[BL] Бесконечный город

После окончания съёмочного дня, Лю Гоюань пригласил их поужинать. Ан Янь сначала хотел отказаться, но Лю Гоюань и слышать ничего не желал.

— Мы с Шици специально прилетели сюда из такой дали, чтобы вас навестить! И ты ещё собираешься нам отказать? — возмущённо заявил он.

После чего, притворившись лучшим другом, закинул руку ему на плечо и буквально силой потащил с собой.

Ужин решили устроить в уютном ресторане европейской кухни. Им достался небольшой отдельный кабинет на четверых. Лю Гоюань и Чэнь Шици, как пара, естественно сели рядом. Таким образом два оставшихся места напротив друг друга автоматически достались Ан Яню и Сюй Шаоцяню.

Из-за такой рассадки Ан Янь чувствовал себя немного неловко, и, заметив его замешательство, Шаоцянь первым нарушил молчание:

— Садись тогда у окна.

— Хорошо... — Ан Янь послушно занял место у стены и, подняв голову, случайно встретился взглядом с улыбающейся Чэнь Шици.

И тут же вспомнил недавнюю сцену на съёмках. Ту самую, где они с Шаоцянем целовались у всех на глазах – уши Ан Яня мгновенно вспыхнули.

Тогда он действительно слишком увлёкся. Нежный поцелуй Шаоцяня настолько затуманил разум, что он сам не заметил, как обнял его в ответ. Они оба настолько погрузились в сцену, что совершенно забыли о том, что находятся на съёмочной площадке.

«...А ведь за этим наблюдали десятки людей. В том числе Лю Гоюань и Чэнь Шици.»

Стоило только вспомнить об этом, как захотелось провалиться сквозь землю.

Со стороны всё выглядело как обычная актёрская работа, но Ан Янь прекрасно понимал: проблема была не в сцене. Просто он сам не сумел удержать себя в руках. Да и Шаоцянь, похоже, тоже слишком глубоко вошёл в роль. В итоге они оказались в крайне странной ситуации.

Он уже не первый раз ловил себя на том, что теряется под взглядом Шаоцяня. Не первый раз забывает обо всём от одного его прикосновения. Иногда ему начинало казаться, что грань между ролью и реальностью постепенно исчезает.

«Как Сяо Ци когда-то полюбил доктора Кэ Эня... Так и я сам влюбился в Сюй Шаоцяня.»

Пока Ан Янь сидел, погружённый в собственные мысли, Лю Гоюань не смог удержаться от подколки. Сделав серьёзное лицо, он спросил:

— Ан Янь, что будешь заказывать? Или ты специально молчишь, чтобы твой Шаоцянь выбрал за тебя?

— А? — Ан Янь растерянно поднял голову. — Да мне всё равно.

Он настолько задумался, что даже не заметил, насколько двусмысленно прозвучало это «твой Шаоцянь». Зато Лю Гоюань едва сдерживал смех – похоже, после того поцелуя мозгу его друга действительно не хватало кислорода.

Но будучи опытным актёром, он со спокойным видом передал меню Шаоцяню, сказав:

— Тогда ты закажи что-нибудь за него. Вы же с детства знакомы, кому как не тебе знать, что он любит.

Шаоцянь ничего не ответил. Спокойно взял меню, быстро отметил несколько любимых блюд Ан Яня — стейк, посыпанный чёрным перцем, фруктовый салат — и вернул его обратно.

Только сейчас Ан Янь понял, что имел в виду Лю Гоюань, и его щёки тут же слегка покраснели.

— Спасибо...

— Не за что, — спокойно ответил Шаоцянь.

В такой обстановке Ан Янь чувствовал себя всё более неловко. Напротив сидела настоящая влюблённая пара. Лю Гоюань и Чэнь Шици были вместе ещё со времён университета, и их отношения выглядели на удивление тёплыми. В Лондоне можно было не опасаться папарацци, поэтому они совершенно не стеснялись проявлять свои чувства: пробовали еду из тарелок друг друга, шутили, улыбались и выглядели невероятно счастливыми.

Атмосфера напоминала свидание двух пар. И именно поэтому Ан Яню было так неспокойно, особенно учитывая, кто сидел рядом с ним. Чтобы скрыть смущение, он просто опустил голову и сосредоточился на еде.

