Дьявольский шепот

Увидев меня, блондинка тут же поправляет свои волосы и быстро смотрится в зеркало за барменом. Первая протягивает мне руку:

— Привет, красавчик! Меня зовут Тина.

Я не представляюсь и сажусь за барный стул рядом с ней.

— Вик, повтори еще бокал для Тины. Запиши на мой счет.

— Будет сделано, Грегори, — он тут же начинает греметь бутылками и заливать кучу разных жидкостей в шейкер.

Через пару минут бокал уже стоит перед девушкой.

Она расплывается в улыбке и наклоняется ближе. Начинает рассказывать какую-то глупую историю из бара.

— И представляешь… — она фальшиво смеется, словно актриса из голливудского фильма. — Он предложил разделить счет на двоих. Ну ведь есть еще такие мужики.

— Да уж… — делаю вид, что мне интересно. 

Спустя двадцать минут ее бессмысленного рассказа понимаю, что ей совершенно не интересно, как меня зовут.

Она из тех, кто заполняет паузу собой — без разницы, слушают ее или нет. Я киваю и подзываю бармена, заказываю себе еще виски. Лишь бы он заглушил ее тупые рассказы.

— Ты какой-то задумчивый, — Тина касается моего плеча, и ее пальцы скользят по рукаву моей рубашки. Слишком… интимно. — Вау. У тебя такие твердые мышцы. Давно занимаешься?

Меня моментально передергивает. Но скорее всего она этого не заметила.

От нее пахнет гелем для душа. Этот запах я узнаю из любого мотеля: приторная клубника, дешевая химия, которая держится на коже весь день. Она пахнет доступностью.

Стесси пахнет иначе. 

— Поехали ко мне, —  резко выпаливаю я и  встаю со стула.

Что я блядь творю? Нужно остановиться.

Но ее это даже не смущает. Она молчит секунду. Чувствую ее взбудораженный взгляд на своем профиле.

Тина допивает свой коктейль одним глотком, морщится от кислоты и смеется.

— А ты точно не маньяк?

— Маньяк.

Она смеется, запрокидывая голову. Думает, что это шутка. Но я никогда не шучу. 

В моей голове появляется мысль: убить ее за то, что она пытается заменить Стесси. Пытается казаться лучше. Но единственное на что она способна — это раздвинуть ноги перед тем, кто проявит к ней хоть каплю внимания для того, чтобы почувствовать себя желанной. 

Но я не сделаю этого, потому что второе убийство — я навряд ли смогу скрыть. Сейчас моя личность слишком известна, чтобы я смог так легко прятаться в тени, как раньше.

Всю дорогу у Тины не закрывается рот. Она трещит и трещит. Мой мозг уже закипает и норовит вот-вот взорваться от потока информации. Я киваю в нужных местах, но мысли далеко. Думаю о Стесси: о ее голосе; дерзости; глазах цвета стеблей жесткого темно-зеленого папоротника, который рос во дворе родительского дома. Они смотрели на меня так, будто я – очередное препятствие на ее пути. Член предательски дергается в брюках при одной только мысли о ней.

— Ты живешь тут один? — спрашивает Тина, когда мы заезжаем на подъездную дорожку.

— Да.

Это единственное, чем я могу ее удостоить сегодня.

— И тебе не страшно? — она округляет глаза. — Такой большой дом, и совсем один?

— Нет, мне не страшно. Ты ведь умная девушка, верно?

Тина кивает и улыбается. Молчит. Она уже решила, что этот вечер закончится в моей спальне. Что она — та самая, кто сможет меня «растопить». Что после этого я напишу ей утром. Приглашу на свидание.

Как же она ошибается.

— Вот и отлично. Тогда не задавай мне глупых вопросов, — слишком резко отвечаю на ее кивок.

Захожу в дом первым. Рекс подбегает, виляет хвостом, обнюхивает Тину. Она гладит его по голове:

— Какой милый песик. Как его зовут?

— Рекс. И не трогай его. Он не любит, когда к нему прикасаются незнакомые люди.

Она медленно убирает руку, но улыбка не сходит с ее лица. 

