Змеиный шопот 2

Ты не успела ничего ответить. Драко резко, но удивительно бережно притянул тебя к себе за талию, прижимая спиной к прохладной каменной стене подземелья. Он наклонился и накрыл твои губы своими в глубоком, отчаянном поцелуе.От неожиданности ты тихо ахнула. Драко тут же тихо зашипел от боли — его разбитая губа закровоточила сильнее, окрашивая поцелуй металлическим привкусом. Но он даже не подумал отстраниться. Наоборот, этот поцелуй был полон накопившейся за лето жажды, безумной ревности и облегчения от того, что ты снова рядом, полностью принадлежащая ему.Малфой запустил одну руку в твои волосы, слегка оттягивая их назад, чтобы целовать еще глубже, а второй рукой крепко сжимал твое бедро — именно то место, которого в Большом зале посмел коснуться Нотт. Драко словно заново переписывал твои ощущения, стирая любые следы чужого присутствия. Он целовал тебя так жадно и собственнически, будто доказывал всему миру и самому себе: ты только его, и он разорвет любого, кто попытается это оспорить.Ты обвила руками его шею, отвечая на этот сумасшедший порыв со всей нежностью, на которую была способна. Твои пальцы зарылись в его платиновые волосы, успокаивая, усмиряя ту бурю, что бушевала в его душе. Постепенно его поцелуи из яростных и требовательных стали мягкими, тягучими и ласковыми.Когда вы наконец отстранились друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, Драко прижался своим лбом к твоему. Его серая радужка глаз потемнела, а дыхание было рваным. На его нижней губе снова выступила капля крови, которую ты аккуратно стерла большим пальцем.

— Моя, — хрипло прошептал он, заглядывая тебе прямо в душу. — Только моя. Больше никто и никогда не посмеет до тебя дотронуться.

Он поймал твою ладонь, прижал ее к своей груди, где бешено колотилось сердце, и слабо улыбнулся своей фирменной, немного усталой ухмылкой.

— Ладно, пошли в гостиную, — тихо сказал он, переплетая ваши пальцы. — Похоже, тебе все-таки придется поработать колдомедиком и затянуть мне эти царапины, пока Снейп не передумал.

Вы вошли в гостиную Слизерина через проем в стене, когда там уже почти никого не было. Зеленоватое пламя камина отбрасывало длинные тени на кожаные диваны. Драко, всё еще держа тебя за руку, устало выдохнул и потянул к уединенному креслу в углу.

— Посиди здесь, я поднимусь в комнату за заживляющей мазью, которую мне прислала мать, — тихо сказал он, нежно коснувшись твоей щеки. — Вернусь через минуту.

Ты кивнула и осталась ждать. Стоило шагам Драко стихнуть на винтовой лестнице, как из тени за книжным шкафом бесшумно соткался силуэт. Это был Теодор.Его лицо выглядело жутковато: на скуле наливался синяк, губа распухла, но в глазах горел всё тот же безумный, упрямый азарт. Он двигался абсолютно бесшумно. Тео подошел к тебе со спины так быстро, что ты не успела даже вскрыть рот, чтобы позвать на помощь, как Теодор резко рванул тебя на себя. Он намертво зафиксировал твои руки одной ладонью, а второй грубо обхватил твою шею, полностью лишая возможности отпрянуть.В следующую секунду он бесцеремонно и жестко впился в твои губы. Поцелуй был яростным, со вкусом крови из его разбитой губы и мятных дропсов. Ты изо всех сил задергалась, пытаясь вырваться и замычать от возмущения, но Нотт держал крепко, упиваясь твоим сопротивлением и своей безнаказанностью.Наконец, вдоволь насладившись твоей беспомощностью, он отстранился. На его губах играла хищная, торжествующая улыбка.

— Твой Малфой не сможет караулить тебя каждую секунду, Т/И, — прошипел Теодор прямо тебе в лицо, тяжело дыша. — Это только начало.

Вдруг со стороны лестницы послышался отчетливый скрип ступеней — Драко возвращался. Теодор мгновенно среагировал. Он подмигнул тебе, прижал палец к своим губам, призывая к молчанию, и в одно мгновение растворился в темноте коридора, ведущего к спальням парней.Ты осталась сидеть в кресле. Твои губы горели от чужого, насильного поцелуя, сердце бешено колотилось в груди от шока и омерзения, а по телу крупной дрожью шла волна ярости. Ты судорожно вытерла рот тыльной стороной ладони.Через секунду в гостиную торопливо вошел Драко с небольшой серебряной баночкой в руках. Он выглядел спокойнее, предвкушая тихий вечер с тобой, и совершенно не заметил, что произошло всего мгновение назад.

— Нашел, — улыбнулся Малфой, подходя к тебе и садясь на корточки перед твоим креслом. Он бережно взял твою руку, но тут же нахмурился, вглядываясь в твое лицо. — Т/И? Что с тобой? Ты вся дрожишь, и губы... Почему они у тебя такие красные? Что случилось?

Ты судорожно сглотнула и крепче сжала пальцы Драко, пытаясь унять крупную дрожь. В голове набатом стучала одна мысль: если Малфой узнает о поцелуе, он вернется и убьет Нотта. Снейп ясно дал понять, что следующая драка закончится исключением. Ты не могла так рисковать будущим Драко в их самый важный, седьмой курс.Ты заставила себя натянуть слабую, немного виноватую улыбку и качнула гововой.

— Всё хорошо, Драко, правда, — твой голос слегка дрогнул, но ты быстро взяла себя в руки. — Просто… в подземельях очень холодно, а после всего этого сумасшедшего дня в Большом зале меня немного затрясло от стресса. А губы… я их просто сильно искусала от волнения, пока ждала тебя. Не переживай.

Драко недоверчиво сузил серые глаза, внимательно вглядываясь в твое лицо. Его палец осторожно коснулся твоей нижней губы, стирая невидимый след, и ты едва сдержалась, чтобы не вздрогнуть от отвращения к чужому поцелую, который всё еще горел на твоей коже. На секунду тебе показалось, что он заметил ложь, но Малфой лишь тяжело вздохнул, списав твое состояние на пережитый испуг от его драки с Тео.

— Прости меня, — тихо сказал он, его взгляд смягчился. — Я не должен был устраивать это представление на глазах у всей школы и пугать тебя. Позволишь?

Он аккуратно открыл серебряную баночку. От мази пахло целебными травами и ментолом. Драко набрал немного средства на палец и бережно, едва касаясь, начал мазать твои «искусанные» губы. Прохладный крем приятно охладил кожу, словно смывая мерзкое ощущение от прикосновения Нотта.Затем Драко сел рядом с тобой в кресло, притянул к себе и крепко обнял, укутывая в свою теплую мантию. Ты уткнулась носом в его шею, вдыхая родной запах мяты и дорогого парфюма.