В этот момент Чэнь Шици неожиданно обратилась к нему:

— Кстати, Ан Янь, режиссёр Цзян уже звонила тебе? Рекламная компания «Юного императора» начинается в июле.

— Да, знаю, — быстро кивнул он. — Постараюсь взять отпуск и вернуться.

— Если подумать, это ведь первая полнометражная картина Шици после дебюта, — улыбнулся Лю Гоюань. — Забавно, что её партнёром стал именно ты. Я видел несколько фрагментов — получилось очень неплохо.

Сюй Шаоцянь слегка кивнул и высказал своё мнение:

— У фильма хороший замысел и довольно оригинальный сценарий. Если всё пройдёт удачно, к концу года его наверняка выдвинут на несколько кинопремий. Возможно, Шици даже получит номинацию как лучший дебютант этого года.

Лю Гоюань рассмеялся и поднял бокал:

— Если всё так и получится, то больше всех мы будем обязаны именно Ан Яню. Тогда мы с Шици обязательно вручим тебе огромный красный конверт в знак благодарности.

— Да ладно вам, — поспешил возразить Ан Янь. — Это вовсе не моя заслуга. У Шици и без того отличная актёрская игра.

Чэнь Шици улыбнулась и перевела разговор на другую тему:

— Кстати, ваш «Бесконечный город 2» ещё не закончен. Получается, на кинофестиваль этого года вы уже не успеваете?

Сюй Шаоцянь кивнул, подтверждая:

— Скорее всего, нет. Даже если мы успеем закончить съёмки до конца года, потом ещё утверждение, прокат... Вероятнее всего, фильм будет участвовать уже в следующем году.

— Жаль, — сказала Шици. — Но я уверена, что продолжение примут очень хорошо. Вы оба замечательные актёры. Особенно Ан Янь – играть сразу трёх персонажей и так точно разделять их характеры — это действительно впечатляет. Кажется я начинаю тобой восхищаться.

От похвалы Ан Янь слегка смутился.

— Спасибо...

Лю Гоюань тут же воспользовался моментом и поднял наполненный красным вином бокал.

— Ну что, раз уж нам наконец удалось собраться без камер и журналистов, давайте выпьем?

Эта идея была единодушно поддержана всеми. Бокалы столкнулись над столом и все дружно крикнули:

— Cheers!

***

После ужина Лю Гоюань и Чэнь Шици начали собираться обратно в гостиницу. Перед уходом Лю Гоюань неожиданно отвёл Шаоцяня в сторону и, понизив голос, спросил:

— Слушай, а у вас с Ан Янем сейчас вообще что происходит? Судя по тому, как вы сегодня снимали сцену с поцелуем, между вами не было ни капли неловкости. Вы что... уже вместе?

Шаоцянь остался невозмутим:

— Нет. Это просто съёмки.

— Просто съёмки? — Лю Гоюань едва не поперхнулся. — Да ты издеваешься! Кто, скажи мне, ради съёмок целует человека десять минут подряд? Сначала получил удовольствие, а потом спокойно заявляешь: «Это просто работа». Ну ты даёшь! — с усмешкой он слегка ударил друга кулаком в плечо.

Шаоцянь лишь улыбнулся, но ничего не ответил. Несколько секунд они молчали, а потом Лю Гоюань вздохнул и уже гораздо серьёзнее сказал:

— Ладно. Возможно, я лезу не в своё дело, но всё-таки хочу кое-что сказать.

— Говори, — подтолкнул Сюй Шаоцянь, спокойно глядя на него.

— Я не против ваших отношений. Совсем нет против. Но ты ведь собираешься уйти из шоу-бизнеса, а Ан Яню ещё предстоит в нём работать. Если ваши отношения станут достоянием общественности, это не принесёт никакой пользы его актёрской карьере. Чем известнее актёр, тем сложнее ему открыто заявить о своей ориентации...

Шаоцянь молча слушал, и Лю Гоюань продолжил:

— У Ан Яня очень высокая популярность, и людей, которые искренне его любят и поддерживают, немало. Если станет известно, что он встречается с мужчиной, многие этого просто не примут. А в шоу-бизнесе достаточно нескольких волн критики, чтобы человека буквально утопили в потоке осуждения. Здесь слишком глубокие и мутные воды, поэтому к вопросам личной жизни нужно относиться крайне осторожно. Особенно если... вы оба мужчины.

