Деннис Криви и тайны волшебства

Конец мая на Сильвер-стрит выдался необычайно тихим. Мы с родителями уже вернулись из «Верескового приюта», и хотя я каждое утро послушно собирал портфель и шел в школу, мои мысли были далеко за пределами уроков географии. Бабушка Агата жила с нами, и её присутствие было единственным, что удерживало маму Мэри от постоянных слез.

В то утро мы завтракали в полном молчании. Папа Томас хмуро изучал газету, а я ковырял вилкой яичницу, поглядывая на окно. И вдруг...

Тук. Тук-тук.

Звук был отчетливым. На подоконнике сидела крупная сипуха. Но это была не обычная школьная почта. В её лапках был зажат конверт, сияющий слабым золотистым светом.

- Письмо! - я подпрыгнул так, что стул с грохотом повалился на пол.

Папа вскочил, опрокинув чашку с чаем, но бабушка Агата была быстрее. Она взяла конверт, вскрыла его и быстро пробежала глазами по строчкам. Её лицо, обычно строгое и сосредоточенное, вдруг осветилось такой улыбкой, что в кухне будто стало светлее.

- Он проснулся, - выдохнула она. - «Зелье из мандрагор подействовало сегодня в шесть утра. Колин Криви полностью здоров и горит желанием увидеть семью».

Мама Мэри закрыла лицо руками и всхлипнула - на этот раз от счастья. Папа просто опустился на стул, тяжело дыша. А я... я начал носиться по кухне, вопя «Ура!» и едва не снося всё на своем пути.

- Мы едем за ним? Прямо сейчас? - кричал я.

- Поезд придет через три дня, Деннис, - улыбнулась бабушка. - Потерпи еще немного.

Эти три дня тянулись дольше, чем вся зима. Но вот наступил тот самый день. Платформа 9 ¾ на вокзале Кингс-Кросс была заполнена паром и криками сов. Когда из белого облака вынырнул красный паровоз, я едва не перелез через ограждение.

- Колин! - закричал я, увидев в окне вагона знакомую вихрястую макушку.

Мой брат выскочил на платформу одним из первых. Он выглядел немного бледнее, чем раньше, но его энергия била через край. Он тут же попал в тиски маминых объятий, а папа Томас так сильно тряс его руку, что Колин едва не выронил свой чемодан.

- Мам, пап, я в порядке! Честно! - тараторил он, поправляя на шее камеру. - Гарри Поттер победил чудовище! Вы бы видели, какой он крутой! Он спас всех нас! А еще я видел феникса! Настоящего огненного феникса!

Весь путь до дома Колин не умолкал ни на секунду. Он рассказывал о Тайной комнате, о мандрагорах и о том, как мадам Помфри заставляла его пить горькие микстуры. Я слушал его, улыбаясь, и чувствовал, как внутри меня растет нетерпение. Я хранил свой секрет слишком долго.

Вечером, когда дом наконец затих, а родители ушли спать, Колин уселся на своей кровати и с грустью посмотрел на свой фотоаппарат.

- Знаешь, Деннис, - тихо сказал он. - В тот момент, когда я увидел... это существо... моя камера приняла удар на себя. Линза треснула, и корпус оплавился. Мама говорит, что мы купим новую, но эта была моей первой...

Я подошел к нему. Мое сердце колотилось.
- Колин, посмотри.

Я вытянул руку. На моем пальце тускло блеснуло кольцо дедушки Сайласа. Колин нахмурился, не понимая.

- Что это? Старое кольцо?

Я не ответил. Я закрыл глаза, вызывая в памяти всё, чему учила меня бабушка Агата. Я представил золотистые нити магии, которые я видел в её лаборатории. Я направил всё свое тепло, всю свою радость от возвращения брата на его сломанную камеру.

- Репаро! - четко произнес я.

Из кольца вырвался сноп серебристых искр. Они окутали камеру, как живые светлячки. Послышался тихий скрежет металла - вмятина на корпусе медленно выпрямилась, а треснувшая линза затянулась, становясь идеально гладкой.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Колин смотрел на камеру, потом на меня, его глаза за стеклами очков стали размером с чайные блюдца.

- Ты... ты... - он начал заикаться. - Ты сейчас колдовал?! По-настоящему?! Без палочки?!

Я хитро прищурился, и мои глаза на мгновение вспыхнули тем самым янтарным светом Сайласа.
- Пока ты спал, Колин, я тоже не терял времени. Бабушка Агата - волшебница. И у меня тоже есть искра. Я весь год учился, чтобы защитить тебя, если что.

Колин издал какой-то нечленораздельный звук, а потом просто прыгнул на меня, сбивая с ног.
- ДЕННИС! ТЫ - МАГ! МЫ ОБА МАГИ! - вопил он шепотом, чтобы не разбудить родителей. - Это же круче, чем квиддич! Ты должен мне всё показать! Каждое заклинание! Мы будем тренироваться вместе всё лето!

Я лежал на ковре, придавленный восторженным братом, и смеялся. Впервые за год я чувствовал, что мир снова стал целым.

- Покажу, - пообещал я. - Но сначала давай прочитаем дневник нашего дедушки. У него были тайны, Колин, о которых даже в Хогвартсе не знают.

Мы зажгли настольную лампу и склонились над старыми страницами. Начинался наш первый совместный год - год, когда братья Криви перестали быть просто мальчиками с камерами и стали настоящей командой.