остальных. Больше не придётся делить на всех одного-двоих или довольствоваться бетами. Ты сказал, что вся остальная банда наша.

— Так и есть, — согласился Легион. Он почему-то не собирался бить альфе сразу в лицо, а продолжал разговор. У Кая не было сил удивляться этому.

— Но банды же больше нет?

Кай получил сразу заряд бодрости, интереса и энергии.

— Что значит «нет»? — спросил он, сделав шаг вперед. Но на него не обратили внимания, другой альфа поддержал:

— Вот и получилось, что мы отдали то, что у нас было, а выиграл от этого только ты! Откуда мы теперь омег достанем?! Плохо, что ли, было? Двое на банду! Общие! Этот вообще ничей, его даже ты не ебешь!

Вместе с интересом к разговору пришло и осознание, к чему все идёт, и снова стало страшно. Кай раньше не задавал этот вопрос, но он не мог не думать об этом. Если Легиону нужна была способность Кая родить, и чтобы его не оплодотворили раньше, то все ещё оставались варианты и банде урвать кусочек. Кай прислонился снова к двери и незаметно проверил, не заперта ли она. Нет, там было закрыто, и без ключа не открывалось. Хотя момент казался удачным — альфы спорили о нем, но при этом не замечали его самого.

— Я найду их, — пообещал Легион. — Раз я сказал, что они достанутся вам — то я притащу их для вас.

— Слова, слова! Зачем нам эти обещания, если тут уже есть омега?! Ты говоришь, что на него бросились ночью. Задай правила, при которых он все ещё будет для тебя пригоден, и позволь остальным тоже развлечься! Пока весело только тебе. А у остальных ты развлечение отобрал! Обещал больше и пока что обманываешь!

— Где ты собрался искать омег?

Кай, не отворачиваясь, ковырял замок, когда его накрыло тенью. Легион стоял напротив него, глядя сверху вниз, остальные тоже выжидали. Омеге стало так страшно, что он не мог пошевелиться. Казалось, вся эта толпа теперь хлынет на него. Он даже думать не мог о том, что произойдёт дальше. Но Легион перехватил его за плечо, отпер дверь и выволок Кая наружу, оставив остальных в банде ворчать между собой. Впервые за все время здесь Кай в спальню Легиона вошёл добровольно, сам и с охотой. Главарь зашёл следом и запер дверь.

— А ведь правда, — заговорил он, — я могу дать им презервативы и определить темп, при котором ты не сдохнешь. Иначе спустя время мне придётся всю свою банду перебить. И ради кого? Ради омеги?

Каю нечего было возразить. Ему огромных усилий стоило произнести:

— Дело твоё. Но я в своей банде не разрешал пользоваться моими вещами.

На самом деле Кай хотел сказать: «Пожалуйста, не надо, они убьют меня. Их же толпа». И сказал что сказал неожиданно даже для себя, и ещё более неожиданно, что это прозвучало спокойно. Легион криво улыбнулся, словно у него лицо треснуло.

— А ты, значит, вещь?

— Получается, что так, — кивнул Кай. — К тому же... Говорят, что гены альфы, с которым спал омега, остаются и влияют на потомство. У меня и так уже двое низкоранговых было, зачем увеличивать риски?

За Кая словно говорило что-то другое, пока он внутренне просил не отдавать его, не бросать голодным альфам на каких угодно условиях. Просто не трогать его.

Он рисковал. Легион мог забраковать его из-за этого, и точно отдал бы остальным, но главарь, судя по лицу, крепко задумался. Возможно, тоже сказывался недосып. А может он верил всему бреду, что говорили наверху. А там некоторые альфы верили в такое.

— Хули ты трахался со всяким мусором? — посетовал Легион, после чего указал на кровать. — Подожди меня тут. Я вернусь позже и скажу, что решили делать с тобой. А пока не выходи и не совращай их своим видом.

Вот это запросто, это Кай мог, ещё и когда Легиона не будет рядом — вообще замечательно. В комнате главаря была вода и отдельный туалет, дверь выглядела надёжнее, да и казалось, что дураков вытаскивать омегу прямо из личной комнаты главаря не нашлось бы. Видимо, на лице Кая слишком явно отразилось облегчение, потому что Легиона это взбесило, и он за руку дёрнул его к себе, после этого больно открытой ладонью ударил в голову, от чего зазвенело в ушах.