На несколько мгновений воцарилась тишина. Наконец Шаоцянь негромко произнёс:

— Я думал обо всём, о чём ты говориш, — он повернул голову в сторону лужайки неподалёку.

Там Ан Янь сидел на корточках рядом с маленьким светловолосым мальчиком-иностранцем и что-то весело ему рассказывал. Ребёнок смеялся, а Ан Янь улыбался в ответ. Тёмные солнцезащитные очки подчёркивали белизну его кожи. каштановые волосы мягко спадали на лоб, а улыбка на губах под ярким солнечным светом сияла так ослепительно, что от неё невозможно было отвести взгляд.

«Такого Ан Яня я просто не могу собственными руками вытолкнуть под шквал общественного осуждения.»

Глядя на его улыбку, Сюй Шаоцянь всё сильнее погружался в свои мысли.

«Разве я могу позволить толпе растерзать его только потому, что он полюбил не того?»

Его взгляд постепенно стал глубже.

— Если мы действительно будем вместе, я предпочту сохранить это в тайне. Он станет выдающимся актёром. А я готов навсегда остаться за его спиной... его тайным возлюбленным.

Лю Гоюань невольно замер:

«Любовь Шаоцяня дошла до такого...»

Он всегда знал Сюй Шаоцяня как человека гордого, уверенного в себе и не склонного к компромиссам. Поэтому сейчас услышанное по-настоящему удивило его. Прятаться в тени, никогда не имея возможности открыто заявить о своих чувствах. Терпеть, как ради продвижения проектов Ан Яню приходится участвовать в рекламных кампаниях и раз за разом попадать в слухи о романах с актрисами. Ради карьеры и будущего любимого человека добровольно отказаться от собственного места рядом с ним, оставаясь лишь молчаливой поддержкой и защитой...

Лю Гоюань долго молчал, а потом слегка похлопал Сюй Шаоцяня по плечу и сказал:

— Тогда, удачи тебе.

Когда Лю Гоюань и Чэнь Шици ушли, Сюй Шаоцянь подошёл к Ан Яню.

Иностранный мальчик, с которым Ан Янь как раз играл, был необыкновенно милым: золотистые волосы, бирюзовые глаза, пухлые детские щечки, которые так и просились, чтобы их пощекотали. Было видно, что, несмотря на свой немного озорной характер, Ан Янь на самом деле очень любит детей.

«Возможно, стать хорошим отцом — это его давняя мечта?»

— Ты очень любишь детей? — тихо спросил он.

Ан Янь на мгновение замер, обернулся и встретился с задумчивым взглядом Сюй Шаоцяня, но тут же отвёл глаза, неловко почесал нос, встал и сказал:

— Э-э, ты уже поговорил с Гоюанем? Тогда давай вернёмся.

— Давай.

Они пошли бок о бок и, подойдя к церкви, случайно наткнулись на молодожёнов. Невеста в белоснежном платье только что поцеловала жениха — они оба выглядели особенно счастливыми и умиротворёнными.

Простояв там довольно долго, каждый был погружён в свои мысли.

Сюй Шаоцянь не мог не подумать: «Если бы однажды удалось привести Ан Янь в церковь, чтобы дать клятву быть вместе всю жизнь... Какое это было бы счастье! Такое счастье — это роскошь, о которой даже думать кажется непозволительной роскошью. Удастся ли мне когда-нибудь обрести такую удачу, чтобы этот человек остался рядом со мной... чтобы наша любовь продлилась всю жизнь, пока наши волосы не покроет седина?»

А в голове у Ан Яня, который смотрел на обнимающихся жениха и невесту, всплыла сцена, произошедшая совсем недавно, когда они обнимались и целовались с Сюй Шаоцянем: под лучами заходящего солнца, среди диких трав, нежный поцелуй Шаоцяня и глубокая любовь в его глазах... В тот момент Ан Янь даже не мог отличить, снимали ли они сцену или это были настоящие чувства.

Раньше, видя подобную сцену, он обязательно задумывался о красивых девушках и о том, какую жену он хотел бы себе в будущем, но сейчас, к своему удивлению, все его мысли были заняты Сюй Шаоцянем...

Ань Янь мысленно простонал.

«Похоже, сам того не заметив, я окончательно свернул в сторону Сюй Шаоцяня. И обратно дороги уже не нет.»

