Сок чёрной розы

   Темнота. Я лежу на холодном бетонном полу. Я чувствую его шершавую, обжигающую своим холодом поверхность. Глаза завязаны, но я чувствую, как стены маленькой холодной комнаты давят на меня со всех сторон. Руки связаны за спиной. Голова тяжелая, как будто я выпила, но я не помню, чтобы пила. Я вообще ничего не помню. Мысли путаются, одна картинка сменяет другую, но они никак не могут собраться в единый сюжет. Что со мной?

   За дверью я слышу голоса, но не могу даже разобрать кому они принадлежат. Мужчина? Женщина? Не понимаю.

   Сколько я здесь? Сколько времени прошло? День сейчас или ночь? Вопрос за вопросом, ответы на которые я не получу. Возможно меня убьют, хотя кому нужна сирота, которая только вышла из приюта. Ни работы, ни друзей. Меня некому даже искать.

   Меня нашли на пороге приюта. Маленький свёрток пары дней отроду, никому не нужный. От этих мыслей в горле сжалось и подступили слёзы.

Дурман, накрывающий голову, начал отступать. Мысли прояснялись. Я попыталась позвать хоть кого-то:

Роуз: Эй, кто-нибудь. Выпустите меня.

   Дверь раскрылась. Я услышала шаги. Они были легкими, каблуки цокали по бетону. Женщина!

Роуз: Кто Вы?

Женщина: Тише, девочка, тише…

Роуз: Почему меня здесь держат?

Женщина: Не задавай вопросы, на которые не получишь ответ…

Роуз: Почему?

Женщина: То, что я с тобой говорю это уже проблема.

Роуз: Но…

   Вздёрнув ладонь, женщина заставила меня замолчать. Она перетянула мне руку, затем засучила рукав и вколола мне что-то. Сил сопротивляться нет. Перед тем как отключиться, я запомнила только ее холодные пальцы на своей руке.

   Я снова и снова проваливалась в сон. Из раза в раз, после прихода женщины. Но, наконец-то, кто-то другой пришёл за мной. Он аккуратно поднял меня с пола и не развязывая глаз и рук вышел из комнаты неся меня на руках.

   Я слышала вокруг лязг стекла, шуршание бумаг, треск скотча. С завязанными глазами концентрироваться на звуках оказалось легче обычного, но все равно это была общая какофония.

   Все звуки стихли. Я сижу в машине и меня куда то везут. Время тянется как вечность. В голове гудит. Тошнота одолевает меня. Кажется приехали. Меня ведут по длинному коридору. Я чувствовала, как мои босые ноги ступают по ковру. Я не осмеливалась сопротивляться.

   Меня завели в комнату, развязали руки и прежде чем я успела что-то понять сказали:

Мужчина: Прими душ и переоденься.

Роуз: …

Мужчина: Одежда на кровати.

Роуз: Что со мной будет?

Мужчина: За тобой скоро придут.

   Голос был мужской и приятный, но мне не хотелось об этом думать. Этот кто-то держал меня взаперти и не известно, что он хочет сделать со мной.

   Я сняла повязку. Посмотрела на себя в зеркало. На мне была медицинская ночнушка. Комната была изумительной, как из фильмов про богачей. Богатый минимализм. Шелковые простыни. Книги на полках. Возле входа стоял столик на котором был поднос с едой и записка в которой было всего одно слово «поешь».

Душ был обжигающим. Даже не помню, когда в последний раз я его принимала, кажется, что в прошлой жизни. Пар заполнил всю ванную комнату. Я провела ладонью по запотевшему зеркалу и взглянула на себя. На мне не было ни синяков, ни ран. Значит меня не били. Но явно не кормили, так как я изрядно похудела. Но почему я ничего не помню?

  Накинув на голое тело полотенце я вышла в комнату, взяла с подноса сенгвич. Есть не хотелось, как будто я привыкла к чувству голода, но все же поела. Чай уже остыл, но я выпила и его.