— Не радуйся, — приказал Легион. — Когда твой альфа сдохнет, ещё будешь думать, что лучше: вся банда или я.

***

— Нам повезло, что эти кретины в одном и том же выходят, — прокомментировал Барс. К логову было не подобраться незаметно, поэтому они решили проникнуть как «свои». Для этого на рынке купили мотоциклетные чёрные куртки и шлемы. Сами мотоциклы одинаковыми не были, и их нужно было добыть. Под куртками были бронежилеты и патронники. Хаски как раз утягивал ремни жилета, когда оказавшийся совсем рядом Тим спросил:

— На сколько хватает твоего обезболивающего?

Хаски бросил на него быстрый взгляд, хлопнул себя по боку и похвастался:

— Пять часов. Вообще ничего не чувствую.

— Ясно, — ответил Тим и размахнулся, и в следующую секунду между ними оказался Барс, которому прилетело в бок вместо Хаски.

— Не надо это проверять! — выкрикнул Барс. Его не сильно задело, на нем тоже уже был бронежилет, так что он только поморщился.

— Почему? — искренне не понял Тим. — Я должен ему спину доверить, как я могу не проверить, насколько он готов к этому?

— Если у него швы разойдутся, то некому будет тебе спину прикрывать!

— Тогда я смогу действовать, ни на кого не надеясь, — возразил Тим. Хаски наконец опомнился. Он секунду назад думал, что его раскрыли, сейчас отпинают как следует, потом бросят в клетку до выяснения. А пока он будет в клетке, вытащат из логова Кая и увезут наверх прямо мимо Хаски. А опомнившись, что они до сих пор ничего не поняли, Хаски улыбнулся и успокоил:

— Да все нормально. Можешь проверить, если не доверяешь.

О, если бы Тим знал, что подведёт Хаски рана или нет меньшее из того, что должно пойти не так.

— Ты заткнись! — приказал Барс, который все ещё стоял между ними и все ещё не подпускал Тима ко второму офицеру. — Давайте друг друга на прочность проверять потом, а? Иначе я один пойду!

— Ты бессмертный? — тут же обиделся Тим. — Если что не так пойдёт, нас там троих положат!

— Не совсем.

Оказывается, Гранит уже был тут и смотрел за всем от двери. Он не должен был идти с ними, и кажется его это задевало. Если и правда всех троих убьют или возьмут в заложники, то кто-то должен был остаться в штабе, чтобы вытащить их или то, что от них останется. А также сообщить наверх, что внизу снова недокомплект полиции. Да и просто заново организоваться. Но Граниту явно это не нравилось, особенно что приходится отправлять в логово раненного. Они довольно долго препирались, но Хаски настаивал, что это его дело, и он хотел бы и завершить его.

— Я подозреваю, что они не совсем озверевшие. И должны понимать, что убить троих полицейских сверху — значит нарваться. Во всяком случае, если вы не вернётесь, то я точно собираюсь вызвать спецназ сверху.

Все понимали, почему нельзя сейчас звать спецназ. В банде — альфы. По-хорошему, полиция должна туда прийти, раскрыть плакат: «Как вам круто будет наверху, там на всех хватит омег и жизненного пространства» и второй плакат: «Кстати, отдайте омегу, которого забрали, а то мы вас побьём». Спецназ некоторое количество людей в банде убьёт, а это не очень хорошо — ну, а вдруг они все же думали о том, чтобы перейти наверх. Альф наверху очень любили, они обладали выраженными физическими и лидерскими качествами, справлялись лучше бет с некоторой работой, вроде полиции, охраны, войны. Конечно, наверху понимали, что инструкции нереальны, и никто не требовал идти к альфам втроём с лекциями о том, как их ждут наверху. Но и убивать альф ради одного омеги сочли бы нецелесообразным. Другое дело, если бы эти животные убили троих альф, которые уже работали на верхний уровень и были ему преданы. Тогда да, это псины озверевшие тут, внизу, и их популяцию следовало бы немного проредить, пока они не стали опасностью в том числе и для верха.

Таковы были правила игры, и альфы внизу тоже это знали. Поэтому Легион до последнего пытался убить Хаски сторонними силами, чтобы к нему не было вопросов.

— Но все же, пожалуйста, будьте аккуратнее. Я понимаю, что когда думаешь о том, насколько они позорят альф, сразу кулаки чешутся, — продолжал Гранит, — но забирайте омегу и бегите. Втроём вы с ними не справитесь.

