Chapter 23
Джейден Хосслер
Пару дней я ношусь по городу, пытаясь уладить все вопросы. Заезжаю в больницу навестить Мэдс, но меня не пускают. Она не хочет меня: не видеть, не слышать. Чувствую себя подонком и даже больше. А с другой стороны, её нежелание общаться – только к лучшему. Забудет поскорее и дело с концом.
Обращаюсь к адвокату. Подготавливаю пакет документов на развод и отдаю их юристу. Не знаю, чем всё закончится. Возможно, будет суд, хотя адвокат уверяет, что можно обойтись и без него, если супруга даст согласие. Даст ли? Сомневаюсь. Пэйтон прямо сказал и даже во всех красках нарисовал моё будущее, когда обо всём узнает Мурмаер старший. А он узнает, рано или поздно.
Последним пунктом в моём списке остаётся покупка детского автокресла. Я целый час морочу голову консультанту, рассматривая разные варианты. Мне нужно надёжное, комфортное, самое лучшее!
Завершаю решение всех вопросов. Звоню Джули на мобильный и прошу её взять бесплатный отпуск, хотя бы на неделю.
– Джейден, что ты задумал? – спрашивает Джули. Хочет сказать больше, но её кто-то отвлекает, поэтому она в спешке произносит: – ладно, я постараюсь. Пока. Увидимся утром.
Утром? Как дожить, а? Трудно. Почти невыносимо.
Эти ночные дежурства Робертс сводят меня с ума. Конечно, я понимаю, что такой график работы, но… Меня не устраивает. Я хочу, чтобы она ночевала дома, спала рядом со мной и Джейсоном. Как я хочу, чтобы мы жили втроём, одной семьёй. Но пока нет! Слишком рано. Джули откажется, не согласится делить постель с женатым мужиком. В этом я не сомневаюсь.
Весь вечер провожу в одиночестве. Допоздна кручусь в гараже, пытаясь отвлечься. Получается с большим трудом. Меня тянет к ней, сыну. Особенно – к Джейсону. Но снова нельзя. Мать Джулии! Органически меня не переносит. Не позволяет переступить порог квартиры, несмотря на любые просьбы. Чёрт… И что я сделал плохого лично ей?! Не понимаю.
Просыпаюсь с первыми лучами солнца. Принимаю душ, бреюсь, выливаю на себя приличную порцию одеколона. Ухмыляюсь. Какой придурок, а?! Эдакий павлин в пубертатном периоде.
Выбегаю из квартиры и прыгаю за руль. По дороге покупаю два кофе и горячие пончики. Она с ночной смены. Наверняка, уставшая и голодная.
Останавливаюсь напротив центральных ворот больницы. Жду. Терпение на исходе. Уже собираюсь звонить на мобильный, как на горизонте появляется она.
Кутается в кардиган, обнимая себя за плечи. Ветер треплет блондинистые волосы, отчего Джули всё время заправляет их за уши.
Замечает меня. Улыбается.
Я делаю шаги вперёд. Подхожу к Джули, беру её за руку. Целую в щеку.
– Доброе утро, – Джули проводит ладонью по моей скуле, и я кайфую от её прикосновений. – Побрился и, кажется, – смеётся: – вылил на себя весь флакон.
– Палевно? – подмигиваю.
– Очень, – снова смеётся, а затем поднимается на цыпочки, обвивает меня за шею, притягивает к себе и нежно целует в губы. – Но мне нравится.
Отвечаю на поцелуй. Раздвигаю губы языком, жадно тараню ротик. Джулия млеет от моих поцелуев, расслабляется. Я подхватываю её на руки и, не прекращая целовать, иду к машине. Усаживаю девочку на капот тачки.
Уже не целую так жадно, просто касаюсь губами подбородка, скул.
Улыбаюсь, прижимаясь лбом к её лбу:
– Кажется, твой кофе остыл.
– Ты купил мне кофе? – удивляется.
– Да, – киваю головой. – И пончики.
– С джемом?
– Конечно. Твои любимые.