***

В тот же вечер Ан Янь, взяв с собой бутылку дорогого красного вина в качестве взятки, постучал в дверь режиссёра Гао Сина и улыбнулся ему особенно лучезарно:

— Режиссёр Гао, Шици сказала мне, что дата выхода нашего предыдущего фильма «Юный император» уже определена, и с июля начнётся полномасштабная рекламная кампания. Я играю в нём главную мужскую роль, поэтому мне нужно вернуться в Китай, чтобы принять участие в некоторых мероприятиях.

Гао Синь долго молчал, прежде чем сказал:

— Я слышал об этом фильме, и то, что ты, как главный герой, возвращаешься для промо-кампании, вполне естественно. Но у нашей съемочной группы очень сжатые сроки: сейчас уже конец июня, и если не поторопиться, то в этом году мы, возможно, даже не успеем закончить съемки.

Ан Янь почесал затылок и с некоторым сожалением сказал:

— Э-э, раз уж так сложилось, на кинофестиваль в этом году мы точно не успеем. Может, не стоит торопиться? Как говорится, медленная работа даёт лучший результат. Зато подготовимся как следует и поедем на фестиваль в следующем году. Что скажете? — с надеждой спросил он.

Гао Синь немного подумал и недовольно ответил:

— Затягивать съемки — не лучшая идея. Если прервать работу на полпути, это негативно скажется на всех аспектах проекта. Лучше, пока все в разгаре, побыстрее закончить съемки. Скажи-ка мне, на какой срок ты собираешься уйти из съёмочной группы?

Ан Янь серьёзно ответил:

— В июле, во время промо-кампании, наверняка будет много мероприятий, 1 августа нужно будет присутствовать на премьере, а в течение месяца после выхода фильма принимать участие в различных интервью и развлекательных шоу... Я могу выбрать только несколько из них, а остальное пусть Шици возьмёт на себя.

— Значит, минимум до конца августа тебя не будет? — нахмурился Гао Синь.

Ан Янь тут же замахал руками:

— Нет-нет, так долго я не буду пропадать! В июле нужно будет поучаствовать в нескольких крупных мероприятиях по продвижению фильма, а после премьеры я смогу выбирать только самые важные из них. Максимум две-три недели.

Гао Синь задумчиво постучал пальцами по столу.

— Ладно. Если заранее всё согласовать, думаю, график удастся подстроить. Но после возвращения никаких отговорок. Придётся наверстывать пропущенное и работать вдвойне усерднее.

— Так и сделаю! — радостно кивнул Ан Янь.

Увидев, что режиссёр наконец согласился, он облегчённо выдохнул. Красное вино, которое он принёс в качестве своеобразной взятки, в итоге так и осталось стоять нетронутым на столе.

Гао Синь покосился на бутылку и сухо заметил:

— Забери обратно.

Ан Янь смущённо улыбнулся:

— Тогда... спасибо, режиссёр Гао, — выйдя из номера режиссёра, он сразу же отправился к себе собирать вещи.

***

Съёмки лондонской части «Бесконечного города 2» завершились успешно. Когда группа вернулась в Китай, уже наступила первая половина июля. Гао Синь перевёз всю команду в кино-городок Цзиньчжоу для продолжения работы, и Сюй Шаоцянь вместе со съёмочной группой отправился туда. Ан Янь же связался с Цзян Сюэнин и официально приступил к продвижению «Юного императора» перед премьерой.

Когда появились первые постеры этого исторического фильма, снятого в стиле вымышленного мира, реакция публики оказалась довольно сдержанной. Большинство зрителей не возлагали на проект больших надежд.

В конце концов, фильмы в древнем антураже редко становятся настоящими хитами. Обычно успеха добиваются либо масштабные военные картины вроде «Троецарствие», либо классические уся-фильмы наподобие «Крадущийся тигра, затаившийся дракон». А такие истории, как «Юный император», рассказывающие о взрослении героя и его любовной линии, к популярному направлению в киноиндустрии не относились.

Но Ан Яня это совершенно не расстраивало.

Ему очень нравился сценарий этой картины, и во время съёмок он вкладывал в роль всю душу. Даже если фильм не станет кассовым хитом, это не имело для него большого значения. Он уже исполнил свою детскую мечту — сыграл в исторической драме и хотя бы раз надел императорские одежды.

Этого было достаточно, чтобы чувствовать себя счастливым.