Тим фыркнул, Барс тут же одёрнул его:

— Даже не начинай!

— Приказа не было, — отозвался Тим.

— О, а офицер, оказывается, хвастун, — посмеялся Хаски, заканчивая с ремнями. Ссориться совсем уж не хотелось, на самом деле все держалось на Тиме. Именно он должен отыскать и вытащить Кая из логова. Хаски прикрывал его со стороны. Барс вообще в этом не участвовал, у него было своё задание. Они должны были все вместе войти в логово, а дальше разбежаться по своим позициям. Ну и трое в шлемах внутри логова привлекали бы гораздо больше внимания, чем по одному.

***

Когда Кая с утра разбудили стуком в дверь, в логове было как-то непривычно тихо. Омега спал беспокойно, реагировал на каждый шорох, и вообще не выспался. Легион за ночь так и не вернулся, и его не было слышно. Но за дверью кто-то ходил, пыхтел, хотя внутрь комнаты не совались. Кай даже не знал, что лучше — эта тишина или чтобы начался бунт, и он смог бы сбежать. Но когда омега поднялся подойти на стук хотя бы спросить, что надо, в спальню вошёл Легион. Кай тут же проснулся, подобрался, отошёл вглубь комнаты, подальше от кровати.

— Все в порядке, — сообщил альфа, словно с какими-то проблема лично Кая разбирался. — Мне нужно кое-что закончить и через пару часов поедем. Будь пока тут.

— Поедем? — переспросил его омега. Он вспомнил, что в этот день должно было что-то случиться. Но Легион, кажется, никакого отношения к этому не имел.

— Да, — уже у двери, не оборачиваясь, ответил альфа. — Опасно содержать тебя тут, да и глаза моим мозолишь. Поживёшь в другом месте.

— В каком? — Кай бросился его догонять. — Куда ты собрался меня перевозить?

Но Легион вышел и дверь захлопнул, снова запер. Кай прислонился к ней, немного подождал, когда он уйдёт, и негромко позвал:

— Я знаю, что вы там. Куда меня собрались увозить?

— Тебе какое дело? — проворчали с той стороны двери.

— Это меня касается... — попытался Кай, но его перебили:

— Тебя тут ничего уже не касается.

***

— Тим появился как-то сразу из ниоткуда. Не в том плане, что он был полицейским с окраины, но проявил себя на поимке крупного синдиката и вот его уже все знают. Нет, он реально просто возник на улицах города. Маленький ободранный мальчишка в затасканных тряпках. Его нашли прохожие, сообщили в полицию. По мальчику было видно, что его били.

Хаски и Барс сидели внутри киоска, а Тим помогал его хозяину по работе. Киоск торговал фруктами и овощами, и хотя Барс больше подошёл бы на роль радушного продавца, сейчас от Тима больше требовалось не общение с клиентами, а реакция, когда придут альфы. С этого киоска у банды был «процент» за «защиту», и как раз сегодня должны были явиться за деньгами.

— Тогда ещё не было понятно, кто он. Ему было лет десять примерно. Хотя и понимали, что он недоедал. Такой скандал был — он не мог свалиться с неба, значит где-то внутри верхнего уровня существует что-то, где могли держать этого ребёнка.

— Я это помню, — подал голос Хаски. Он на семь лет был младше этих двоих, но историю Тима читал в газетах. Сегодня было холодно, они находились в глубине киоска, между коробками. Плюс из-за масок от них можно было увидеть только глаза, и то если сильно присмотреться. — Тима взял на попечение известный детектив, который пообещал найти, откуда ребёнок, и вернуть его родителям. Вырастил Тима как сына и передал ему профессию.

— Угу, это был мой отец, — Барс наконец произнес то, зачем это все и рассказывалось. Этого Хаски не знал, поэтому отозвался негромко:

— Вау.

— Ещё как. Я не могу сказать, что мы росли вместе. Тим был на работе отца, я — у него дома. Но мне показалось, что работу отец любил больше, чем семью. Да, мы были знакомы, но до академии особо не общались.

— Я не помню, там нашли, откуда он? — напомнил Хаски.

