Глава 21. «Гостиная, игры и маленькая месть»
Особняк Эмили. Вечер
Регулус планировал остаться на день или два, но уже идёт третий вечер, а уезжать ему всё не хочется.
Сначала он держался сдержанно, почти отстранённо, но с каждым днём лед между ним и остальными начал таять.
Сегодня они все собрались в гостиной.
Уютный полумрак, мягкие диваны, магическая свеча переливается в камине. На столе — тёплые булочки с корицей, шоколад, соки и масло с мёдом.
На полу разложена настольная магическая игра — вроде шахмат, но с сюрпризами: фигуры оживают и запутывают игроков.
Эмили сидит в кресле, поджав ноги. Сириус валяется на ковре, вытянув руки. Джеймс, Лили и Питер спорят о правилах. Анна с Римусом тихо смеются. Регулус — напротив Эмили, с кружкой чая.
Регулус (с лёгкой усмешкой):
— Надо признать, я не думал, что вы такие... домашние.
Джеймс:
— Мы — как семья. Шумные, наглые, но свои.
Сириус (поднимает бровь):
— А Рег думает, что мы — секта.
(подмигивает)
— Добро пожаловать, братец. Мы всё равно тебя не отпустим.
Эмили (смеётся):
— Особенно после сегодняшнего утра. Ваша тайная утренняя сходка мне дорого обошлась!
Все засмеялись, кроме Питера, который честно вскинул руки:
Питер:
— Я вообще спал!
Эмили (со зловещей улыбкой):
— Вот поэтому ты один из немногих, кого я пощажу.
На следующее утро. Месть Эмили
Эмили проснулась на рассвете, но вместо завтрака...
она взяла волшебную краску-хамелеон, которая исчезает к полудню, и тишком пробралась в комнаты парней.
• Джеймсу она нарисовала на лбу: «Я Лилин фанат №1»
• Римусу на щеке — «Мистер очевидность»
• Сириусу — на шее: «Собачка дня»
• Регулусу — «Улыбнись хоть раз!»
• Питеру... ничего. Он просто получил дополнительную порцию булочек.
Крики с верхнего этажа утром были прекрасной симфонией для Эмили.
Сириус (вбегает, заспанный, но ошарашенный):
— Я ЧТО?!
Джеймс (смотря на зеркало):
— А че сразу Лили то? Не ну ладно признаю
Римус (непонимающи):
— а почему я Мистер Очевидность?
Регулус (глядя в зеркало):
— Я выгляжу как идиот.
Эмили (в шёлковом халате, с чашкой какао):
— Ах, доброе утро! Вы уже нашли свои подарки?
(усмехается)
— А ты, Регулус, впервые улыбнулся. Готово, цель достигнута.
Поздний вечер. Гостиная
Позже, когда все уже ушли по комнатам, остались Регулус и Эмили.
Они сидели у камина, допивая чай. За окном шелестит тёплый ветер.
Эмили (спокойно):
— Ты ведь не просто так сбежал, да?
Регулус (пауза):
— Ты первая, кто спросила это без осуждения.
(вздыхает)
— Я просто устал. От ожиданий. От семьи. От игры.
Они хотят, чтобы я был тем, кем я не являюсь.
Сириус сбежал — и его изгнали.
А я... я всё ещё играю в их игру. Но проигрываю внутри.
Эмили (тихо):
— У всех нас были свои ожидания.
Мне тоже говорили, какой я должна быть.
Но я выбрала то, кем хочу быть я.
Регулус (посмотрел на неё внимательно):
— А кем ты хочешь быть?
Эмили (улыбаясь):
— Тем, кто варит лучший чай и мстит с утренним креативом.
Регулус (смеётся — впервые по-настоящему):
— Справедливо.
Пауза. Тёплая. Уютная.
Регулус:
— Спасибо, Эмили. За то, что здесь можно быть просто собой.
Эмили (мягко):
— И не забывай: с нас ещё игра на реванш.
На кону — твоя репутация "молчаливого загадочного".
Регулус:
— Сегодня я буду "улыбчивый загадочный".
Они смотрят на огонь.
И в этом пламени — тишина, принятие, и впервые — дружба, не связанная с фамилией Блэк.
Ночь полнолуния — Лес за поместьем Флинн
Луна взошла полная и яркая, освещая землю бледным холодным светом. Было тихо. Даже птицы умолкли, будто чувствуя приближение магии.
Четверо друзей — Римус, Джеймс, Сириус и Эмили — стояли на границе леса. Питер уже спал в особняке, и они не стали его будить.
Римус (тяжело дыша):
— Пора... Я чувствую... скоро...
Эмили (тихо):
— Мы с тобой. Как всегда. И не вздумай извиняться.
Сириус (кивает):
— Чтобы ты помнил — ты не один, Лунатик.
Римус держался из последних сил, но дыхание было резким, глаза — дикими.
Эмили (шёпотом):
— Всё будет хорошо. Мы с тобой.
Сириус (серьёзно):
— Как всегда. До конца.
Джеймс:
— Мы рядом, Лунатик. Начинается.
Римус пошатнулся. Его тело задрожало. Он схватился за дерево, но тут же согнулся от боли. Луна вырвалась из-за облаков, и свет ударил в него — началась трансформация.
Сгибаясь, срывая крик, он падал на колени — тело ломалось, лицо вытягивалось, зубы удлинялись. Через несколько секунд перед ними уже стоял не человек, а волк — огромный, с янтарными глазами и рычащей грудью.
Он зарычал. Глаза метались. Он чувствовал угрозу.
Но в следующий миг перед ним появились три фигуры:
• Сохатый — высокий олень с яркими глазами. — Джеймс —
• Бродяга — чёрный пёс с блестящей шерстью. — Сириус —
• Верлис— изящная рыжая лисица, быстрая и бесстрашная. — Эмили —
Волк замер. Его дыхание хрипло, рычание стихло. Он узнал их.
Чуть опустил голову и шагнул ближе.
Лисица мягко ткнулась мордой ему в бок.
Пёс встал по другую сторону, готовый остановить любое безумие.
Олень поднял голову, следя за каждым движением.
Они не дали ему потерять себя.
Римус рычал, но не нападал. Он узнавал их. Всю ночь они бегали по лесу — друзья, сквозь страх и силу, — они остались с ним. Пока луна не села и утро не окрасило небо.
На рассвете, когда Римус снова стал человеком, он лежал в траве, ослабевший, но... спокойный.
Они были рядом.
Они остались.