3
В ту же секунду в подземелье воцарилась гробовая, звенящая тишина. Снейп, только что проверявший свитки, медленно поднял голову. Его черные глаза опасно сузились, а лицо исказилось от подлинной ярости. Профессор ненавидел, когда нарушали порядок на его уроках.Гарри мгновенно обернулся, его лицо побелело, а кулаки сжались так, что побелели костяшки. Он уже готов был перемахнуть через парту, но Снейп опередил всех. Он стремительно, словно огромная летучая мышь, подлетел к вашей парте, и его черная мантия взметнулась в воздухе.
— Что здесь происходит?! — ледяным, дрожащим от злости шепотом произнес Снейп. — Т/И, Малфой! Вон из класса! Оба! Живо!
— Профессор, это Малфой… — яростно выкрикнул Гарри, вскакивая с места, но Снейп резко оборвал его:
— Садитесь, Поттер! Еще одно слово, и Гриффиндор лишится пятидесяти очков. А вы двое — на выход!
Выхода не было. Ты подхватила свою сумку и, тяжело дыша от гнева, быстрыми шагами направилась к двери под встревоженным и полным боли взглядом Гарри. Малфой, пряча злую ухмылку, неторопливо пошел следом.Тяжелая дубовая дверь кабинета с грохотом захлопнулась за вашими спинами. Полумрак школьного коридора встретил вас прохладой и полным одиночеством — все ученики были на занятиях. Ты сделала лишь несколько шагов, намереваясь поскорее уйти подальше от этого места, как вдруг сзади послышался стремительный шорох мантии.Малфой резко, со всей силы схватил тебя за плечи и рванул на себя. Ты даже охнуть не успела, как он с силой прижал тебя спиной к холодной каменной стене подземелья, перекрывая все пути к отступлению.Драко уперся ладонями в стену по обе стороны от твоей головы, тяжело и прерывисто дыша прямо тебе в лицо. На его щеке всё еще алел след от твоей утренней пощечины, но сейчас в его серых глазах горел опасный, безумный огонь. Он был уязвлен, обозлен и больше не собирался сдерживаться.
— Думала, самая умная? — прошипел он сквозь зубы, наклоняясь так близко, что его платиновые волосы коснулись твоего лба. — Из-за тебя меня выставили из класса. Теперь никто не прибежит тебя спасать, Т/И. Твой святой Поттер сидит за дверью и варит зелье, а ты сейчас ответишь за всё, что устроила на завтраке.
Драко замахнулся и ударил тебя .От сильного удара Малфоя в голове помутилось, а в глазах на мгновение потемнело. Боль обожгла щеку, и ты начала оседать на каменный пол коридора, но Драко грубо и со всей силы схватил тебя за воротник мантии, удерживая на весу. Твоя ткань опасно затрещала.
— Это тебе за утренний позор, — прорычал он, тяжело дыша от ярости.
Его лицо исказилось от злости. Он снова замахнулся свободной рукой, сжимая пальцы в кулак, чтобы нанести очередной удар. Ты зажмурилась, готовая к новой вспышке боли, как вдруг тяжелая дубовая дверь кабинета Зельеварения с оглушительным грохотом сорвалась с петель и буквально влетела внутрь коридора.Из кабинета выбежал Поттер.В его глазах не было обычного страха или подростковой злости — это была чистая, первобытная ярость человека, у которого пытаются отнять самое дорогое в жизни. Заметив, что Малфой держит тебя за воротник, а на твоем лице наливается синяк, Гарри издал глухой, страшный рык.
— Отпусти её, Малфой! — закричал он так, что стены подземелья, казалось, задрожали.