— Да, но я не уверен, что об этом писали. Это было ужасное преступление. Там был притон с омегами, которых контрабандой доставили снизу. Несколько лет Тим прожил со своим отцом-омегой потом. Но не очень много — после всего случившегося его отец быстро погиб. Зато несколько лет прожил в спокойствии и с сыном.

— Как Тим попал на улицы?

— Сбежал. Он не очень эмоциональный, его впервые годы жизни били, когда он был слишком громким. Они ждали, что из него вырастет: альфа, омега, бета. Бету бы убили. Омегу оставили бы там же. Альфу пустили бы в охрану этого притона.

— Пиздец, — прокомментировал Хаски. — Как ему удалось скрыть, что он омега?

— А никак. У него в личном деле в графе "пол" все честно написано. У него первый ранг, так что он выглядит как низкоуровневый альфа. После всего, что произошло, никто бы с ним никаких дел иметь не стал, тем более низкий ранг. Тим мог стать опасностью, если бы не направил свои таланты и агрессию в нужное русло. Так что все обычно закрывают глаза на то, кто он. Надеюсь и ты будешь так же.

— Почему ты мне это рассказываешь? — Хаски странно себя чувствовал. В конце концов он этим ребятам не друг, а то и хуже.

— Что рассказываю? — вздохнул Барс. — Ты сам сказал, это и так все знают. Может, кроме каких-то деталей. Я не уверен, что мы все сегодня вернёмся, и если с тобой что-то случится, очень не хотелось бы, чтобы ты держал на него зло. Он такой, каким вырос.

— Ну, я сын служанки, которая работала в доме альфы. Рос нормально, ничего выдающегося. Наверху в патрулях скучно было, год отработал и попросился сюда. Но вы тоже если что не обижайтесь, — закончил Хаски. Вроде как в шутку.

— Угу, служанки, — кивнул Барс. — Ты себя в зеркало видел?

Хаски поморщился:

— Разве так важно, кто родил? Или все же важнее, кто воспитал?

— Какой ранг?

— Третий, — пожал плечами безразлично Хаски. Барс вздохнул:

— Ясно. Главное, чтобы тебе нормально было. Вроде бы тебе тут весело.

— Посвободнее, — Хаски приподнялся. — Идут.

Недалеко от киоска остановилось четыре мотоцикла. Хозяин занервничал. Тим, стоявший как раз с ящиком (который вроде и нести никуда не надо было, просто так его в руки взял), был в чёрной маске на половину лица. Но в таких ходили многие продавцы, ничего странного. Тим заметно напрягся, но скорее всего уверенные в себе альфа этого даже не заметили. Они подошли без спешки к хозяину лавочки и, указывая на Тима, центральный спросил:

— Это что, у тебя появились деньги, чтобы работников нанимать?

— Это друг семьи. У меня сегодня спину прихватило, он тяжести таскает.

— Стрёмный какой-то, — заметил центральный. — Че пялишься?

Тим подумал, видимо, что и правда нечего ему пялиться, поднял ящик с капустой над головой и разбил об голову альфы, следующим же движением достал из-за пазухи пистолет и выстрелил в плечо ближайшему. Никаких лишних движений, альфы из банды даже опомниться не успели. Хаски и Барс должны были прикрыть Тима, но тот сломал руку третьего противника, который тоже вытащил пистолет, коленом разбил ему нос. Четвёртый убегал, и Тим быстро подобрал вилок капусты и швырнул его в убегавшего, попал в затылок.

— О господи, — вздохнул хозяин лавочки. — Вы обещали. Теперь я буду под защитой верхней полиции?

— Все верно, — Хаски вышел из дальнего угла на свет и пожал ему руку. Второй рукой достал и отдал продавцу бумагу. — Впредь вас защищает полиция верха и пусть попробуют найти кого-то тут повыше.

Тим уже связывал людей из банды. Барс безошибочно нашёл того, кто ещё мог сопротивляться, и уложил его ударом в голову.

— Минут через пятнадцать будет полиция, они их заберут, — продолжал говорить с хозяином Хаски.

— Полиция? Через пятнадцать? — недоверчиво переспросил тот. — Это у вас наверху полиция быстро приезжает.

— Приедет, приедет, — заверил Хаски. Его улыбки не было видно под маской, но тон казался тёплым и располагающим. — Ведь их мы вызвали.

Хозяин лавки подумал, сопоставил и согласился.