   Я легла на кровать, обняла колени руками и зарыдала. Что со мной происходит? Где я? Кому я понадобилась и для чего?

   Я боялась стучать в дверь и звать кого-то. Паника подступала, неизвестность душила. Я чувствовала себя заключенным перед казнью, которого помыли и позволили последний ужин.

Не знаю сколько времени прошло, когда я заметила одежду аккуратно сложенную рядом. Я встала и споткнулась о стоящие на полу красные туфли, явно приготовленные для меня. Наряд был вызывающим. Кожа, цепи, вставки из прозрачной сетки.

Меня начал одолевать страх. Мысли стали обретать форму. Кажется я попала в бордель.

   Я не удержалась на ногах, села на пол. Меня била крупная дрожь. Боже, за что? За что ты так со мной?

   Прежде чем я  могла подумать о том, чтобы как-то сбежать, дверь распахнулась.

   В комнату зашёл брюнет одетый в строгий костюм, гладко выбрит, острые отчерченные скулы словно с обложки. Карие глаза пугали.

Брюнет: Ты еще не одета?

   Он подошел ко мне, взял с кровати вещи и передал мне. Я узнала голос. Это тот же парень, что привел меня сюда. Его голос был спокойным, можно сказать даже ласковым, но все же он меня пугал.

Брюнет: Лучше оденься и без фокусов.

Роуз: Куда мы идём?

Брюнет: Твой хозяин уже ждёт тебя.

Роуз: Хозяин? Что за чер…

   Он не дал мне договорить и заткнул меня одним лишь взглядом. Лучше не спорить. Я быстро оделась и последовала за парнем, прикрывая своё тело руками, будто я была обнажена.

   Он подвел меня к большой резной двери и постучал. Раздался грубый, холодный голос от которого по телу пробежали мурашки.

Мужчина: Пусть войдёт.

Парень открыл мне дверь, я сделала пару шагов и увидела стол. В кресле кто-то сидел, но оно было повернуто спинкой к двери. Но как только я вошла, кресло повернулось и передо мной возник он. Тот из-за кого я оказалась здесь.

Надменный, с лицом не выражающим ничего, если только пренебрежение к моей персоне. Он с любопытством оглядел мой наряд и судя по всему он его удовлетворял. От этой мысли стало мерзко, как будто меня облили с ног до головы грязью. Но хуже всего было то, что я знала это лицо и оно мне было очень знакомо.

Роуз: Вы?

   Он усмехнулся так, как будто его порадовал мой вопрос. Угол губ невольно подскочил в улыбке, показав мне это. Но его лицо быстро приняло исходное надменное положение.

Роуз: Как? Почему? Что… Что происходит? Почему я здесь? Почему я здесь в таком виде?

   Он поднял раскрытую ладонь, дав понять, чтобы я замолчала. Я послушалась, но не из-за страха или покорности, а только из-за того, что надеялась услышать ответ.

Мр.Питерс: Теперь ты будешь жить здесь.

Роуз: В смысле здесь?

Мр.Питерс: Теперь это твой дом, но ты не будешь чувствовать себя в нём хозяйкой. Для тебя будут существовать правила, которым ты должна подчиняться. За невыполнение тебя будут наказывать, а за хорошее поведение поощрять.

   Я видела, что он хочет сказать что-то ещё, но я не дала ему закончить.

Роуз: Это что, шутка какая-то?

Мр. Питерс: Какие шутки…

Роуз: Мы что в дешёвом фильме?

Мр. Питерс: Закрой рот.

Роуз: А то что?

   Он встал с места, подошел ко мне и ударил тыльный стороной ладони мне по лицу. Удар был настолько сильный, что я почти полностью развернулась и упала на колени, почувствовав вкус крови во рту, а он продолжил говорить с неизменным холодным тоном.