Во время напряжённой рекламной кампании и Ан Янь, и Чэнь Шици были загружены настолько, что буквально сбивались с ног. Однако благодаря их отличному взаимопониманию и естественному взаимодействию в индустрии развлечений неожиданно поднялась новая волна слухов: «Ан Янь и Чэнь Шици влюбились друг в друга во время съёмок!», «Настоящая любовь Ан Яня — это Чэнь Шици!», «Экранный роман стал реальностью!»...

От подобных заголовков у Ан Яня начинала болеть голова.

Раньше многие романтические слухи о нём специально создавались съёмочными группами ради рекламы проектов. Но на этот раз он совершенно не хотел, чтобы его имя связывали с Чэнь Шици.

Не говоря уже о том, что Шици была девушкой Лю Гоюаня, у Ан Яня теперь тоже был человек, который занимал его сердце. Но журналисты с завидным упорством продолжали сводить их вместе. Статья за статьёй, каждая со своими «доказательствами» и «логическими выводами». То, чего никогда не существовало, в их изложении выглядело почти как неоспоримый факт.

Чэнь Шици оставалась абсолютно спокойной. А вот Ань Янь был на грани взрыва.

Увидев сегодняшний заголовок крупным жирным шрифтом: «Ан Янь подарил Чэнь Шици подарок на день рождения. Между актёрами вспыхнули чувства после съёмок любовной пары», он окончательно потерял терпение и прямо на месте набрал номер Сюй Шаоцяня.

Тот как раз отдыхал между съёмками. Ответив на звонок, он тихо сказал в трубку:

— Алло, Ан Янь?

— Шаоцянь, ты видел сегодняшние новости? — сразу спросил Ан Янь.

— Да, видел, — спокойно ответил Сюй Шаоцянь, и после короткой паузы добавил, — вас с Шици ещё и признали лучшей экранной парой года.

От его невозмутимого тона Ан Яню захотелось схватиться за голову. Он поспешила объяснить:

— Она твоя младшая соученица, да еще и девушка Гоюаня, между нами действительно ничего нет! Эти журналисты просто выдумывают всякую ерунду — что я во время съемок проявлял к ней особую заботу, а после съемок дарил ей подарки. Я вовсе не это имел в виду...

Сюй Шаоцянь только спросил:

— То есть подарок ты ей всё-таки не дарил ?

Ан Янь почувствовал некоторое смущение:

— Ну, подарок-то я ей подарил. В тот день же была вечеринка по случаю завершения съемок, она собиралась уезжать, а я подумал, что на протяжении всего съемочного процесса нам было очень приятно работать вместе, и просто купил ей подарок на память...

— И что именно ты ей подарил?

— ...Ожерелье, — сказав это, Ан Янь почувствовал себя ещё более виноватым и тут же поспешил объяснить, — я подумал, что девушкам обычно дарят украшения. Кто же знал, что папарацци всё раскопают... А потом из этого вырастет целая куча слухов.

Слушая его торопливые оправдания, Сюй Шаоцянь невольно улыбнулся:

— Понятно, — помолчав секунду, он тихо спросил, — но почему ты вообще решил всё это объяснять именно мне?

— А?.. — Ан Янь застыл. Только сейчас до него наконец дошло, какую глупость он совершил.

Он в приступе паники позвонил Сюй Шаоцяню, чтобы объясниться! Но кем ему был Сюй Шаоцянь, чтобы он так спешил перед ним оправдаться? И что вообще тут объяснять?! Даже, если слухи становились всё более нелепыми или те фотографии, которые были выложены в интернет, где они с Шици обедали. Разве это достаточный повод, беспокоить Сюй Шаоцяня глупыми объяснениями.

Ан Янь поспешно сказал, явно смущаясь:

— Кхм-кхм, я просто хотел, чтобы ты передал это Гоюаню, — он нашёл подходящий предлог и плавно продолжил, — мы с ним не очень близки, а я не хочу, чтобы у него возникли какие-то недоразумения по поводу Шици, и это повлияло на их отношения как пары, так что лучше всё-таки объяснить!

Придумав оправдание, Ан Янь наконец вздохнул с облегчением и с некоторым беспокойством стал ждать ответ Сюй Шаоцяня.

— Хм, — Сюй Шаоцянь улыбнулся и с удовольствием подыграл, — я передам это Гоюаню.