— Чур мне красный, — тем временем уже выбрал себе мотоцикл Барс. Тим продолжал связывать людей из банды, и Хаски решил, что стоит помочь ему, а не бежать скорее, пока Барс себе самый мощный мотоцикл не забрал.

Мотоциклы предполагалось бросить там же, в логове. В том дворе, из которого они наблюдали за альфами, у них ещё с вчерашнего вечера стояла машина. На ней и собирались уехать.

***

Через несколько часов дверь в спальню Легиона начала открываться без стука и предупреждения. Внутри горел свет, стояли пустые тарелки из-под еды, осколки бокала давно убрали, а кровать аккуратно заправили. И не было главного — омеги внутри. Двое альф, которых Легион постоянно брал с собой, осмотрелись, ещё не понимая, что произошло. Мало ли, Кая уже кто-то другой забрал или починили прежнюю комнату и отвели его туда. Потом до них дошло, что без приказа Легиона никто не стал бы никуда переводить Золотую Рыбку, а главарь вот только что сказал им дословно: «Омега в моей спальне, выводите его, пока все заняты». Сам Легион ушёл отвлечь банду, устроив им собрание, на котором объяснил бы, что делать дальше с тем, что они потеряли след омег. Потом Легион предполагал, что все забудут, что у него есть личный омега, и перестанут на него засматриваться. В любом случае, даже если случится не так, сейчас нужно было спрятать Кая, иначе через пару дней его присутствие довело бы до новой драки. И Легион доверил это двоим самым приближенным, которые понимали, что собственность главаря трогать нельзя. И эти двое теперь осматривали комнату и не понимали, куда отсюда делся омега. Второй, который стоял чуть позади, протиснулся внутрь и попытался заглянуть за открытую дверь. И ему в лицо тут же ударило металлическим массивным торшером, который всегда у Легиона тут стоял. Зато омега нашёлся. Но теперь казалось, что двоих альф на него было мало. Тот, которого ещё не ударили, быстро закрыл и запер дверь, и тут же его отбросило к стене от удара торшером в грудь. Кай дёрнул дверь, оказалось заперто. Торшер вырвали из рук первым же движением, вторым омегу снесло к стене.

***

Странно, но логово оказалось тихим. И охраны там не было. Да и ловушки не работали. Выглядело вообще как приманка, если бы Хаски не знал, насколько местные альфы уверены, что никто в здравом уме на них нападать не будет. Особенно днём, когда все дома.

Но в логове было тихо. Точнее, полицейские представляли его более шумным. Где-то внутри слышались голоса, вроде бы даже ругались, но ни музыки, ни смеха. Может это вообще кино было на полную включено. Из-за этого Барс и Хаски замешкались. Тима это разозлило и, обернувшись, он положил руки обоим на лоб шлема и несильно ударил затылками об дверь.

— Чего уставились? — спросил Тим. — Дел нет?

— Но как-то тут... — начал Барс.

— Тебя ебет? Не ебет. Идите делом займитесь.

Барс и Хаски тут же разбежались в противоположные стороны, оставив Тима одного. Тот повернулся снова к логову лицом, размял плечи и двинулся вперёд, не снимая шлема. Да, это было подозрительно, но по крайней мере его не застрелят сразу, как увидят чужака в логове.

Пройдя несколько метров, Тим столкнулся с другим альфой, и пока тот смотрел на него возмущённо, пытаясь понять, кто это, и потянет ли с ним драку, да и зачем на нем шлем вообще, Тим перебил его мысли:

— Где омега?

— А? Вы, что ли, его отвозите? У главаря в спальне заперт со вчерашнего дня.

На этом альфа из банды успокоился, забыв и про то, что в него врезались, и что он собирался драться, и отправился дальше по своим делам. Тим не мог переспросить его: «А где спальня главаря?» Поэтому только выругался про себя, полез в карманы искать карту. И в этот момент услышал звон стекла. Карта Тиму больше не понадобилась.

