Глава 74
-Алана, ты прекрасно выглядишь,— встретила меня с улыбкой четырнадцатого октября Джи у лифта «H Company».
-Спасибо, Джи, ты тоже,— улыбнулась я ей.
-Итак, рассказывай, это правда? Неужели передо мной миссис Хард? – она взяла меня под руку и повела по коридору.
-Да, — коротко кивнула я.
-Весь офис стоял на ушах после статьи в газете, как и весь город. А ты просто пропала, как сказал мистер Хард, ты улетела отдохнуть в Лондон к своему брату,— глаза женщины горели от возбуждения.
-Всё верно,— вздохнула я.
-Ладно, не буду мучить тебя. Мистер Хард сейчас работает в Нью-Йоркском офисе. Теперь он гоняет всех там,— она рассмеялась.— Но и у нас ещё больше работы, пока тебя не было, мне казалось он жил тут неделю, как и все мы. Да и сейчас мы работаем на час дольше, чем раньше. Также, теперь «H Company» не только наша головная боль, буквально три дня назад мистер Хард заключил крупную сделку и выкупил «Perla paraíso»...
-Это же ювелирная компания, — удивилась я. Даниель однажды упоминал, что когда мы полетим в Испанию, этот магазин будет обязательной программой.
-Да, пока главный офис находится в Мадриде, но через месяц будет открытие в Риме, Нью-Йорке и Париже. Сейчас разрабатывается дизайн украшений,— объяснила она.
-Так, а зачем ты мне всё рассказываешь? – спросила я её.
-Вот теперь мы подошли к главному. Ты будешь просматривать, и выбирать ведущего дизайнера украшений, оставлять свои пожелания и требования к качеству,— она радостно улыбалась.
-А я не могу продолжать отвечать на звонки, разносить кофе...
-Прекращай,— перебила меня Джи.— У тебя теперь есть офис, и ты миссис Хард. А твой муж дал понять, что это не обсуждается.
-Ясно,— вздохнула я.— Но мой профиль другой, чему я научусь тут?
-Алана, ты, что не понимаешь, это такая возможность?! Если бы мне предложили, я бы с удовольствием бросила все, и приложила руку к тому, что будет носить весь мир? – возмущалась она.
-Ладно,— ещё раз вздохнула я, и Джи открыла передо мной дверь напротив её кабинета.
-Вот твое место, на столе у тебя уже лежат договора, что от тебя хочет получить босс, и что ты в первую очередь должна рассмотреть,— она указала на папки.— Развлекайся, встретимся за обедом.
С этими словами она выпорхнула из моего офиса, а я устало села в кресло, прикрыв глаза.
Две недели я пыталась не думать, две недели я пыталась вернуть себя к жизни. Но ничего не вышло. Боль с каждым днём становилась острее, ненависть к самой себе приобретала уже манию, как и отвращение к моей жизни.
Я закрылась в своём маленьком мирке, не подпуская к себе никого, даже Алекса. Не разговаривая с ним о чувствах и прошлом. Он просто принял всё, как есть, и не пытался меня спасти, а я и не хотела этого.
Время от времени воспоминания о том, «большом», мире вспышками возникали в памяти, причём в самые неожиданные моменты: когда я поднималась на лифте в свой номер, когда мы с Алексом были на экскурсии в Вестминстерском аббатстве.
А ещё я вспоминала голос. Его голос. Руки. Улыбку. Холод.
Я почувствовала, как на лбу снова выступили капельки пота, а к горлу подступила тошнота. Я открыла глаза и вернулась из воспоминаний в кабинет. Сняв пиджак, я бросила его на ближайший стул у стены и снова откинулась на кожаную спинку сидения.
Я пыталась бороться с этим, со вспышками воспоминаний. Труднее всего было снова и снова переживать своё разочарование, что Даниель оказался не таким, каким я мечтала его видеть...
Я должна пережить это. Должна. Но почему я чувствую вину за смерть его матери? Почему я ощущаю себя грязной и не могу смыть с себя это? Почему стыд давит так сильно на плечи?
Алекс объяснял моё поведение, как стресс: «Алана, это естественная реакция организма. После всего, что тебе пришлось пережить, нормально, что он немного вышел из строя. Но пройдёт время, и ты вернёшься и ощутишь краски жизни. Перестанешь худеть, страдать и думать о нём».