Ан Янь слегка покраснел, он поспешил сменить тему:

— Кстати... как там дела у съёмочной группы? Всё идёт нормально?

— Вполне, — ответил Сюй Шаоцянь. — Просто главный актёр отсутствует, и все ждут его возвращения, — он сделал небольшую паузу и тихо добавил, — я тоже жду, когда ты вернёшься.

Низкий, тёплый голос у самого уха заставил сердце Ан Яня бешено забиться. Некоторое время он молчал, а потом негромко сказал:

— Тогда... после премьеры я постараюсь как можно скорее вернуться в Цзиньчжоу.

— Премьера уже сегодня? — спросил Сюй Шаоцянь.

— Да.

— Тогда покажи себя с лучшей стороны. Желаю вашему фильму больших кассовых сборов.

— Спасибо! Я постараюсь!

После окончания разговора всё его плохое настроение словно рукой сняло. Ан Янь в прекрасном расположении духа напевал что-то себе под нос, расхаживая по вилле. Потом отправился в ванную, хорошенько расслабился в горячей воде, переоделся в свежую одежду и только после этого поехал на премьеру.

Премьерный показ «Юного императора» проходил в самом большом кинотеатре города Силинь.

В восемь часов вечера фильм одновременно запускался в десяти залах кинотеатра, а также начинался показ по всей стране.

Особенность премьеры заключалась в том, что оба исполнителя главных ролей — Ан Янь и Чэнь Шици, а также режиссёр Цзян Сюэнин лично присутствовали на мероприятии. А перед показом, в самом большом зале с семи до восьми часов вечера проходило живое интервью, которое транслировалось в остальные кинозалы.

В тот вечер возле театра собралось настоящее много людей. Очереди растянулись далеко за пределы площади и почти выходили на главную улицу.

Ровно в семь часов началось интервью.

Приглашённая ведущая оказалась энергичной и общительной женщиной, поэтому атмосфера в зале была очень оживлённой. Она задавала множество вопросов о съёмках и забавных случаях, происходивших на площадке.

Во время общения со зрителями одна девушка внезапно поднялась со своего места и, крепко сжимая микрофон, взволнованно спросила:

— Ан Янь, скажите, как вы понимаете любовь? Говорят, что в этом фильме показаны чувства, которые способны пройти испытания жизнью и смертью, оставаясь неизменными до конца. Как вы думаете, такая любовь действительно существует?

Ан Янь улыбнулся.

— Если говорить о мире кино, то любовь, способная пройти через жизнь и смерть, действительно выглядит очень трогательно. Но в реальности это уже звучит слишком радикально. Я, например, совершенно не поддерживаю идею совершать самоубийство ради любви, так что никому не советую делать подобные глупости.

В зале раздался дружный смех.

Ан Янь тоже рассмеялся и продолжил:

— А вот верность и преданность одному человеку я полностью поддерживаю! Если я действительно кого-то полюблю, то буду хранить верность этому человеку до конца. Менять чувства на полпути — это слишком подло. Правда ведь?

— Правда! — в ответ зал взорвался аплодисментами.

Чтобы не обделить вниманием главную героиню, Ан Янь заботливо передал ей микрофон.

— Шици, а ты что думаешь?

Чэнь Шици улыбнулась и ответила:

— Я тоже согласна. Такая любовь, когда, полюбив человека, остаёшься ему верен до конца, встречается очень редко. Если уж повезло её найти, нужно обязательно беречь её.

Сказав это, она обернулась к Ан Яню и многозначительно подмигнула — разумеется, он прекрасно понял, что она имеет в виду.

После того визита на съёмочную площадку она своими глазами увидела десятиминутную сцену поцелуя. А учитывая всё, что ей довелось услышать позже в кино-городке Цзиньчжоу, в их отношениях с Сюй Шаоцянем для неё давно уже не осталось никаких загадок.

Щёки Ан Яня слегка порозовели.

Он поспешил сменить тему:

— Следующий вопрос, пожалуйста.

***

После завершения интервью начался сам премьерный показ фильма. Ан Янь, Чэнь Шици и остальные участники съёмочной группы тоже заняли места в зале и стали смотреть собственную картину вместе со зрителями.

Первая половина фильма была наполнена юмором. Маленький наследный принц постоянно попадал в забавные ситуации, вызывая у публики взрывы смеха.

