chapter 17.
Семьи, у которых была возможность, покидали город. Многие лишились своих домов, семей и близких людей. Это не было просто «сильным землетрясением», это было то, о чём уже невозможно было умалчивать. Изнанка буквально прорывалась в Реальный мир, унося судьбы десятков семей.
Байерсы, Джейн, Майк, Мюррей и Хоппер вернулись в Хоукинс, воссоединившись с остальными, и Стив пытался жить. Жить с полной растерянностью, потому что Векна жив и в ближайшее время нужно было сосредоточиться именно на спасении мира, продумывать план с ребятами, но его мысли постоянно возвращались к её неподвижному силуэту. Он отчаянно верил, что она боролась, что она достаточно сильна, чтобы победить собственные воспоминания, но новостей о Милославской всё ещё не было.
Макс впала в кому, Эдди мёртв, но Генри точно не собирался останавливаться.
𓂃˖˳·˖ ִֶָ ⋆★⋆ ִֶָ˖·˳˖𓂃 ִֶָ
В комнате Харрингтона разбросаны скомканные листы бумаги, где‑то крошки от еды, а на кровати лежал русско‑английский словарь, где было отмечено: «Одиннадцатая мертва».
Стив не понимал, почему она сказала этим людям неправду, не знал, сколько времени он ещё протянет без неё, не знал, почему, когда он наконец обрёл любовь, начал видеть цели, всё так резко обрушилось.
𓂃˖˳·˖ ִֶָ ⋆★⋆ ִֶָ˖·˳˖𓂃 ִֶָ
В здании школы Хоукинса организовали пункт помощи тем, кто потерял всё: там можно было получить первую помощь, бесплатную еду, одежду и временный ночлег.
Стив нёс большую коробку со старыми игрушками и некоторыми детскими вещами, которые отдала Нэнси на благотворительность для нуждающихся.
Атмосфера в здании, как показалось Харрингтону, была не из приятных: кто‑то горевал о смерти близких — например, Дастин, потерявший близкого друга; кто‑то целыми семьями пришёл сюда за вещами первой необходимости, а кто‑то не стеснялся помогать всем этим людям.
Стив взглянул на Дастина, который теперь говорил с таким же опустошённым дядей Мансона. Хендерсон, всё ещё не пережив трагедию, отталкивал от себя близких, но Харрингтон, безусловно, понимал, что другу нужна поддержка, хотя особо и не мог помочь.
— Большое спасибо, что не остаётесь в стороне, — сказала девушка в свободном свитере, записывая что‑то в документах.
— Можем ли мы ещё как‑нибудь помочь? — уточнила Робин.
— Конечно, и это было бы прекрасно, — ответила она и оглянулась вокруг. — Можете рассортировать вещи по возрастам... или готовить тосты для нуждающихся.
Бакли повернула голову в направлении пункта раздачи еды: за прилавком стояла Викки — та, в которую она влюблена, та, с которой, как ей казалось, не было шансов.
Стив заметил, как улыбка с лица Робин исчезала, а взгляд не отрывался от рыжеволосой девушки с крупными серьгами.
— Это твой шанс. Дерзай, — подбадривал парень, скрывая собственное разочарование. — Давай, Робин, — он подтолкнул подругу плечом.
𓂃˖˳·˖ ִֶָ ⋆★⋆ ִֶָ˖·˳˖𓂃 ִֶָ
Солнце уже садилось, отбрасывая на разрушенный город золотистые тени. Стив закончил с «поручением» и выдохнул. Он оглянулся вокруг, искренне улыбнувшись взаимодействию Робин и Викки, их немного неловким разговорам и переглядкам.
Харрингтон развернулся, чтобы направиться к выходу, но хрупкая, явно уставшая фигура Марии остановила его. Она стояла там. Прямо перед ним.
Светлые волосы были заплетены в короткую небрежную косу, а пальцы от волнения теребили край юбки длиной чуть ниже колен. Голубые, заплаканные глаза зацепились за его тёмные, отчаявшиеся, но любящие.
«Если это сон, это самый прекрасный сон в моей жизни», — подумал он про себя, а ноги уже несли его к ней, обходя людей, не замечая преград.
Мария двигалась к нему. Сначала неуверенно, но, увидев, что он ускоряет темп, она почти бежала, чуть не бросившись в объятия Стива.
Харрингтон поймал её крепкими объятиями, не в силах вымолвить ни слова, а потом отступил, рассматривая лицо девушки.
Милославская положила обе ладони у его щёк, не веря, что она всё‑таки смогла оказаться здесь, оказаться с ним, в его объятиях, чувствовать его сердцебиение через ткань.
Затем — немного робкий, неуверенный, но нежный, плавно переходящий в знающий и долгожданный поцелуй. Стив шагнул от толпы, отводя её в тихий угол, в то время как Мария обхватила его шею, а её ноги непроизвольно слабели.
Харрингтон позволил своей ладони спуститься с её спины на талию, запоминая изгибы, чувствуя, как она теряет равновесие под его прикосновениями.
— Это действительно ты? — прошептал Стив, прижимаясь лбом к её лбу.
— Тебе тоже кажется, что это сон? — Мария слабо улыбнулась.