***

Легион просил сделать все тихо, но он будто не знал, с кем его подручным придётся иметь дело. Торшер в этой битве пал первым, его плафон разбился об пол. А когда Кай оказался у стены, он перехватил тяжёлую деревянную коробку с тумбочки и снова швырнул в голову ближайшего альфы. Тот не потерял сознание, только зашипел от боли и, окончательно разозлившись, вцепился в шею омеге. Кай перехватил его руку у запястья и вывернул так, что едва не сломал, проскользнул мимо него от стены дальше, но тогда второй альфа взял его шею в захват сзади и попытался хотя бы придушить, чтобы тот не сопротивлялся. И ощутил болезненный удар острым локтем под ребра. Кай освободился, но проблема оставалась той же — дверь заперта, а оба пришедших за ним в сознании и даже не ранены. К тому же пока омега отдышался, они тоже пришли в себя и готовы были драться теперь вместе. Более того, оба были в ярости. Легион просил без шума забрать омегу, но не уточнил, насколько омега может быть поломан при этом. Кай перескочил кровать, оказавшись с той стороны, чтобы эта часть мебели оказалась между ними. Один из альф поднял погнувшийся торшер, второй достал нож.

Кай быстро осмотрелся в поисках того, чем мог бы защититься. В его плане он вырубал альф, как только те входили в комнату, а потом сбегал. План уже провалился, и против Кая теперь было двое злых и сильных альф, к тому же ещё и в дверь постучали, и с той стороны спросили:

— Какого хрена вы там делаете?

— Это ещё кто? — удивился один из альф. — И почему он не на собрании?

— Хер его знает, пойди да уточни у него, — огрызнулся второй, не сводя с Кая глаз. — Слышь там, не вмешивайся! Иди дальше!

— Главарь сказал омегу привести, — послышалось из-за двери. Агрессии сразу стало поменьше.

— Решил все-таки остальным его отдать? Или убедили? — скорее сам у себя спросил один из альф и направился к двери. Отпер её и первым его вопросом пришедшему было:

— А почему в шлеме?

Раздался звук разряда электрошока, и альфа у двери свалился. За порогом и в самом деле стоял кто-то высокий в чёрной одежде и шлеме. Кай даже подумал, что может быть это кто-то из его банды нашёл, как проникнуть в логово. Такого роста у него только Сальпуга был.

Альфа, который стоял на ногах, как раз был с ножом. Он тут же приготовился уже не атаковать, а защищаться, прорычал:

— Ты, нахер, кто такой?

— Как обстановка? — спросил человек в шлеме. Приглушённый голос откуда-то из динамика ответил ему:

— Да тухло, у них какая-то дневная проповедь тут. Я не очень в их традициях разбираюсь. Слушают главаря всем стадом. А у тебя как?

— Нашёл омегу, — ответил шлем. Тогда альфа из банды бросился на него, парень в шлеме тут же сломал ему руку об колено и припечатал его лицом в пол.

У Кая зашлось сердце. Он узнал этот насмешливый голос в динамике. Парень в шлеме без резких движений поднял руки и, словно говорил с пугливым животным, заверил:

— Я не хочу тебе зла. Не поднимай шума и пойдём со мной.

— Да, конечно, — Кай поспешно шагнул к нему — и внезапно сам оказался лицом в кровати с вывернутыми назад руками. На запястьях закрылись наручники.

— Кай ведь? — поздно переспросил парень в шлеме. — У нас с тобой есть один общий знакомый. Возможно, ты его не помнишь уже. Акросс.

Кай за последние сутки испытывал невероятные эмоциональные качели. Сначала он не знал, что с ним сделают в банде, потом оказался в тишине и спокойствии один в самом защищенном месте в логове, а потом ему сказали, что увезут отсюда, а это значило, что его потеряют и уже не смогут спасти. Потом за ним пришли и отбиться не удавалось. А теперь этот, совершенно незнакомый ему человек, тут, внизу, в этой ситуации, внезапно назвал имя первого альфы, с которым у Кая был секс.

Кай едва не вывернул себе руки, когда дёрнулся бежать. В этом было что-то животное, попытка отгрызть себе ногу, выбравшись из капкана, но его ударило в живот, а когда он обмяк — человек в шлеме взвалил его на плечо и понёс вон из комнаты.

Есть вещи, о которых обычно запрещаешь себе думать. Даже когда тебе о них напоминают. Даже когда Легион спрашивал, что стало с альфой, оставившем первую метку, Кай ответил, что скорее всего ничего. Сам Кай в глубине души надеялся, что так и было, но, зная законы верха, он понимал: нет, скорее всего Акросса как-то наказали. Убить не должны были после такого, но ему либо понизили ранг, либо отправили в тюрьму, а в особо тяжёлом случае могли и послать на войну. Если человек в шлеме был другом Акросса, то Кай не сбежал. Он попал из огня снова в огонь.