Глава 21
Аэропорт Инчхон встретил Лейлу серым небом и холодным ветром.
Сеул почти не изменился.
И почему-то именно это делало всё сложнее.
Она медленно шла через терминал с наушниками в ушах, стараясь игнорировать собственное сердце, которое билось слишком быстро.
Спокойно.
Это просто возвращение.
Просто работа.
Просто…
— ЛЕЙЛА!!!
Она даже не успела нормально поднять голову, как Чонгук буквально врезался в неё объятием.
— Ты реально живая?!
Лейла невольно рассмеялась впервые за долгое время.
Настояще.
— Господи, Чонгук, ты меня сейчас убьёшь.
— Я скучал!!
Следом подлетел Тэхён.
Потом Хосок.
Чимин вообще расплакался от радости и сразу начал отрицать это.
— Я не плачу.
— Ты буквально плачешь.
— Это аллергия.
Даже Джин выглядел эмоциональнее обычного.
Только Намджун обнял её молча.
Очень крепко.
И тихо сказал:
— С возвращением домой.
Дом.
Это слово болезненно кольнуло внутри.
Потому что часть неё всё ещё не знала, можно ли назвать это место домом после всего.
—
И потом она почувствовала его взгляд.
Ещё до того, как увидела.
Юнги стоял чуть дальше остальных.
В чёрном пальто.
С руками в карманах.
Тихий.
Но глаза…
Глаза были такими, будто эти два года тоже прошли для него тяжело.
Лейла медленно замерла.
Сердце предательски сжалось.
Он выглядел почти так же.
И одновременно совсем иначе.
Более уставшим.
Более взрослым.
Более… сломанным.
Несколько секунд никто не двигался.
Шум аэропорта будто исчез.
Остались только они.
И всё то, что так и не было сказано.
Юнги первым подошёл ближе.
Очень медленно.
Будто боялся, что она снова исчезнет.
— Привет, Лейла.
Тот же голос.
И сердце снова повело себя неправильно.
Она заставила себя спокойно кивнуть.
— Привет.
Холодно.
Вежливо.
Слишком далеко.
Юнги почти незаметно напрягся.
Потому что сразу понял:
она всё ещё держит стену между ними.
И, возможно, уже не собирается её разрушать.
—
Дорога домой прошла шумно.
Парни говорили без остановки.
Перебивали друг друга.
Смеялись.
Рассказывали истории.
Будто пытались наверстать два года сразу.
Лейла улыбалась.
Иногда даже смеялась.
Но Юнги замечал:
она изменилась.
Очень.
Раньше эмоции жили прямо на её лице.
Теперь она будто всё время контролировала себя.
Каждое слово.
Каждый взгляд.
Каждую реакцию.
И от этого внутри становилось тяжело.
Потому что он помнил другую Лейлу.
Ту, которая смотрела на него с огнём.
—
Когда они приехали домой, Хосок радостно объявил:
— Мы ничего не трогали в твоей комнате!
Чонгук гордо добавил:
— Я даже не украл твой плед.
— Это потому что я спрятал его, — сказал Тэхён.
— ЧТО?!
Лейла снова рассмеялась.
И этот смех ударил по Юнги почти физически.
Потому что он скучал по нему слишком сильно.
—
Позже ночью она вышла на кухню за водой.
Дом уже спал.
Только свет над столом всё ещё горел.
Юнги сидел там один.
Конечно.
Он поднял взгляд сразу.
— Не спится?
Лейла молча открыла холодильник.
— Джетлаг.
Тишина.
Та самая.
Тяжёлая.
Юнги долго смотрел на неё.
Потом тихо сказал:
— Ты стала совсем другой.
Она замерла всего на секунду.
Потом спокойно ответила:
— Люди меняются.
И это прозвучало так,
будто часть этой перемены была его виной.
Потому что так оно и было.