Глава 10
Чуть отстранившись от Пика, Вару бросил взгляд на его руки. Костяшки пальцев короля были сильно разбиты, из мелких ссадин всё ещё сочилась кровь. Валет слегка покраснел, смущённо отвёл взгляд и тихо буркнул:— Сиди тут, рогатый. Я сейчас.Он быстро выскочил в коридор и направился на поиски аптечки. В гостиной он столкнулся с червовыми. Феликс и Ромео сидели на диване, взволнованно шепчась после недавнего грохота.— Вару! — подпрыгнул Феликс, заметив его. — С тобой всё хорошо?! Мы так испугались! Пик там... он не сильно разозлился?— Да нормально всё, отстаньте, — по привычке фыркнул Вару, хотя щёки снова предательски порозовели. — Где аптечка?— Оу, романтика после бури? — Ромео понимающе улыбнулся, приложив руку к сердцу. — Аптечка на нижней полке в ванной, сладкий.— Заткнись, романтик недоделанный, — бросил Вару, но спорить не стал и быстро забрал медикаменты.Вернувшись в комнату, Вару сел на кровать рядом с Пиком. Он аккуратно открыл перекись водорода и обильно смочил ватный диск.— Будет щипать, терпи, — предупредил он, бережно беря огромную ладонь короля в свои руки.Пик даже не поморщился. Он лишь заворожённо наблюдал за тем, как Вару — обычно такой колючий и вредный — сейчас сосредоточенно и невероятно нежно обрабатывает его раны. Когда валет дул на ссадины, чтобы уменьшить боль, Пик тихо хмыкнул и свободной рукой мягко приобнял его за талию, притягивая ближе. Вару окончательно залился краской, но руку короля не убрал, продолжая аккуратно накладывать бинт. В их комнате наконец-то воцарился долгожданный покой.Тем временем в комнате Луны и Люцифера незаметно пролетела вся остальная часть этой сумасшедшей ночи. Федя больше не кричал — он просто тихо сидел на полу, уткнувшись лбом в колени Луны, пока та мягко перебирала его волосы, помогая прийти в себя.За окном начал брезжить серый, холодный рассвет. Наступило утро. Федя наконец приподнял голову, мучительно зажмурившись от первых лучей солнца. Алкоголь, смешавшись с диким ночным стрессом и слезами, выдал ужасный результат. Создателя накрыло жесточайшее похмелье: голова раскалывалась так, будто по ней били молотом, во рту пересохло, а лицо выглядело бледным и измученным.Луна, которая всю ночь оставалась абсолютно трезвой и собранной, аккуратно подала ему стакан холодной воды. Федя принял его дрожащими руками, сделал жадный глоток и хрипло, едва слышно произнёс:— Спасибо... Голова просто взрывается. И внутри всё горит. Я... я до сих пор поверить не могу во всё это. Как мне теперь с ним...— Ш-ш-ш, тихо, — мягко перебила его Луна, помогая Феде лечь на кровать и укрывая его пледом. — Тебе сейчас нужно поспать и прийти в себя. Очистить голову. Насчёт Джокера не думай, он уже пришёл в себя после драки и окончательно успокоился. Самое время мне с ним поговорить.Луна поднялась с кровати. На её лице не осталось и следа от ночной растерянности — только холодная, леденящая решимость. Она бросила взгляд на Люцифера, безмолвно прося его побыть с Федей, пока тот засыпает. Поправив одежду, трезвая и злая Луна твёрдым шагом направилась к выходу из спальни.Пришла пора устроить старшему брату вторую часть ада, которую он заслужил.