13 глава
Наступило утро следующего дня. Большой зал Хогвартса гудел от сотен голосов, звона тарелок и шелеста утренних газет. Но для тебя этот шум казался приглушенным, словно ты находилась под водой. Пришло время первого поцелуя по условию Теодора.Ты сидела за столом Слизерина рядом с Драко. Он практически не прикоснулся к еде, то и дело бросая на тебя обеспокоенные взгляды и сжимая твою ладонь под столом. Его пальцы были холодными. Ночью ты так и не призналась ему в ультиматуме Нотта, и теперь эта ложь тяжелым камнем давила на грудь.Вдруг гул в зале на секунду стих в дальнем конце стола. По проходу вальяжной, уверенной походкой шел Теодор. На его губах играла та самая сытая, торжествующая усмешка. Он намеренно остановился прямо напротив вас, по другую сторону стола, и в упор посмотрел на тебя. Его пальцы лениво постукивали по деревянной поверхности, отсчитывая секунды. Это был знак. Время пошло.Ты почувствовала, как к горлу подкатила тошнота. Руки задрожали так сильно, что ты едва не выронила вилку. Драко мгновенно среагировал на твою перемену в лице — его тело напряглось, он медленно перевел ледяной, уничтожающий взгляд на Нотта, готовый в любую секунду выхватить палочку.
— Что тебе опять нужно, Нотт? — процедил Драко, и в его голосе послышался опасный скрежет. — Проваливай, пока я не закончил то, что начал вчера.
Теодор даже не удостоил его ответом. Он продолжал смотреть только на тебя, приподняв одну бровь, словно беззвучно спрашивая: «Ну что, сладкая, или мне начать говорить прямо сейчас?»Понимая, что у тебя нет выбора, и ужас от возможного позора сильнее тебя, ты медленно, словно в тумане, поднялась со своего места.
— Ты куда? — Драко дернулся за тобой, пытаясь перехватить твою руку, но ты мягко, но настойчиво высвободила пальцы.Ты сделала несколько шагов, огибая стол, и подошла к Теодору. Все слизеринцы вокруг затихли, предвкушая продолжение вчерашнего скандала. Драко наблюдал за каждым твоим движением с нарастающим, диким непониманием и тревогой в глазах.Ты остановилась вплотную к Тео. От него снова пахло этим удушающим табаком. Сердце бешено колотилось в горле. Переступив через себя, через всю свою гордость и любовь к Драко, ты потянулась вперед. Твои ладони легли на плечи Нотта, и ты коснулась его губ.Теодор среагировал мгновенно. Он по-хозяйски, грубо обнял тебя за талию, прижимая к себе и превращая этот поцелуй в демонстративное, страстное и долгое зрелище на глазах у всей школы. Он смаковал твою покорность, углубляя поцелуй так, чтобы никто вокруг не усомнился в его «добровольности».За столом раздался оглушительный скрип. Драко Малфой поднялся во весь рост. Его лицо в одну секунду превратилось в абсолютно белую, безжизненную маску. Глаза расширились от шока и невыносимой, сокрушительной боли. Словно весь его мир, который он так отчаянно пытался защитить, рухнул прямо перед ним. Он смотрел на то, как ты сама, по собственной воле целуешь его злейшего врага.
После завтрака ты так и не смогла подойти к Драко. Ты видела, как он стремительно покинул Большой зал, ни разу не обернувшись, а его спина казалась каменной от сдерживаемой боли. Твое молчание и этот публичный поцелуй уничтожили его. Ты провела все уроки на задних партах, пряча заплаканные глаза и содрогаясь каждый раз, когда ловила на себе презрительные шепотки однокурсников. Для всего Хогвартса ты теперь была той, кто предал Малфоя ради Нотта.И вот наступил обед. Большой зал снова наполнился гулом, но стоило тебе переступить порог, как часть слизеринского стола демонстративно затихла.Драко уже сидел там. Он выглядел ужасно: под глазами залегли темные тени, идеальная платиновая челка была растрепана, а в руках он бессмысленно крутил нож, уставившись в пустую тарелку. Между вами словно выросла невидимая стена. Ты робко села на самый край скамьи, как можно дальше от него, чувствуя, как сердце разрывается от вины. Ты ничего ему не объяснила, оставив наедине с этой страшной картиной.Но Теодор Нотт не собирался давать тебе передышку. Прошло всего пять минут, и его тяжелая шагающая тень снова упала на стол.
— Ну что, сладкая, время обеда, — громко, нагловато произнес Тео, останавливаясь прямо за твоей спиной.
Его ладони бесцеремонно легли на твои плечи, слегка сжимая их. Ты почувствовала, как Драко напротив тебя мгновенно замер. Нож в его руке дрогнул. Он медленно поднял взгляд — пустой, холодный, полностью выгоревший изнутри. В его глазах больше не было ярости, только бесконечное, глухое разочарование. Он смотрел на тебя так, словно видел перед собой незнакомку.
— Давай, не заставляй меня ждать, — с нажимом шепнул Теодор тебе в макушку, и его пальцы намеренно скользнули чуть ниже, к ключицам. — Ты же помнишь наш уговор? Или мне освежить память присутствующих?