Не знаю, как можно настолько доверять незнакомому человеку. Но либо она слишком глупа, либо слишком глупа…

Ведь в любой момент — я могу достать складной нож из кармана, который всегда ношу с собой. Подойти сзади и…

— У тебя очень вкусно пахнет. Дорого так, — она делает паузу, обдумывая очередной вопрос. — Что это за аромат?

— Не знаю. Просто запах дома, — скучающе отвечаю я.

Подхожу к барной стойке и достаю виски. Наливаю себе в стакан. Ей не наливаю. Потому что уже знаю, что будет дальше.

— А мне? — ее брови дрогнули и она подняла на меня удивленное лицо.

— Ты не будешь пить.

— Почему это? — она начинает двигаться в мою сторону и игриво добавляет. — Я думала, что мы продолжим…

— На колени.

— Что прости?

— Я сказал: встань на колени, — глухо прорычал я.

— Мы даже не поднимемся в твою… — девушка замолкает. Снимает резинку со своего запястья, завязывает волосы и встает на колени передо мной. — Хорошо. Я могу? — она тянется к ширинке моих брюк.

Я перехватываю ее запястье:

— Замолчи и теперь слушай меня внимательно. Поняла? — говорю я и она молча, удовлетворенно кивает. — Сейчас ты встанешь. Заберешь свою сумку и я отвезу тебя домой. Ты забудешь мой адрес и то, что тут произошло. Это тебе ясно?

— Что? Почему? — возбуждение в ее глазах разом потухает.

 — Потому что ты уходишь.

Тина замирает. Смотрит на меня. Ее улыбка становится неуверенной, но она продолжает стоять на коленях:

— Не поняла. В каком смысле — ухожу? Мы ведь только приехали.

— В прямом смысле. Ты уходишь. И делаешь это прямо сейчас, — указываю на дверь. — Или ты оглохла?

— Ты чего? – она нервно смеется, но в голосе уже слышна нервозность. — Мы же договорились... Я думала...

–— Ты ничего не думала. Не думаю, что ты в принципе способна на это, — я отхожу от нее на два шага назад. — Ты приехала, потому что я разрешил. А теперь уедешь, потому что я разрешаю тебе уйти.

Она смотрит на меня таким взглядом, словно я ударил ее по лицу. Потом ее глаза сужаются и она вскакивает на ноги:

— Ты серьезно?

— Как никогда.

— Ты привез меня к себе, чтобы просто выгнать?

— Ты попала прямо точку.

— Какого хрена, чувак? — ее голос повышается. — Ты что, псих? Зачем ты подошел в баре, если не хотел меня?

— Я не собираюсь отвечать на твой вопрос.

Она делает шаг ко мне, и в ее глазах вспыхивает что-то похожее на вызов. Мне плевать. Хочется взять ее за шкирку и выволочь наружу. Но я стараюсь держать себя в руках.

— Нет. Ты так просто не отделаешься. Я не какая-то шлюха, которую можно привезти и вышвырнуть.

— Я и не говорил, что ты шлюха, — я беру бокал с барной стойки и делаю глоток виски, смотря ей в глаза. —  Но если ты настаиваешь на этом определении, то пожалуйста.

Она бледнеет. Потом краснеет. Потом начинает расстегивать пальто.

Так стоп. Что? Она раздевается?

Она реально неадекватная.

— Ладно, — шепчет она дрожащим голосом. — Ладно. Я поняла. Ты хочешь поиграть в эту игру? Давай.

Она скидывает пальто на пол. Стягивает платье через голову. Остается в одном кружевном белье — черном, дорогом. Вероятно купленном специально для вечера, который она себе представляла.

Вот же дура.

— Посмотри на меня, — говорит она, разрывая расстояние между нами. — Я красивая. Ты точно хотел меня, когда позвал. Ты хочешь меня сейчас. Просто перестань быть мудаком и...

— Остановись, — мой голос настолько холодный, что она замолкает на полуслове. Руки, тянувшиеся к застежке бюстгальтера, опускаются.

— Повтори. Может я не расслышала?

— Я сказал — остановись. Одевайся и катись нахер, пожалуйста.

— Ты...