Но, к сожалению, я понимала, да и брат знал, что это все ерунда. Бывают вещи, которые просто нельзя уничтожить и похоронить, и память – одна из таких вещей.
Не успев сойти с трапа самолёта, меня уже окружили репортёры с вопросами о моём замужестве. Благодаря Баку и охране, я смогла дойти до машины и остаться в живых. Я больше не читала газет.
Даниеля я не видела. Он уехал, как и говорил. Оставив мне счёт из банка на моё имя с подтверждением того, что он так и не узнал меня, так и не понял. Весь дом напоминал мне о той ночи, и о многих ночах, они переплетались, и я подскакивала во сне с криками. Единственное личное послание, которое мне передал от него Лео — записка: «Мы будем женаты до твоего 21-летия, и если до этого времени ты так и не придёшь ко мне, я отпущу тебя, любовь моя. Я не буду преследовать тебя, не буду напоминать о себе. Решение только за тобой».
Я разорвала её, разозлившись, и выбросила. Я даже не могла подойти к Эспе, которая подросла и теперь чувствовала себя хозяйкой в доме. Все напоминало мне о жестокости Даниеля Харда.
Отец снова ругал меня из-за свадьбы с Даниелем, из-за моей поездки, но я даже не обращала внимания и просто сбросила звонок. С каждым днём тяжесть внутри занимала всё больше и больше места. Разрастаясь, как опухоль.
Как жить дальше, если ты не знаешь кто ты? А я не знала, я не знала ничего. Я была одна, среди толпы, они все были яркой массой, а я была тенью.
К концу октября я превратилась в робота, улыбалась, ходила на занятия, на работу, но чувства внутри онемели. Я смотрела на всю свою жизнь со стороны, я очутилась в какой-то постановочной драме. И я уже понимала, что мне не справится. Мне нужна помощь. Что-то сломалось внутри меня, а в душе поселилась депрессия. Но врачи тут не помогут. Наоборот, они начнут задавать множество вопросов, которые будут возвращать меня в то время, где был выдуманный мир. Мир, где Даниель стал моим мужем.
-Алана,— в кабинет ко мне вошла Джи с испуганным выражением лица.
-Да, — я подняла голову от компьютера.
-Мистер Хард просит тебя зайти к нему,— быстро произнесла она.— Срочно.
-Он вернулся?— меня обдало ледяным холодом, и я замерла.
-Быстрее,— она вышла из моего кабинета.
О, Господи, он же обещал не приезжать. Он обещал не искать встреч. Он же обещал!
Дура, разве можно верить такому, как Даниель Хард,— фыркнуло моё я.
Я встала и пару раз вдохнула и выдохнула.
Давай, девочка, сможешь,— подбадривала я саму себя.
Но у двери в его офис я стушевалась и зажмурилась.
Ладно, сейчас!
Я рывком распахнула дверь и вошла в кабинет, смотря в пол.
-Мистер Хард, вы хотели видеть меня?— нервно спросила я.
-Алана, можно просто Йен,— произнёс насмешливо голос, и я подняла глаза, встречаясь совсем с неожиданным посетителем. – Тем более мы родственники.
-Привет,— я не знала, что сказать на его реплику и выдавила из себя писк.
-Присядь,— его лицо нахмурилось.
Я присела.
-Что такое? – тут же выпалила я.
-Я не хочу тебя пугать...— начал он.
Естественно, его слова возымели прямо противоположное действие. У меня замерло сердце. Это что-то личное. Отец?
-Что случилось? Катастрофа? – спросила я дрожащим голосом.
-Нет, нет, ничего подобного. Всё будет хорошо. Но...в семь утра мне позвонили из офиса Нью-Йорка. Ранее им сообщили из Мадрида, что Даниель не приехал на важную встречу, и до сих пор его местоположение не известно.
-Ты знаешь своего брата, Йен. Он, может быть где угодно, например, напился и развлекается,— усмехнулась я.
-А я думал, ты его любишь. Ведь он рассказал мне все, всю правду про тебя, Клер, нашу мать. Я так обрадовался, что брат нашёл человека, который заставил его понять, как он был не прав. Но сейчас я вижу перед собой, холодную стерву, которой ничего не нужно, кроме его денег,— с отвращением произнёс мужчина.