– Удивительно, – выгибает бровь. – Хосслер, ты снова начинаешь ухаживать?
– А можно не ухаживать? – ухмыляюсь. – Можно прям здесь, – кладу ладонь на холодный металл: – на капоте.
– Озабочка, – тихо хихикает. – Нет. Нельзя. Вообще-то, я порядочная девочка...
– А я – нет.
– О-у, – светлые брови ползут вверх. – О твоей непорядочности ходили настоящие легенды. В своё время.
– Но достался я тебе.
Джули закатывает глаза. Перестаёт улыбаться, переходя на другую тему:
– Что там с кофе?
– Идём, – беру Джули за руку и веду к машине. Открываю дверь с пассажирской стороны: – прошу.
– Спасибо, – Джули устраивается на сиденье, а я прыгаю за руль.
Передаю ей стаканчик с кофе и бумажный пакет с пончиками:
– Сейчас ты завтракаешь, а потом мы едем в магазин и покупаем продукты. Затем забираем Джейсона...
Джули давится кофе. Кашляет.
– Не поняла. Что происходит, Хосслер?
– Ты взяла бесплатный отпуск?
– Да. Но зачем? Что ты задумал?
– Неделя на свежем воздухе. Как тебе? – широко улыбаюсь и, не дожидаясь ответа, запускаю мотор.
Д
жулия Робертс
Свежий воздух – это хорошо, конечно же, но! Семь дней в одном доме... с ним?! Опасно.
Я не знаю, что сказать, а потому всю дорогу молчу. Только оказавшись в квартире, я нарушаю затянувшуюся паузу:
– Какие вещи брать с собой? – обращаюсь к Джейдену, когда он снимает кроссовки.
– Обычные, – улыбается.
Идёт в ванную комнату, моет руки и, как ни в чём не бывало, заходит на кухню.
Джейсон, увидев отца, отодвигает от себя тарелку и с громким визгом бежит к Джейдену:
– Папа! Папа пишёл!
Джейден подхватывает сына на руки, кружит, целует в обе щеки.
Я наблюдаю за ними со стороны, не скрывая улыбки. Как же они полюбили друг друга так быстро?! Я и подумать не могла, что всё окажется так просто. Джейден не упрекал, не обвинял меня в молчании, а Джейсон... Принял отца, будто знал его с самого рождения.
– Джейс, – строго произношу. – Вернись и доешь кашу, а папа... – перевожу взгляд на Джейдена: – тоже будет есть.
– Манку? – спрашивает Джейден, и я улыбаюсь.
– Ага, за компанию!
– Джули, ну я же терпеть её не могу.
– Хосслер! – хмурю брови. – Ты будешь есть кашу, иначе Джейсон не доест свой завтрак, ведь пришёл папа.
Джейден вымученно улыбается. Устраивается на стуле возле сына и смиренно ждет, когда я поставлю перед ним тарелку с ненавистной гущей белого цвета.
Пока мои мужчины едят, я собираю вещи. Мама молча наблюдает за моими сборами, но в какой-то момент не выдерживает. Становится поперёк дороги, выставляя перед собой руку:
– Джули, что всё это значит?
– Мы едем на дачу.
– Какую ещё дачу? В октябре?
– Загородную. Тут недалеко, Джейден сказал, тридцать километров.
Мама бледнеет. Отходит в сторону, а затем пятится назад. Садится на кровать и смотрит перед собой отрешенным взглядом.
– Мам, что-то не так?
Мама отрицательно кивает головой:
– Не так. Всё не так, Джулия. Ты не должна ехать с ним на эту дачу.
– Почему?
– Оно тебе не надо.
– Ты говоришь загадками, но, кажется, я понимаю.
– Не понимаешь, – возражает мама. – И никогда не поймёшь. Хосслеры причиняют только боль. Ничего хорошего не получится. Не ломай себе жизнь, доченька.
– Не ломать? Ты сейчас серьёзно? У меня и так она сломанная, куда больше?!
