Единожды солгавши

Поймав сестру в объятия, Шэнь Чун быстро повел получившую второе дыхание и рыдавшую с новой силой девушку в свою комнату.

Привыкший следовать за ним Фань Ши молча переглянулся с любимой служанкой принцессы и последовал за братом и сестрой. Войдя в комнату, он устроился у двери, молча глядя на таких обычно похожих друг на друга принца и принцессу. Вот только сегодня Чу Шуся была слишком опухшей от слез, так что даже заподозрить ее родство с изящным принцем было трудно.

Фань Ши вздохнул. Не важно, насколько опухшими были глаза принцессы, насколько красным был ее нос – перед ним всегда был невероятно похожий на нее Шэнь Чун, каждое мгновение напоминавший о том, как красива была Чу Шуся.

- Что случилось? – спросил принц, наконец-то поймав мгновение между всхлипами и хлюпаньем сестринского носа.

От его сочувственного тона и такого родного тихого голоса Чу Шуся почувствовала себя обиженным ребенком, попавшим наконец в любящие объятия матери. Она хотела было снова заплакать, но что-то подсказало ей, что в данную минуту слезами было на самом деле не помочь, поэтому она решительно взяла себя в руки и раскрыла рот для слов, а не для бессвязных стенаний.

- Брат, меня хотят выдать замуж!!!!

Оба юноши, бывшие в комнате, застыли, будто громом пораженные, а потом растеряно переглянулись.

- И за кого? – задал принц вопрос, который мелькнул и в глазах его друга.

- За Наследного принца Яньчжоу!!!! – застонала Чу Шуся, снова комкая в руках уже мокрый платок. Привычная ко всему служанка быстро подала ей новый, пока еще сухой.

В комнате повисла тишина. Принц снова посмотрел на позеленевшее лицо своего друга и задал совершенно не тот вопрос, на который тот рассчитывал:

- Ну и что в этом плохого?

Наследный принц Яньчжоу был молодым человеком двадцати лет. Он был, как говорили, красив, силен и даже умен. Врали, наверное. Но он был наследником престола! У него не было ни жены, ни наложницы, и судя по всему, Чу Шуся ждала роль будущей Императрицы Яньчжоу!

Повисшее неловкое молчание прервала служанка, которую точно никто не спрашивал. Возмущенно всплеснув руками, она воскликнула:

- Госпожу утром вынули из петли!

Тихий принц кивнул и, игнорируя теперь уже белое как бумага лицо друга, быстро приподнял подбородок сестры. Увидев там полное отсутствие хоть каких-либо красных полос, он снова кивнул, сделав вывод, что или его сестра не знала, как надо вешаться, либо из петли ее вынули сильно заранее, еще до того, как она успела в нее влезть.

- Брат! – Чу Шуся вцепилась в принца, умоляюще заглядывая ему в глаза. – Брат, я поклялась держать себя в чистоте всю жизнь! Отец не отпустил меня в монастырь, но он обещал мне жизнь в уединении... А теперь я, положившая свою чистоту на алтарь ради процветания моей страны, должна буду нарушить свою клятву!

- Выйдя замуж на Наследного принца Яньчжоу и став потом Императрицей нашего сильного соседа ты уж точно принесешь стране больше пользы, - вполне резонно ответил рациональный принц-сухарь. Неловко покашляв, он погладил сестру по руке, - Не могу утверждать, но говорят, что брачные узы приносят счастье как мужчине, так и женщине, а Наследный принц Яньчжоу очень красив. Раз познав его любовь, ты и думать забудешь о своих прежних решениях.

Чу Шуся икнула, недоверчиво глядя на брата. Плакать ей было уже нечем, а иначе она бы снова разревелась, на сей раз от злости.

- Брат, да ведь говорят, что Наследник престола вообще равнодушен к женщинам! Его увлекают лишь мужчины! Как я могу стать его женой, зная, что он ни за что не взойдет на мое ложе и не позволит мне родить ребенка?! Неужели ты позволишь нашему Императорскому отцу обречь меня на такое жалкое существование?!

Шэнь Чун почувствовал, что окончательно запутался в хитросплетениях женского разума.

- Так разве не ты хотела оставаться в чистоте до конца своих дней? – осторожно спросил он. – Разве не сможешь ты так убить двух птиц одним камнем: сохранив чистоту, послужишь во благо своей страны?

Услышав эти слова, принцесса замерла, уставившись на брата и глупо хлопая мокрыми ресницами. Она смотрела на брата, который судя по всему был ужасно доволен тем, что помог ей со всем разобраться и разложить все по полочкам. Еще раз совершенно не изящно икнув, Чу Шуся перевела недоверчивый взгляд на Фань Ши, а потом на свою не менее растерянную служанку. Встретив такие же растерянные взгляды, она вдруг решительно вздохнула, схватила теперь уже обе руки Тихого принца, и твердо посмотрела ему в глаза.

Слегка опешивший от таких перемен принц настороженно смотрел на сестру.

- Брат, - решительно заговорила Чу Шуся, заметно покраснев. Вместе с ней почему-то покраснел и Фань Ши, – Все дело в том, что мое сердце уже отдано другому человеку, и если меня разлучат с ним, и уж тем более отдадут другому, каким бы красивым и могущественным ни был этот другой, я не посмотрю на благо страны и на собственную честь – я или сбегу, или умру.

Оторопевший от ее слов Тихий принц некоторое время молчал. Потом он обвел взглядом всех присутствовавших в комнате, будто желая убедиться, что и они слышали сейчас то же, что и он. Но наткнувшись на красное как кровь лицо друга, вдруг замер. Его взгляд забегал, перескакивая с сестры на Фань Ши, и при этом его красиво очерченные брови все больше поднимались вверх, глаза становились все большее, а алые губки открывались все шире, не в силах справиться с удивленным вздохом.

Вот теперь брат и сестра стали совершенно непохожи друг на друга: опухшая сестра с щелочками на лице, и ее изящный брат, с совершенно круглыми глазами.

Наконец принц поднял дрожащий палец и ткнул им в сторону и сестры и друга.

- Вы... ты и ты... вы что...вы? – дрожащим голосом спросил он. Оба виновато кивнули. Тихий принц молча смотрел на них некоторое время, а потом встал, фыркнув в сторону Фань Ши. То-то он удивлялся прилипчивости своего друга в последнее время...

- Спасибо, что хоть не отымел в мечтах о сестре, - буркнул он, собираясь покинуть комнату, но несчастные влюбленные рухнули перед ним на колени, едва не сбив с ног и бросились наперебой умолять о помощи.

Хотя чем мог им помочь Тихий принц? После расспросов было выяснено, что брак уже был утвержден, через месяц уже должна была состояться сама церемония, а до этого времени принцессе еще надо было доехать до столицы Яньчжоу. Так что никакие уговоры, угрозы и посулы уже не могли ничего изменить. Правитель Нанькана слишком хорошо знал своих деток, а потому решил поставить дочь уже перед фактом, не оставляя ей лазеек.

Весь вечер в резиденции Тихого принца прошел в разговорах и раздумьях, но никто, даже бывший сержант Юань Бо, выполнявший роль то ли наставника, то ли няньки Тихого принца, не смог придумать ничего подходящего.

И лишь ближе к утру Тихий принц вдруг хлопнул рукой по столу, разбудив уснувшую на плече Фань Ши сестру.

- Я знаю, что надо делать! – воскликнул он, сверкнув своими прекрасными глазами.