Глава 9: Когда роли меняются
---
Прошло несколько недель. Жизнь Авроры и Марка превратилась в удивительный танец между футбольным полем и художественной студией. Теперь уже Аврора привыкла к кричалкам фанатов, а Марк начал разбираться в оттенках охры и технике «сухой кисти».
Приближался важный день для Авроры — финальная выставка работ студентов факультета искусств в одной из галерей района Эль-Борн. Это был её первый серьезный показ, и от волнения у неё буквально дрожали руки.
— Марк, ты не обязан приходить, если тренировка затянется, — говорила она в трубку, пытаясь одновременно закрепить холст на подрамнике. — Там будет много людей, пресса, кураторы... Тебе будет скучно, и тебя снова атакуют папарацци.
— Аврора, послушай меня, — голос Марка в трубке был спокойным и твердым. — Ты сидела на трибуне, когда я забивал гол. Ты терпела моих фанатов и моих родителей. Неужели ты думаешь, что я пропущу твой триумф? Я буду там. Даже если мне придется пробраться через вентиляцию.
Аврора улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло.
— Ладно. Но только никакой формы «Барселоны», договорились?
*
Вечер выставки наступил пугающе быстро. Галерея была наполнена запахом дорогого вина, парфюма и свежей краски. Аврора выглядела потрясающе в простом, но элегантном шелковом платье цвета глубокого ультрамарина, которое подчеркивало её сияющие глаза.
Её работы занимали центральную стену. Это была серия картин под общим названием «Ритмы города». Среди абстрактных пейзажей Барселоны выделялась одна работа — та самая, на которой был изображен Марк, но в очень необычной манере. Это был не четкий портрет, а игра света и тени, передающая ощущение силы и, в то же время, глубокой человеческой нежности.
Гости переговаривались, кураторы делали пометки в блокнотах. Аврора вежливо отвечала на вопросы, но её взгляд то и дело возвращался к входной двери.
Марка не было. Выставка шла уже час.
— Видимо, тренировка всё-таки затянулась, — с грустью подумала она, стараясь скрыть разочарование за улыбкой.
Вдруг у входа возникло какое-то оживление. Шепот волной прошел по залу. Аврора обернулась и замерла.
Марк вошел не через черный ход, не скрываясь под капюшоном. Он был в темно-сером классическом костюме и белоснежной рубашке с расстегнутой верхней пуговицей. Он выглядел как модель с обложки журнала — статный, уверенный, с легкой улыбкой. Но стоило ему увидеть Аврору, как весь его «звездный» налет исчез. В его глазах светилась только гордость.
Он подошел к ней, игнорируя вспышки нескольких камер (некоторые репортеры всё же просочились внутрь), и протянул ей огромный букет белых пионов — её любимых цветов.
— Ты выглядишь невероятно, — прошептал он, целуя её в щеку. — Прости за опоздание, тренер решил разобрать теорию лишних сорок минут.
— Ты пришел... и ты в костюме! — Аврора прижала букет к себе. — Марк, тебя же все узнали.
— И пусть, — он переплел свои пальцы с её. — Сегодня я не футболист Марк Берналь. Сегодня я — самый преданный поклонник художницы по имени Аврора. Покажи мне свои работы.
Они медленно пошли вдоль стены. Марк останавливался перед каждой картиной, внимательно вглядываясь в детали. Когда они дошли до той самой картины, где был изображен он, он замер.
— Это... это я? — тихо спросил он.
— Это то, как я чувствую тебя, когда вокруг нет стадионов и шума, — ответила Аврора, затаив дыхание. — Твой свет.
Марк долго смотрел на холст, а затем повернулся к ней. В его взгляде было столько любви, что у Авроры перехватило дыхание.
— Я никогда не видел себя таким. Ты видишь во мне то, чего я сам в себе боюсь или не замечаю. Спасибо.
К ним подошел главный куратор выставки.
— Аврора, поздравляю. Вашу центральную работу хочет купить один известный коллекционер. Он предложил очень внушительную сумму.
Марк тут же встрепенулся и, прищурившись, посмотрел на куратора.
— Передайте коллекционеру, что картина уже продана.
Аврора удивленно посмотрела на него.
— Что? Кому?
— Мне, — Марк улыбнулся и подмигнул ей. — Я не позволю какому-то незнакомцу забрать твой взгляд на меня. Эта картина будет висеть в моей гостиной. А может, — он понизил голос до шепота, — в нашей будущей гостиной.
Сердце Авроры пропустило удар. Это было первое упоминание их общего будущего, такое естественное и простое.
Вечер закончился триумфом. Аврора получила несколько предложений о сотрудничестве, а Марк весь вечер не отходил от неё ни на шаг, вежливо, но твердо ограждая её от слишком назойливых вопросов прессы.
Когда они наконец вышли из галереи в прохладную ночь Эль-Борна, Марк накинул свой пиджак ей на плечи.
— Ну что, звезда, — улыбнулся он. — Как насчет того, чтобы отпраздновать это самым неподобающим для спортсмена и художницы образом?
— Это как? — прищурилась Аврора.
— Пойдем есть пиццу прямо на ступеньках собора. И никакой хрустальной посуды.
Они бежали по пустынным ночным улочкам, смеясь и чувствуя себя абсолютно свободными. В этот вечер Аврора поняла главное: неважно, насколько разные их миры. Если в центре этих миров — одна и та же любовь, они всегда найдут способ соприкоснуться.
---