Ты сглотнула подступивший к горлу ком. Тебя трясло. Больше всего на свете тебе хотелось выхватить палочку и проклясть Нотта, но удушающий страх позора и шантажа сковал тело. Ты медленно поднялась со скамьи и развернулась к Теодору.Ты не смотрела на Драко. Ты просто не могла вынести его взгляда.Сделав шаг к Тео, ты потянулась к его лицу. Твои губы снова коснулись его губ — на этот раз поцелуй был еще более тягучим и демонстративным. Нотт сжал твою талию, притягивая тебя к себе так сильно, что между вами не осталось расстояния, и напористо углубил поцелуй, заставляя тебя подчиняться его ритму на глазах у сотен учеников. Из твоих глаз брызнули слезы, бесшумно скатываясь по щекам и исчезая между вашими губами.В эту же секунду Драко резко встал. Звук отодвигаемой скамьи пронзил тишину стола. Нож с глухим звоном упал на каменный пол.Малфой не стал кричать, не стал вызывать Тео на дуэль. Он просто развернулся и пошел к выходу из Большого зала.
Но Драко не дошел до дверей Большого зала. В самый последний момент, когда Теодор с довольным вздохом наконец отпустил твои припухшие губы, Малфой резко развернулся. Лицо его было искажено такой смесью боли и упрямой решимости, что сидевшие рядом слизеринцы испуганно отпрянули.Он сделал три широких шага, сокращая расстояние между вами. Прежде чем Нотт успел вставить очередную палочку в колеса, длинные пальцы Драко мертвой хваткой вцепились в твое запястье. Хватка была жесткой, отчаянной, но он не сделал тебе больно.
— Пошла со мной, — глухо, свистящим шепотом бросил он, даже не взглянув на торжествующего Тео.
Драко рванул тебя за собой, заставляя почти бежать по длинным коридорам Хогвартса вниз, в подземелья. Твоя сумка билась об бедра, слезы застилали глаза, но ты послушно шла за ним, не пытаясь вырваться. Позади остался гудящий Большой зал, а впереди была ваша общая комната.Влетев внутрь, Драко с силой захлопнул тяжелую дубовую дверь и запер ее заклинанием. Он резко развернулся к тебе, по-прежнему не выпуская твоего запястья. Его дыхание было прерывистым, судорожным, а серые глаза бешено блуждали по твоему лицу.
— Почему?! — его голос сорвался на хриплый, отчаянный крик, эхо которого ударило в каменные стены. — Почему ты так себя ведешь?! Зачем ты это делаешь?!
Он потряс твою руку, заставляя посмотреть ему прямо в глаза, в которых сейчас горел живой, неподдельный ад.
— Недавно я позволил превратить свое лицо в месиво, чтобы ты не видела во мне монстра.Недавно ты плакала у меня на груди и обрабатывала мои раны. А сегодня ты выходишь в зал и дважды, добровольно, целуешь этого ублюдка на глазах у всей школы! Ты хоть понимаешь, что ты со мной делаешь?! Если ты разлюбила меня, если ты хочешь быть с ним — просто скажи! Скажи мне это в лицо! Но не смей... слышишь, не смей так издеваться надо мной!
Драко отпустил твое запястье и отступил на шаг, тяжело дыша и закрывая лицо руками. Его плечи мелко дрожали. Он стоял перед тобой абсолютно сломленный, вывернутый наизнанку твоим молчанием, и ждал ответа, который мог либо окончательно добить его, либо спасти.
Ты сделала шаг вперед и, наплевав на все угрозы Нотта, крепко схватила Драко за отвороты мантии, заставляя его опустить руки и посмотреть на тебя. Слезы душили, мешая говорить, но оставаться в этой лжи было больше невыносимо.
— Он шантажирует меня, Драко! — захлебываясь слезами, закричала ты ему прямо в грудь. — Это из-за записки! Ночью, когда ты уснул, я тайно ушла на Астрономическую башню, чтобы остановить его. Я не хотела, чтобы вы поубивали друг друга!
Драко замер. Его яростное дыхание в одну секунду оборвалось, а серые глаза расширились от шока. Твои пальцы судорожно сжимали ткань его одежды, пока ты, сбиваясь и рыдая, вываливала наружу всю правду:
— Он прижал меня к перилам... Он сказал, что если я не подчинюсь, то завтра на завтраке он во всех пошлых, мерзких деталях расскажет всей школе, как он якобы лапал меня в подземельях и что я сама этого хотела! Он угрожал растоптать мою репутацию и уничтожить тебя! Его условие — три поцелуя в день на глазах у всех, или он пустит эти грязные слухи. Драко, господи, мне так мерзко... Я делала это только ради того, чтобы защитить нас! Я ненавижу его!
Слова эхом разнеслись по вашей запертой спальне. Драко стоял абсолютно неподвижно, словно громом пораженный. Догадка, одна страшнее другой, сменялись на его лице: от дикого осознания твоей жертвы до леденящей, первобытной ярости на Нотта. Вся его обида на тебя испарилась в то же мгновение. Он понял, через какой ад ты прошла за эти полдня ради него.Его длинные руки резко взметнулись и сжали тебя в удушающих, отчаянных объятиях. Драко уткнулся лицом в твою шею, и ты почувствовала, как его тело мелко, крупно дрожит.
— Прости меня... — глухо, срываясь на хриплый шепот, заговорил он, и его пальцы до боли впились в твою спину. — Прости, что подумал... Прости, моя маленькая. Салазар, какая же он тварь. Какая же он мерзкая тварь.
Он отстранился на миллиметр, бережно взял твое лицо в свои ладони и стал судорожно стирать большими пальцами слезы с твоих щек. Его взгляд стал абсолютно холодным и расчетливым — так смотрит хищник, который точно знает, как убьет свою жертву.
— Больше ты к нему не прикоснешься, — тихо, но с железной, пугающей уверенностью произнес Драко. — Ужин через три часа. И к этому времени Теодор Нотт горько пожалеет о том, что вообще родился на свет. Мы сыграем по моим правилам.