Но во второй половине настроение резко изменилось. Начиная со сцены смерти покойного императора, сюжет становился всё тяжелее. Один эмоциональный удар следовал за другим, и в зале постепенно воцарилась тишина. Лишь изредка слышались приглушённые всхлипывания девушек.

А когда в финале герои Ан Яня и Чэнь Шици вместе поднялись на эшафот... Когда они посмотрели друг на друга, улыбнулись и спокойно приняли свою судьбу... Момент, когда перед их глазами начали вспыхивать воспоминания о прожитой вместе жизни...

Больше никто не мог сдержать слёз, и по всему залу раздавались звуки плача.

Когда на экране появился иероглиф «Конец», а в зале загорелся свет, внезапно грянули оглушительные аплодисменты.

Ан Янь, Чэнь Шици и остальные актёры поднялись со своих мест и поклонились зрителям. Со всех сторон раздавались восторженные крики:

— Ан Янь!

— Шици!

— Режиссёр Цзян!

Имена главных участников фильма звучали непрерывно, пока они наконец не покинули зал.

В ту же ночь рейтинг «Юного императора» на крупнейших сайтах с отзывами мгновенно поднялся выше девяти баллов. Не считая отдельных людей, которые по каким-то странным причинам намеренно ставили низкие оценки, более восьмидесяти процентов зрителей оставили положительные отзывы.

Многие писали: [В кинотеатр вошёл с улыбкой, а вышел со слезами...]

Но самым ценным было то, что эти слёзы не оставляли после себя чувства безысходности. Напротив, они словно омывали душу, наполняя сердца теплом. История любви, в которой двое людей спокойно и преданно прошли весь жизненный путь вместе, трогала до глубины души.

Хотя финал фильма был трагичным, но послание, которое он оставлял после себя, оказалось удивительно светлым и вдохновляющим. Кроме того, для исторической драмы в вымышленном мире сюжет был выстроен необычайно аккуратно — без заметных логических провалов, с плавным развитием событий. Визуальная часть также получила множество похвал — каждый кадр выглядел как ожившая старинная китайская картина. Особенно зрителей впечатлили сцены со снегом — настолько красивые, что казались великолепнее многих документальных фильмов о природе. А музыкальное сопровождение и изображение сочетались настолько гармонично, что многие уже называли саундтрек будущей классикой.

Поток положительных отзывов мгновенно сделал «Юного императора» самым обсуждаемым фильмом дня.

Ан Янь в прекрасном настроении сел за руль и поехал домой. Но не успел он проехать и половины пути, как снова набрал номер Сюй Шаоцяня.

— Алло?

— Премьера закончилась! — радостно выпалил Ан Янь, едва услышав знакомый голос. — Реакция зрителей оказалась даже лучше, чем я ожидал! Похоже, фильм действительно всем понравился! Режиссёр Цзян просто невероятная!

Слушая его взволнованный голос, в котором слова от радости почти путались друг с другом, Сюй Шаоцянь почувствовал, как сердце невольно смягчилось, а тепло мгновенно разлилось внутри. Если бы между ними сейчас не были сотни километров, ему хотелось бы просто притянуть этого человека к себе и крепко обнять.

Сделав над собой усилие, он сохранил спокойный тон и тихо сказал:

— С кассой проблем не будет. Думаю, в ближайшее время фильм преодолеет отметку в пятьсот миллионов.

Ан Янь растерялся.

— Не может быть... Пятьсот миллионов? Это уже слишком!..

Сюй Шаоцянь негромко рассмеялся.

— Почему слишком? — спросил он и тут же мягко добавил, — я всегда был уверен в твоём актёрском мастерстве.

— ... — лицо Ан Яня мгновенно вспыхнуло.

От неожиданности он даже случайно нажал кнопку завершения вызова. В трубке уже раздавались короткие гудки, а сердце продолжало биться всё быстрее и быстрее.

«Я всегда был уверен в твоём актёрском мастерстве».

Всего лишь простая фраза поддержки, но в ней было столько нежности, столько доверия, столько неприкрытой заботы.

Тёплое чувство поднялось откуда-то изнутри, словно мягкая волна, медленно заполняя всё тело и добираясь до самого сердца.

— Шаоцянь... — Ан Янь крепче сжал телефон в ладони. На губах сама собой появилась немного смущённая улыбка. — Что же мне делать?..

«Кажется... я влюбляюсь в тебя всё сильнее и сильнее?»

__________________