– Ничего и не сломанная, – возражает мама. Поднимается на ноги и подходит ко мне. Берёт за руку, заглядывая в глаза: – вернись к Пэйтону. Он же любит тебя и будет сдувать пылинки до конца своей жизни.
Я истерически смеюсь. Смахиваю рукой выступившие слёзы.
– Пэйтон! – иронично произношу. – Ма, может ты сама за него замуж выйдешь?! Смотри, какой подходящий вариант. Весь такой правильный, честный, не чета Хосслеру, да?!
– Да что ты понимаешь, дочь?! Это сейчас в тебе бушуют гормоны. Любовь-морковь, а дальше что?! Ты же понимаешь, что Джейден не сможет обеспечить Джейсону то будущее, которое смог бы дать Пэйтон. Там нет потенциала.
– Ах, – вздыхаю. – Вон оно, что. Я не знала, что ты такая меркантильная. Ма-ма!
– Джулия! – строго чеканит мама. – Ты как со мной разговариваешь? Это тебя Хосслеривский отпрыск научил?! Наглость – это же их фирменное, Хосслеров.
К горлу подкатывает ком. Злюсь. Смотрю на маму колким взглядом и понимаю, что хочется наговорить с три короба!
– Смотрю на тебя, мама и не понимаю, зачем ты снова ломаешь мою жизнь. Тебе было мало? Я же чуть не умерла три года назад. А сейчас… Что сейчас?! Из-за своих обид на отца Джейдена ты снова готова разрушить всё к чертям?! Да ты эгоистка, мама!
Звонкая пощёчина приводит меня в шок.
Неожиданно больно.
Нет, даже не так. Удар под дых. Будто вонзили в сердце нож.
Потираю ударенную щеку. Поднимаю с пола сумку и, не говоря ни слова, выхожу из спальни.
– Ну, что?! Поехали, мужики! – улыбаюсь, обращаясь к Джейдену и Джейсону.
Джейден улавливает в моих глазах грусть. Снимает Джейсона с колен и подходит ко мне. Берёт за руку, сжимая пальцы:
– Что-то случилось?
– Нет, – возражаю ровным тоном. – Просто я чертовски устала после ночной смены.
–
Ничего себе! – восклицаю, рассматривая детское автокресло. – А папа у нас подготовился.
Улыбаюсь. Подхватываю Джейсона на руки и усаживаю в кресло. Джейден тактично отодвигает меня в сторону:
– Мы сами, мамочка. Да, Джейс?! – подмигивает сыну и тот задорно хохочет.
«Мамочка»! Боже, я схожу с ума от этих слов. Нежность и радость заполняют моё сердце приятным волнением. Значит, вот какое оно – счастье!
Я устраиваюсь на пассажирском сиденье впереди. Джейден садится за руль. На короткий миг поворачивает корпус в мою сторону, берёт за запястье, подносит к губам:
– Спасибо.
– За что? – удивляюсь я.
– За сына, за твою любовь, – Джейден тяжело вздыхает, и я улавливаю в его глазах подобие грусти: – я буду хорошим отцом и самым лучшим мужем. Ты не пожалеешь.
– Мужем?!
Джейден ухмыляется. Одобрительно кивает головой и тянется к ключу зажигания.
Я в шоке! В ступоре!
Это, что сейчас было?!
Он, как бы, женатый. Разве, нет?
– Я подал на развод, – говорит Джейден, между прочим. – Вопрос нескольких месяцев. Дай бог, быстрее.
– Когда ты успел?
– Неважно, – улыбается, продолжая смотреть на дорогу. – Важно, что рядом со мной самые близкие и родные люди.
Я млею. Последние ледяные стены тают. Я почти сдалась. Больше нет сил держать оборону. Слышать от Джейдена подобные слова – дорогого стоит. Он же сам по себе сухой, жёсткий, но сейчас… Будто перевернул весь мир вверх дном. Я даже и мечтать не могла, что когда-нибудь познакомлю отца с сыном, а тут…
Всё вдребезги.