Гарри даже не стал доставать волшебную палочку. На полной скорости он налетел на слизеринца, сбивая его с ног мощным ударом плеча. Драко от неожиданности выпустил твой воротник и с криком отлетел в сторону, сильно ударившись спиной о противоположную стену.Ты начала падать, но Гарри мгновенно, с поразительной ловкостью перехватил тебя под кумы и бережно прижал к своей груди, помогая удержаться на ногах. Его руки заметно дрожали, а сердце в груди колотилось как сумасшедшее. Он испуганно осматривал твое лицо, и в его зеленых глазах, всегда полных любви к тебе, сейчас плескался дикий страх за твою жизнь.
— Т/И, Мерлин, Т/И… ты как? — судорожно шептал он, бережно стирая пальцем каплю крови с твоей разбитой губы. — Я здесь, слышишь? Я с тобой, тебе больше никто не навредит.
Малфой тем временем со стоном поднимался с пола, держась за ушибленный бок и яростно глядя на Поттера. За дверью класса уже послышались тяжелые шаги взбешенного Снейпа, который шел выяснять, кто разнес его дверь.
Тяжелые шаги Снейпа эхом разнеслись по коридору, и через секунду профессор вырос в дверном проеме. Его лицо было бледнее обычного, а черная мантия зловеще развевалась. Он собирался обрушить на нарушителей всю свою ярость, но стоило ему сделать шаг, как он резко замер.Снейп увидел всё.Он увидел тебя, бледную, прижимающуюся к груди Поттера. Увидел твою разбитую губу и быстро наливавшийся синяк на щеке. Затем его ледяной взгляд переместился на Малфоя, который тяжело дышал у стены, судорожно потирая сбитые костяшки пальцев. Тяжелая, удушливая тишина повисла в коридоре. Даже Снейп, со всей его предвзятостью к Гриффиндору и любовью к своему факультету, не мог проигнорировать очевидное — чистокровный наследник Слизерина только что жестоко избил беззащитную девушку на глазах у всей школы.Черные глаза профессора опасно сузились. В них промелькнуло что-то среднее между брезгливостью и глубоким разочарованием в своем любимом ученике.
— Малфой, — тихо, но так угрожающе произнес Снейп, что Драко заметно вздрогнул и опустил голову. — Живо в кабинет директора. Марш. Я лично займусь вашим наказанием. И не дай Мерлин вы решите свернуть в сторону гостиной.
Драко, злобно сверкнув глазами на прощание, быстро похватил сумку и почти бегом скрылся за поворотом коридора.Снейп медленно повернулся к вам. Гарри по-прежнему крепко закрывал тебя собой, его палочка всё еще была наготове, а в зеленых глазах горело яростное недоверие к учителю. Профессор на секунду задержал взгляд на лице Гарри — и на мгновение в глазах Снейпа отразилась какая-то старая, глубокая и очень болезненная личная драма. Он шумно выдохнул сквозь зубы.
— Поттер, — уже спокойнее, без привычного яда в голосе сказал Снейп. — Заберите Т/И и немедленно отведите её в Больничное крыло к мадам Помфри. Урок для вас окончен.
Гарри не стал ждать повторения. Он аккуратно подхватил тебя под руку, помогая идти, и бережно повел прочь из холодных подземелий, оставляя Снейпа стоять посреди разрушенного коридора.
Ноги после пережитого ужаса и сильного удара совсем не слушались. Стоило вам выйти на широкую лестницу, ведущую из подземелий, как перед глазами снова всё поплыло. Ты оступилась, споткнулась о каменную ступеньку и начала падать.Но упасть тебе не дали.Гарри среагировал мгновенно, перехватив тебя прямо в воздухе. Он аккуратно и бережно взял тебя на руки, прижимая к своей груди так крепко, словно ты была самой хрупкой и драгоценной вещью во всем мире. Ты инстинктивно обхватила его за шею, чувствуя, как быстро бьется его сердце и как приятно пахнет его мантия — костром из гостиной Гриффиндора и свежим ветром.
— Держись, Т/И, я держу тебя, — тихо и очень нежно прошептал он, преданно заглядывая тебе в глаза через круглые очки.