-Так, если ты решил меня облить ещё одной порцией грязи, то я ухожу. Мне твоего брата достаточно, — я резко встала.
-Даниель похищен,— произнёс он.
-Похищен? Кто? Даниель?— я, не удержавшись, хихикнула.— Это, должно быть, шутка или новый розыгрыш. Ты уже взрослый, чтобы подыгрывать брату, Йен. Никому бы не удалось такое!
-К сожалению, это правда. Даниель похищен,— Йен задумчиво потёр подбородок.— Его самолёт сел в Мадрид вчера в семь часов вечера. Он сказал, что хочет сразу проверить, как обстоят дела на заводе ювелирной компании. Он должен был появиться сегодня на встрече с акционерами, но так и не появился. Когда люди прождали его два часа, они позвонили в Нью-Йорк, оттуда позвонили мне. Я приказал, чтобы поехали на завод и узнали, что там случилось. Недалеко от места назначения, была найдена машина, и это был мерседес брата. Шофёр был застрелен, как и охрана. Но Даниеля не было. Час назад, когда я приземлился в Хьюстоне, мне сообщили, что получили записку от похитителей с требованием сорока миллионов долларов. К записке прилагался локон волос и кольцо, обручальное кольцо. В полицию уже сообщили.
-Это могли быть, чьи угодно волосы, кольца сейчас есть у большинства мужчин и машины тоже, необязательно Даниеля,— медленно произнесла я, отказываясь верить в услышанное.
-Полиция опросила служащих компании, и это была его машина. И кольцо, сейчас я тебе покажу...,— он достал телефон и повернул ко мне.
Я дрожащими руками взяла его. Это то кольцо, кольцо из белой платины с чёрным тонким ободком по диаметру. Волосы, это были волосы Даниеля. Только у него они темно-шоколадные, практически чёрные у основания и кофе с молоком к концам, и та же волна.
-Рики...Рики мёртв? – пересохшими губами спросила я.
-Нет, это был шофёр из испанского офиса, Рики в Нью-Йорке,— глухо сообщил Йен.
Я положила телефон на стол и села, смотря перед собой.
-О, боже мой! – наконец, рассказанное Йеном начало доходить до моего сознания.
-Полиция прилагает все усилия, чтобы найти Даниеля, но они все же советуют подготовить деньги. На всякий случай.
-Так в чём проблема! Готовь! Даниель богат!— я встала и начала ходить по офису.
-В том, то и проблема, что все средства нашей семьи может снять только Даниель,— нервно ответил Йен.— Я уже подключил всех, кого мог, но это большие деньги для каждого из моих знакомых.
-Сорок миллионов? – переспросила я и вновь села. – У меня есть такие деньги.
-Что?— воскликнул Йен.
-Это Даниеля, долго объяснять,— я махнула рукой.
Я точно знала, что на моём счёте лежало сорок три миллиона долларов и несколько тысяч. Одна часть была за контракт, другая — просьба Даниеля вернуться к нему. Это цифра ворвалась из воспоминаний так же быстро, как я по приезде посмотрела выписку со счета. Я даже не обратила внимания на цифры, а вот мозг запомнил. И это была спасительная вспышка.
- Ты хочешь сказать, что мой брат тебе оставил сорок миллионов? — переспросил он.
- Господи, Йен, да делай уже что-то! — воскликнула я.
- Хорошо, я сейчас же связываюсь с офисом в Мадриде, пусть приводят механизм в действие,— Йен уже взял трубку и набрал номер.
Остаток дня пошёл для меня как в тумане. Я ездила в банк, подписывала какие-то документы, банковские чеки, все, что давал мне Йен и служащий.
После всей суматохи, меня привезли в дом, где испуганный Лео бегал вокруг меня. Утром меня посетил полицейский детектив из Нью-Йорка, который занимался этим делом совместно с инспектором в Мадриде. Но я мало чем могла ему помочь, потому что я назвала Клер, Фина, Марко и Люка. Но у всех было алиби, у каждого. Также в доме дежурила полиция, они беспокоились о моей безопасности, и в этот день я на учёбу не пошла. Как и на следующий.
Новостей не было.
Я не могла есть, не могла спать. Йен вылетел в Мадрид и обещал позвонить мне, как будут какие-нибудь новости, поэтому лежа в постели и поглаживая Эспе, я все время напрягалась, чтобы не пропустить звонок.