Сначала встреча на дороге. ДТП. Скорая помощь. Потом клуб, а ещё потом… Много чего. Он пытался меня сломать. Думал, я слабая и уйду с его пути. Но я не ушла. Осталась! И всё тайное стало явным.
Значит, всё было не зря. Не напрасно!
Через полчаса Джейден паркует машину напротив одного торгового центра. Я выхожу первой из авто и сразу же бегу к сыну, но… Джейден всё делает сам: расстёгивает ремень безопасности, достаёт Джейсона, садит себе на плечи.
Сыну нравится. Он улыбается едва не до ушей, крепко держась за шею отца.
Плачу.
Тихо-тихо, чтобы никто не видел, не слышал.
Смахиваю одинокие слезинки и достаю из кармана телефон, чтобы сделать совместное фото. Подхожу к Джейдену и устраиваюсь рядом, положив голову на сильное плечо. Фотографирую несколько раз.
Получается хорошо. Трое счастливых людей. Папа, мама, сын. Все вместе, как и должны быть.
– Я люблю тебя, – шепчет на ухо Джейден и нежно целует в щеку.
Не отвечаю. В спешке сую телефон в карман и быстрым шагом иду вперёд.
Оборачиваюсь:
– Догоняйте.
Джейден стоит на месте, не шевелится:
– Ты не ответишь? – тёмные брови ползут вверх.
Отрицательно киваю головой:
– Хосслер, кажется, ты собирался ухаживать. Передумал?
– Джули, я долго не смогу, – вздыхает.
Я понимаю. Сама не смогу долго, но!.. Не хочется спешить. Не хочется с разбега и в омут, в болото. Ведь затянет. Не выберусь. Совсем потеряю себя. Опять…
– Я верю в твои способности. Сможешь, – игриво подмигиваю и поворачиваюсь спиной.
В гипермаркете забиваем две тележки до самого верха. Мне даже не верится, что мы способны столько съесть, но Джейдену виднее. Он непростительно сорит деньгами и меня это немного раздражает. Покупает Джейсону всё, что не попросит. Сладости, игрушки, соки… Мама дорогая, я за голову берусь, представляя масштабы кариеса, если такие покупки войдут в привычку.
Уже на кассе я тактично забираю шоколадные яйца и кладу их обратно, на полку.
– Джейден, – шиплю сквозь плотно сжатые зубы. – Не ведись на поводу. Завтра Джейсон попросит машину и, что?!
– Значит, куплю машину.
Я закатываю глаза, выдыхаю:
– Нет, Хосслер, так дело не пойдёт.
– Поговорим дома, – шепчет на ухо.
Сдерживаюсь. Он прав. Поговорим наедине, но тогда пусть готовится!
Забив багажник пакетами, продолжаем путь.
Джейсон по дороге засыпает. Я смотрю на спящего сына и ощущаю, как быстро стучит сердце. Внутренний голос бьёт тревогу. Волнуюсь.
Машина сворачивает с главной дороги. Заезжает в дачный посёлок. За окном мелькают невысокие дома, пожелтевшие деревья.
Автомобиль останавливается напротив ворот. Я с интересом оглядываюсь по сторонам и выхожу из машины. Джейден подходит сзади. Обнимает за талию, притягивает к себе. Упирается тазом в мои ягодицы.
Тысячи мурашек бегут по спине. По телу проносятся знакомые спазмы. Воздух накаляется… Я откидываю голову на его плечо и позволяю себе немного помечтать.
– Ну, наконец-то! – произносит незнакомый мужской голос, и я вздрагиваю, распахивая глаза.
Высокий, подтянутый мужчина. Тёмные волосы покрыты первой проседью. Глаза большие, добрые, серые, как и у Джейсона, Джейдена.
Задыхаюсь.
Хлопаю ресницами.
Мужчина подходит ближе. Здоровается с Джейденом за руку, а затем устремляет взгляд на меня. Смотрит долго, пронзительно. Щурится.
Я глотаю в горле ком.
Он узнал меня. Точно узнал. Я – копия мамы, точь-в-точь!
Джейден нарушает тишину:
– Папа, это моя Джули.