🔅
Воздух в клане стал другим, спустя три года.
Правление Би-Ханя было леденящим, он был лидером - алгоритмом защиты и порядка, а решения безупречны как холод. Он построил неприступную крепость из дисциплины, но в её стенах стало тихо.
В запретном крыле библиотеки, среди фолиантов, которые Вайолет когда-то конфисковала чтобы поймать у Куан Чи, сидел Эбссуд Линь Вэй
в его глазах светилась глубокая сосредоточиность, по его велению тени сгущались в углах комнаты становясь плотными, как смола. Би-Хань знал об этом, он не поощрял но не запрещал.
Бейджо Шу Хань яростно отрабатывал удары на манекенах, был агрессивен и прямолинеен. Его неприязнь к Эбссуду была глухой но постоянной, он не видел в младшем брате воина - лишь напоминание о смерти матери. Бейджо боготворил её яростную отвагу. Эбссуд, никогда не знавший её, интуитивно тянулся к её скрытой стратегической и мистической стороне. Их конфликт был предрешён.
Алый Тяг под управлением Хайраддина и Фатьмы, расцветал. Они правили не как диктаторы - а как старшие брат и сестра, дипломатическую хитрость и глубокие знания магии унаследованные от матери.
Их дружба с Императрицой Милиной и её наставницей Ди́вворой приносили плоды - защита, честь, ресурсы, стабильность.
###
Сцена открывается: около фонтана. Эбссуд сидел у ледяного фонтана в саду цитадели, наблюдая как тени от колонн сливаются в причудливые узоры, подошла Вергилий.
[Хань Шу]: Не дай гневу брата убедить тебя что твой путь неправильный, магия в твоих жилах часть её наследии.
[Линь Вэй]: Она видела узоры в тенях?
[Хань Шу]: Иногда, в свете и во тьме.
Она уходит, оставляя его наедине с мыслями. Би-Хань видит как империя которую он сохранил, ценой собственного сердца начинает давать трещины от внутренних противоречий, его мысли прирывает Сяомин.
[Сектор]: Мои люди заметили след магического перехода на границах Внешнего Мира, словно кто-то возвращался по тому маршруту несколько раз.
[Саб-Зиро]: Стихия?
[Сектор]: Это что-то интеллектуально-стерильное, замаскирована на фундаментальном уровне.
Би-Хань подошёл к огромному покрытому инеем окну, за которым лежали бескрайние снега его владений.
[Саб-Зиро]: Отправить туда отряд для установки скрытых сенсоров, данные ко мне лично.
[Сектор]: Будет исполнено, великий Мастер.
Она развернулась и ушла пройдя мимо Вергилия, её шаги затихли в коридоре. Би-Хань, всё ещё стоявший у окна, лишь слегка повернул голову.
[Хань Шу]: Эбссуд всё свободное время проводит в архивах, выходящие за рамки обычной замкнутости.
[Саб-Зиро]: *резкость в голосе* Он наследник, его путь не обязан быть как у всех.
[Хань Шу]: Эбссуд не просто переменная в уравнении, он≠≠≠
[Саб-Зиро]: Он мой сын!
Вергилий встретив этот взгляд, понял что дальнейшие доводы бесполезны.
[Хань Шу]: Его магия не развивается, она мутирует его.
Он отдал безупречный поклон и вышел, оставив Би-Ханя наедине с двойной тайной: на границе владений и другой, гораздо более близкой. Би-Хань снова уставился в зимний пейзаж за окном. В тронном зале воцарилась тишина, сначала стёртые следы на границе а теперь младший сын - копающийся в тёмной магии под цитаделью.
###
В центре на алтаре из цельного нефрита, покоился прозрачный саркофаг похожий на глыбу чистейшего льда. В нём фигура в алых и золотых хестех-доспехах - Вайолет Тан Шу. Тишину храма охранял Герас. Его песочные часы текли с привычной, неумолимой точностью и неожиданно происходит сбой.
Песчинки в часах Гераса начали падать вверх.
[Хранитель]: Быть этого не может...
От саркофага исшёл едва уловимый трепет, потянулись струйки чистой энергии - тело Вай начало меняться, её облик стремительно откатывался назад к тому времени когда ей было двадцать четыре, в её неподвижном сердце вспыхнул ярко-зелёный огонёк и её серо-голубые глаза, раскрылись.
