Глава 17. Письмо от близкого друга
Письмо после бала
Поздняя ночь. Комната Гриффиндора
Бал завершён. Пары расходятся. Смеющиеся лица, музыка уже в прошлом.
Эмили возвращается в башню одна, в бордовом платье.
Сириус проводил её до портрета, но остался внизу — дал ей тишину.
На кровати — письмо. Старая, плотная бумага.
Эмили узнаёт почерк с первого взгляда.
«Матео» подумала она. Взяв в руки письмо, она аккуратно развернула его
Письмо:
Эмили, Я надеюсь, бал прошёл так, как ты мечтала. Представляю тебя в платье — элегантную, как всегда, с тем взглядом, в котором можно утонуть, даже если не смотришь прямо.
Мне не нужно было быть там, чтобы знать — ты сияла.
Я не пишу это письмо, чтобы вновь возвращать нас к тому, что было.
Я просто... хотел сказать, что ты всё ещё важна. Не как сожаление, не как то, что ушло. А как часть сердца, что остаётся — в любом времени. Мы не всегда получаем то, что хотим. Но мы можем сохранить то, что было — красиво. Если ты читаешь это письмо в тишине, — знай: я улыбаюсь. Потому что ты всё ещё читаешь.
Я прилагаю маленький подарок. Шифр. Только ты поймёшь, если захочешь понять. Но даже если не разгадаешь — не страшно. Иногда всё нужное приходит позже.
М.
Конверт
Внутри — был маленькие лист с написанным кодом и знаком: полумесяц, римская цифра VI, а рядом — слово: Revocare
(на латыни: «возвращать»)
Эмили смотрит на лист. Щурится.
Она не может понять, что это — загадка? Дата? Шутка?
Она вздыхает, аккуратно складывает бумагу и прячет её в дневник.
— что же это могло значить? Это что то важное? Или просто шутка? — она ходила по круго
Эмили вскоре перестала дума об этом шифре и легла спать
Письмо, которое не предназначалось ему
Утро после турнира. Коридор перед библиотекой. Суета. Ученики торопятся на занятия
Эмили опаздывала. В одной руке — книги, в другой — сумка с пергаментами.
В попытке достать нужный том по защите от тёмных чар, она резко потянула тетради, и не заметила, как из сумки выпал её дневник.
Толпа гремит шагами, разговорами, никто ничего не замечает.
Никто — кроме Сириуса.
Он стоял чуть в стороне, переговариваясь с Джеймсом.
Но когда заметил, что нечто кожаное упало на пол — сразу узнал это.
Сириус (вслух):
— Это же... её дневник?
Джеймс (смотря на дневник):
— Да, это её дневник
Он поднимает его. Оглядывается, пытается найти Эмили в толпе, но она уже свернула за угол.
Нахмурившись, Сириус кладёт дневник в сумку. Но в этот момент...
Что-то тонкое и свернутое падает на пол.
Это письмо. Старое. На нём нет имени. Только знакомое оформление. И герб — Ноттов.
Джеймс (напряженно):
— Ты же не собираешься читать его?
Сириус (напряженно):
— нет...конечно нет
*В кабинете Зельеваренья*
Сириус замер.
Он знает, что это письмо не для него. Но он также чувствует:
это не просто письмо, это что-то, что ещё держит Эмили внутри.
Он не разворачивает его сразу. Нет. Он садится в пустом классе, кладёт письмо на стол... и долго смотрит на него.
Потом — разворачивает.
Он читает:
Эмили,
Я надеюсь, бал прошёл так, как ты мечтала...
...Иногда всё нужное приходит позже.
М.
И затем — лист с шифром.
Полумесяц. VI.
Слово: Revocare.
Сириус хмурится. Его мозг мгновенно включается.
— «VI» — шестой. Шестой курс?
— Полумесяц — середина...
— «Revocare» — возвращать. Вернусь?
Сириус (шепчет):
— Он собирается вернуться.
Он медленно откидывается на спинку стула.
Лицо — не злое. Не растерянное. Грустное. И очень, очень тихое.
Мысли Сириуса
_«Она мне ничего не сказала. Или... не знала.
А может — не хотела знать.
Может, часть её до сих пор ждёт его.
Может, я — просто пока.
А я уже — навсегда...»_
Он аккуратно складывает письмо обратно.
Затем — берёт дневник и идёт искать Эмили.
Твоё письмо
День. Библиотека. Уединённый угол у окна
Эмили сидит одна, склонившись над книгой по Зельям. Но взгляд давно упал с текста — она задумчива, уставшая. Как будто что-то гложет.
В этот момент появляется Сириус. Молча. Без шутки. Без громкого приветствия. Просто подходит и кладёт перед ней её дневник.
И... сверху — аккуратно сложенное письмо.
Эмили (вздрагивает):
— Мой... дневник?
Сириус:
— Упал, когда ты книги доставала. Я заметил. Хотел догнать но ты уже исчезла в толпе.
Эмили смотрит на письмо. Замирает.
Он не сказал, что читал. Но... она чувствует напряжение.
Эмили (осторожно):
— Спасибо.
(пауза)
Ты... открывал его?
Сириус (смотрит прямо, не маргая):
— Я знал, что это твоё. Я просто... не хотел, чтобы потерялось.
Он не отвечает прямо. И это уже ответ.
Эмили сжимает письмо, опуская глаза. В груди — что-то щемит.
Эмили (шепчет):
— Там... ничего важного. Просто старые слова. Воспоминания.
Сириус:
— Иногда старое цепляет сильнее нового.
Пауза. Они оба молчат. Но в этом молчании — столько, что словами не выразить.
Сириус не злится. Но он будто отдаляется — на шаг.
Не физически, а внутренне.
Он отводит взгляд, делает шаг назад.
Сириус:
— Ладно. Не буду мешать. Уроки, всё такое.
Эмили (встаёт):
— Сириус, подожди...
Он уже повернулся, но останавливается.
Эмили (тихо, неуверенно):
— Даже если бы... он вернулся...
Ты ведь знаешь, кого я выбрала, да?
Сириус (спокойно, без улыбки):
— Знать — не то же, что верить.
И уходит.
Эмили остаётся одна
В руках — письмо, которое стало символом нерешённого прошлого.
А за спиной — Сириус, который стал её настоящим, но теперь начал сомневаться.
Она медленно садится. Смотрит на слово "Revocare".
И впервые за всё время шепчет в пустоту:
— Я не хочу тебя терять, Сириус.