— Я повторяю в последний раз: если ты сейчас не соберешь свои тряпки и свою задницу, то я сделаю это за тебя, — внутри меня закипает злость, которую я уже не могу сдержать. — А если ты собираешься пропустить мои слова мимо ушей, то я отрежу твою тупую башку. Это ясно?

Она молча кивает. В ее глазах блестят слезы. Потому что ее эго разбили вдребезги. Потому что она не привыкла, чтобы ее отшивали. Особенно вот так —  голой, в прихожей чужого дома, даже не дав ей шанса показать, что она чего-то стоит. 

А может быть, она испугалась моей угрозы. Но я сомневаюсь, что она до конца поняла серьезность моих слов.

— Ты больной, — кричит Тина. — Ты реально больной.

Да. Все-таки не поняла. Господи, если ты существуешь, то дай мне сил не совершить убийство сегодня.

— Возможно.

— Да что, черт возьми, с тобой не так?

— Со мной все не так. А теперь одевайся. Я не хочу, чтобы мой пес видел весь этот стыд.

Она всхлипывает, но быстро берет себя в руки. Натягивает одежду и застегивает пальто дрожащими пальцами. Ее лицо горит от стыда и злости.

— Ты пожалеешь, — говорит она у двери. – Ты, мать твою пожалеешь, когда узнаешь, кто мой отец и брат. 

— Да. Конечно. Тогда мы встретимся с тобой в аду и я сдеру с тебя шкуру. На случай, если ты решишь кому-то рассказать, — мой рот растягивается в улыбке. — Доберешься до дома сама.

— Ты даже не представляешь, что теряешь, урод.

— Поверь. Я знаю, — осушаю остатки в бокале одним глотком. — Ровно ничего.

Дверь хлопает.

Рекс сидит в дверях гостиной и смотрит на меня. Потом переводит взгляд на дверь, которой только что хлопнула Тина. Потом снова на меня.

— Не смотри так на меня, мальчик, — говорю псу. — Она сама напросилась.

Рекс тихо гавкает. 

Чувствую себя изменником.

Тошнота прокрадывается к горлу. Я падаю на колени меня извергает прямо на пол.

Нет. Нет-нет-нет. Тяжело дышу и считаю удары сердца, которое вот-вот остановится.

Один. Поднимаюсь на ватных ногах, опираясь о перила лестницы.

Голоса разом заполняют мою голову.

Мне срочно. Два. Едва переступаю первую ступень.

Нужно увидеть. Три. На коленях ползу к двери кабинета.

Ее. С усилием распахиваю дверь и пытаюсь добраться до монитора.

Красная вспышка перед глазами.

Стесси. СТесси. СТЕсси. СТЕСси. СТЕССи. СТЕССИ. СТЕССИ. СТЕССИ. СТЕССИ. 

В моей голове гул голосов. Они не прекращаются. Я не могу их остановить.

Включаю камеры и в темноте смотрю на ее окно. Приближаю.

В комнате лисички горит приглушенный свет. Она сидит на подоконнике в белом топе и кислотно-желтых трусиках. В ее руках книга.

На минуту ощущаю умиротворение и тишину. Делаю глубокие вдохи и мое дыхание выравнивается

Но в следующую: голоса в голове кричат еще громче, перебивая друг друга. Не могу разобрать ни слова. Это не помогает.

Впервые не помогает. Блядь.

Я сползаю со стула на пол.

— Замолчите. Пожалуйста. Хватит, — со слезами на глазах злобно кричу им в ответ. 

В моей голове — Боузер — мой первый пес. Нет. В этот раз я смогу. Сдержусь. Не причиню никому боль.

Поднимаюсь на ноги. Хватаю монитор и со всей силы бросаю его в стену.

Осколки пластика разлетаются по всей комнате со страшным грохотом.

Увидев ее так близко. Почувствовав ее запах. Я больше не могу оставаться в тени. Не могу быть без нее ни секунды своей чертовой жизни.

Я так не могу. Плевать на все. Если она испугается, то я заставлю ее быть рядом. Сломаю и она никуда не сможет от меня уйти. Никогда

Натягиваю первое попавшееся худи под руку и мчусь к ее квартире.