Мр. Питерс: Тебе разрешено ходить по дому, гулять на территории без сопровождения, но за пределы этих стен ты можешь выходить только в сопровождение меня, либо моего помощника Алекса. Ты с ним уже знакома.

   В этот момент я поняла, что Алекс это тот брюнет, который привёл меня сюда.

Мр. Питерс: Твоей главной задачей будет сопровождать меня на различного рода мероприятиях в качестве живого аксессуара.

Роуз: Пошел к чёрту.

   Последовал еще один удар. Я не могла поверить своим ушам. Человек, которого я знала с детства, как он мог мне такое говорить? Лицо добрейшего в мире человека, скрывало под собой животное. Он помогал моему детскому дому, покупал кровати, игрушки, одежду. Он всегда был очень милым и весёлым добряком, которого мы всегда ждали как санта-клауса. Всё порушилось в один миг, вся вера в человечество испарилась. Я заметила, что он молчит и переведя взгляд на него, поняла что он наблюдает за тем, как я думаю.

Мр. Питерс: Ты привыкнешь. Возможно тебе даже понравится и ты войдёшь во вкус. Не переживай, твоя невинность останется при тебе. Пока…

   Как он узнал? Наверное заметя немой вопрос в моих глазах, он ответил.

Мр. Питерс: Тебя осмотрели. Как ты знаешь, у меня же есть сеть клиник. Естественно у меня есть личный мед персонал.

   Меня обуял страх и паника. Сколько времени я была в бессознательном состоянии, если они могли осматривать меня и я даже не помню этого. Что со мной делали?

Роуз: Отпустите меня, пожалуйста. Я никому не расскажу.

Его лицо дёрнулось, как будто он хотел нанести очередной удар, но не стал.

Мр. Питерс: Иди в свою комнату. Когда ты мне понадобишься, тебе сообщат заранее.

   Распахнулась дверь, как будто человек стоящий за ней ждал момента. Алекс взял меня за руку и вытащил в коридор. Его лицо не выражало ничего, но все же в его глазах я видела сочувствие или может быть мне казалось.

Алекс: Смирись, тебе не убежать отсюда.

Роуз: Я никогда не смирюсь.

   Всё остальное время до моей новой комнаты мы шли молча и только у самой двери я осмелилась спросить.

Роуз: Я пленница?

Алекс: И да, и нет…

   Он развернулся на пятках и ушел дальше по коридору. Я зашла в комнату и села на кровать. Мне до сих пор не верилось, что все это не сон. Я пыталась вспомнить, что было до той сырой и холодный комнаты, но не могла как бы не пыталась. Я провалилась в сон.

   Спустя какое-то время я почувствовала руку на своем плече. Я открыла глаза. Передо мной стояла маленькая и худенькая девушка. Я протёрла глаза руками, прогоняя остатки сна и когда снова посмотрела на неё, я поняла, что она горничная. Ну или служанка, а может быть тоже рабыня.

   Она предложила мне переодеться. Помогла снять с себя всю эту гадость.

Горничная: Завтра вы сопровождаете хозяина на мероприятие.

Роуз: Что за мероприятие?

Горничная: Я приду к вам завтра и помогу подготовиться.

Роуз: Я никуда не пойду. Можете так ему и передать.

Горничная: Вам же хуже. Лучше не сопротивляйтесь. Иначе плохо будет и вам и мне.

   Когда она немного отошла от моей постели, я заметила, что в комнате у двери стояла еще одна девушка в белом халате.  Она подошла ко мне в плотную.

Роуз: Что происходит?

Медсестра: Спокойно.

Роуз: Что Вы делаете?

   Прежде, чем я успела что-то понять, горничная навалилась на меня удерживая руку, а медсестра перетянула плечо, достала шприц и вколола мне какую-то неизвестную мне субстанцию. Комната начала быстро погружаться в туман, перед глазами все поплыло. Я запомнила лишь две удаляющиеся женские фигуры и затем погрузилась в сон.