12
- Сильнее. Давай, никак баба, - выдохнул он, дёргая плечом, будто сбрасывая мою нерешительность.
- Не могу я тебя туда бить, зная, что ты туда себя пырнул, - ответил я, чувствуя, как ладонь немеет от напряжения. - Я как будто сам эту боль чувствовать начинаю.
- Закрой глаза и ударь, - он говорил так, будто речь шла о чём-то простом, вроде щелчка по лбу.
- Не могу. Я просто представляю, что у тебя там, - я отвёл взгляд, потому что в голове уже рисовались слишком чёткие, слишком липкие картинки.
- Хочешь, я даже показать могу, - сказал тот и расправил плечи. Будто бы он прямо сейчас был готов задрать свою футболку. Пальцы уже потянулись к подолу.
- Нет, не стоит, а то я точно больше никогда не усну, - поспешно сказал я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.
- Пх, зато мучиться не будешь! - он усмехнулся, и в этой усмешке сквозило что-то почти гордое.
- Я лучше посплю, - ответил я, хотя понимал, что после этого разговора сон - не самое вероятное событие.
- Тебе вообще не интересно? - он прищурился, и в глазах его загорелся странный, почти детский азарт.
- Интересно, конечно, но как будто я не должен видеть этого, - признался я, теребя край простыни. Пальцы дрожали.
- Да брось, ты же не какой-нибудь сок от тёлочки смотришь, а на меня. Нет, ну конечно, восприятие у всех разное, - сказал тот, пожав плечами. Движение вышло дерганым, будто он и сам не был до конца уверен в своих словах.
- Ты до сих пор думаешь, что я гей? - я приподнялся на локтях, устраиваясь полусидя, и посмотрел прямо в глаза Ёнджуна. Взгляд мой был твёрдым, но внутри всё дрожало.
- Ну, да... Есть такое, - он не отвел глаз, наоборот - будто ждал продолжения.
- Почему это у тебя такой интерес вызывает? - спросил я, чувствуя, как бровь невольно ползёт вверх.
- Ну, это же интересно. Вдруг из своего опыта что-нибудь расскажешь, - он облизнул губы и откинулся на подушку, не переставая смотреть на меня.
- Нет, у меня нету такого, я не гей, Джун. А вот по твоей позе на мне я бы поспорил о твоей ориентации, - сказал я, кивая на то, как он развалился на моей кровати, слишком расслабленно, слишком близко.
- Пх, это скорее педофилия, чем гей, - усмехнулся он, и глаза его хитро блеснули.
- Так ты педик? - спросил я, вскинув бровь.
- Неа, мне девушки нравятся, - ответил он, но в голосе его не было той уверенности, что бывает у людей, которым нечего скрывать.
- Видно, насколько сильно, хах, - я опустил взгляд на его бёдра, на то, как неловко он лежит, и усмехнулся.
Ёнджун спустил взгляд следом за моим. На секунду в комнате повисла тишина - такая плотная, что слышно было, как тикают невидимые часы где-то за стеной.
Но я резко рассмеялся.
- Хахх, такое неловкое молчание, хсхах, - выдохнул я, смеясь скорее от напряжения, чем от веселья. Смех вышел рваным, нервным.
Ёнджун стал смеяться вместе со мной и дал мне лёгкий подзатыльник. Ладонь его шлёпнула по затылку почти по-братски, и от этого жеста стало чуть легче.
- Ладно, вставай, а то сейчас зайдёт медсестра и ахуеет, - сказал я, пытаясь выровнять дыхание и вытереть выступившие от смеха слёзы.
- Пх, ну ничего, мясо нам тоже нужно, - ответил он, не двигаясь с места.
- В каком смысле? - я замер, чувствуя, как внутри снова поднимается тревога.
- Завалим её!! - радостно сказал тот, и глаза его загорелись тем самым диким, безумным светом.
- Нет, мне будет только от этого представления плохо, - поморщился я, отодвигаясь к стене.
- Ну, ты отвернись, а я уже.. фуууу, - он поднёс руки к животу и сделал вид, что разрывает что-то.
- Фу! Не продолжай, - перебил я, прикрывая глаза ладонью.
- Вот только чем ей брюхо вспороть? - задумался он, постукивая пальцем по подбородку.
- Джун! Хватит! - мой голос сорвался на почти крик.
- Вот достаю я её прямую кишку. Она такая склизкая, розовая, тугая, наполненная отходами, - он говорил медленно, со вкусом, будто описывал блюдо из ресторана.
- Фу! Я щас блевану! - сказал я и прикрыл рот рукой. В горле уже чувствовался рвотный рефлекс - кислый, обжигающий.
- Не волнуйся, я почищу от отходов, - ухмыльнулся он, наклоняясь ближе.
Я слегка дрогнул, после стал пытаться скинуть Джуна, чтобы хотя бы сесть. Сдерживать тошноту было сложно - каждое его слово било по желудку, как кулак.
- Или хочешь узнать, как я буду убирать её лишние дырки? - ухмыльнулся тот, становясь всё ближе. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего, и от этого в голове помутилось.
Я резко ударил того в грудь, помогая себе ногами, чтобы скинуть его с себя. Удар вышел сильнее, чем я ожидал - страх и отвращение придали сил.
- Сука, Бомгю.. - еле выдавил тот, держась за сердце и стараясь как-то отдышаться. Воздух шёл тяжело, со свистом, и его лицо побледнело. Пальцы впились в футболку в том месте, где под тканью скрывалась рана.
- Ой! Прости, пожалуйста! - воскликнул я, и все мысли о тошноте мгновенно сменились ледяным страхом. Я быстро привстал на локти, подаваясь к нему.
Он ничего не говорил. Просто держался за грудь и слегка сползал вниз, прямо с меня на кровать. Дыхание его было хриплым, рваным.
- Тебе плохо??? Может, мне медсестру позвать??? - обеспокоенно спросил я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.
Тот только довольно улыбался - широко, почти безумно - но было видно, что дышать ему тяжело. Видимо, я заехал ногой или кулаком в какую-то важную или более слабую часть его тела. Туда, где рана была глубже.
«Ему бы, наверное, сесть нужно, - подумал я, лихорадочно перебирая варианты. - Но как я его скину?? Если я постараюсь это аккуратно сделать бёдрами, то боюсь, что это будет выглядеть как что-то другое. Да и вдруг у него ещё какие-нибудь наклонности есть? Могу сделать только хуже».
Я никак не мог принять чёткого - пусть даже неправильного - решения. Время тянулось, а Джун всё так же лежал на мне, тяжело дыша и странно улыбаясь.
- Джун, нормально всё? - спросил я, наконец, чувствуя, как голос дрожит.
- Мг.. - сказал тот. И в этот момент я увидел слёзы на его глазах. Они блестели в полумраке комнаты, скатываясь по щекам к уголкам губ.
- Может, ты ляжешь и так будет легче? - предложил я, почти умоляя. Пальцы мои судорожно сжали простыню.