В его взгляде больше не было той ярости, с которой он бросался на Малфоя. Там осталась только безграничная, чистая любовь, забота и страх причинить тебе боль.Несмотря на тяжелую сумку за плечами, Гарри уверенно понес тебя вверх по лестницам Хогвартса, прямиком к Больничному крылу. Встречные ученики удивленно оборачивались вам вслед, шептались и провожали вас взглядами, но Избранному было абсолютно плевать на весь мир. Он не спускал глаз с твоего бледного лица, осторожно перешагивая через движущиеся ступени.Когда тяжелые двери Больничного крыла со скрипом распахнулись, мадам Помфри всплеснула руками от ужаса:
— О Мерлин! Поттер, что опять произошло?! Кто это с вами?
— На неё напали, мадам Помфри, — глухо ответил Гарри, аккуратно опуская тебя на ближайшую кровать с белоснежными простынями.
Он помог тебе лечь на мягкие подушки, но даже после этого не отошел ни на шаг. Он сел на край кровати и тут же крепко взял тебя за руку, переплетая свои пальцы с твоими.Пока колдомедика вертелась вокруг тебя, взмахивая палочкой и накладывая заживляющие чары на разбитую губу и щеку, Гарри непрерывно смотрел на тебя своим особенным, влюбленным взглядом. Его ладонь была горячей, и он то и дело бережно поглаживал большим пальцем твою руку, безмолвно извиняясь за то, что не смог защитить тебя с самой первой секунды.
Не успела мадам Помфри отойти к шкафчикам за успокаивающим и заживляющим зельем, как тяжелые двери Больничного крыла с грохотом распахнулись.В помещение буквально ворвались взволнованные Рон и Гермиона. Вид у них был растрепанный — они явно бежали через все этажи, бросив вещи, как только Снейп отпустил класс.
— Т/И! Мерлин, ты как?! — Гермиона подлетела к твоей кровати, тяжело дыша и испуганно осматривая твое лицо.
На ее глазах даже выступили слезы, когда она увидела синяк на щеке, который уже заметно бледнел под действием магии.
— Мы всё слышали! Этот подонок Малфой… Снейп увел его к директору, и я надеюсь, его вышвырнут из школы!
Рон остановился рядом, яростно сжимая кулаки. Его лицо до сих пор горело от гнева:
— Если Макгонагалл или Дамблдор его не исключат, я лично подкараулю его после квиддича и сломаю ему нос! Напасть со спины на девушку… Слизеринское отродие!
Гарри, всё это время сидевший на краю твоей постели и крепко державший тебя за руку, даже не обернулся на друзей. Его влюбленный и заботливый взгляд по-прежнему был прикован только к тебе. Он лишь слегка повернул голову к Рону и Гермионе, тихо, но твердо заметив:
— Ей сейчас нужен покой. С Малфоем я сам разберусь. Больше он к ней не прикоснется.
Рон перевел взгляд на ваши переплетенные пальцы, затем на Гарри, который сидел так близко к тебе, словно охранял самое дорогое сокровище в мире. Рыжий парень понимающе вздохнул, его гнев немного утих, уступая место мягкой улыбке.
— Да уж, друг, мы видели, как ты вылетел из класса, — негромко сказал Рон, пихая Гарри в плечо. — Снейп даже вычесть очки не успел, ты просто снес дверь.
Гермиона ласково улыбнулась, глядя на то, с какой нежностью Гарри поглаживает твою ладонь. Она аккуратно положила руку на плечо Рона и потянула его назад, давая вам немного пространства.
— Мы просто хотели убедиться, что с тобой всё в порядке, Т/И. Мы зайдем попозже в гостиной, хорошо? Отдыхай.
Они тихо направились к выходу, оставив вас вдвоем в залитом мягким дневным светом Больничном крыле. Гарри дождался, пока за ними закроется дверь, наклонился чуть ближе к тебе и прошептал:
— Тебе правда лучше? Ничего не болит?